В теле Дезмонда текла кровь многих предков: и англичан, и итальянцев, и даже коренных индейцев Америки. И всё-таки преобладала в нём сирийская кровь. Мальчик, вернее, уже подросток, рос не по дням, а по часам. Для своих четырнадцати он выглядел на несколько лет старше, а благодаря тренировкам отца Дезмонд превратился не в долговязого угловатого гадкого утёнка, а во вполне складного подростка. Однако вместе с удлиняющимися конечностями и ломкой голоса, сознание Дезмонда также расширялось и стало более требовательно. Оно жаждало информации.

Дезмонд чувствовал себя птицей, бьющейся в запертой тесной клетке. Он был открыт для мира, но мир был закрыт для него. За всю свою жизнь он только несколько раз покидал ферму, и то, когда над Чёрными холмами нависала какая-то «таинственная угроза», и Уильям отправлял жену с ребёнком в большие города прятаться в тесных неуютных квартирках. Дезмонд с энтузиазмом относился к каждой такой поездке, ведь благодаря им он имел уникальный шанс посмотреть на мир. Город, машины, метро, люди… Но даже этого было мало, чертовски мало, чтобы утолить информационный голод юного Дезмонда.

Всё изменилось однажды. Это случилось в четверг, ранним утром. За окном нещадно хлестал дождь, небо затянуло серыми стальными облаками. Бог знает, что заставило Дезмонда вылезти из постели в такую рань, обычно в единственный выходной, выбитый у упрямого отца в силу своего набирающего обороты переходного периода, парень отсыпался чуть ли не до обеда.
Какая-то неведомая сила – предчувствие, интуиция или просто беспокойство, толкала его вниз по лестнице в сторону гостиной.

Из прихожей доносились тревожные голоса. Дезмонд осторожно заглянул в гостиную, стараясь находиться в тени и не привлекать к себе внимания, и стал свидетелем невероятной сцены.

- Умоляю, Билл, будь осторожен, - шептала мать, не в силах выпустить мужа из объятий.

Уильям успокаивающе гладил Сибиллу по голове. Поверх его привычного твидового пиджака был накинут серый плащ.

- Не волнуйся, милая, ты же меня знаешь, - нежно улыбнулся Уильям.
- Вот поэтому и волнуюсь!..

Они постояли, обнимаясь, ещё несколько ничтожных секунд.

- Мне пора… - обречённо вздохнул мужчина.

- Стой!..

Сибилла потянулась к лицу мужа и прильнула к его губам. Уильям сильнее прижал её к себе, отвечая на поцелуй со всей нежностью и страстью, на какую был только способен перед долгой разлукой с любимой женщиной.

- Дезмонд!.. – вдруг осеклась Сибилла, резко отрываясь от губ мужа. – Почему ты не спишь?..

У ошарашенного Дезмонда от увиденного аж дыхание перехватило. Да откуда он мог знать, почему он не спит? И какое это вообще сейчас имеет значение?

Нет, он уже не в первый раз становится свидетелем такой близости между родителями. Однажды ночью паренёк проснулся от того, что его ужасно мучала жажда. Не удержавшись, он направился на кухню за глотком воды, а путь его как раз лежал мимо родительской спальни. Дезмонд был очень удивлён и даже напуган, когда вместо спокойной тишины в комнате родителей услышал странные стоны и какую-то возню.

- А Дезмонд не услышит?.. – спросил взволнованный голос Сибиллы Майлз. Судя по интонации и сбивчивому дыханию, подросток мог подумать, что его мать сейчас методично кто-то душит.

- Дезмонд спит… - отозвался отец. – К тому же… он уже взрослый мальчик…

Уильям ошибся дважды. О нет, Дезмонд не спал. Паренёк буквально прирос к приоткрытой двери и не отрывал взгляда от действий, творившихся в родительской спальне. Казалось бы, в его возрасте мальчишки уже знают абсолютно всё про интимную близость мужчины и женщины, и даже больше. Однако Дезмонд, полностью изолированный от внешнего мира, оставался в этом вопросе абсолютно несведущим и невинным. Единственным источником знаний о человеческих взаимоотношениях были для него книги. Но разве писали Фолкнер и Толстой про это?

Уильям, смущённый появлением сына, поспешно высвободился из объятий жены, поправляя серый плащ.

- Возвращайся живым, - прошептала Сибилла, смахивая слёзы с покрасневших глаз.

Билл поцеловал жену в лоб и собрался, было, к выходу, однако что-то заставило его обернуться. Мужчина встретился взглядом с озадаченными глазами Дезмонда, полными беспокойства и непонимания.

- Сын, - коротко кивнул ему на прощание Уильям и скрылся за дверью, растворяясь в пелене дождя.

Сибилла закрыла входную дверь и устремила полный тоски и печали взор в окно гостиной, стараясь разглядеть хотя бы смутный силуэт мужа.
После этой удивительной сцены первый раз за много лет Дезмонд был почти готов поверить в байки отца о тамплиерах.

- Ну… Думаю, нам пора познакомиться.

Дезмонд вздрогнул и удивлённо посмотрел на человека в кресле гостиной, которого не заметил раньше.
Это был молодой парень лет двадцати пяти с коротко стриженными русыми волосами и смеющимися голубыми глазами. Он, добродушно улыбаясь, приблизился к Дезмонду и протянул тому широкую ладонь для рукопожатия.

- Бен Качмарек. Рад познакомиться с тобой, Дезмонд Майлз.

Пожалуй, впервые за столько лет, у Дезмонда появился, если не друг, то, по крайней мере, близкий приятель, с которым можно было просто так поболтать о том, о сём и весело провести время. По словам матери, отец уехал на несколько недель из-за работы, так что парень наслаждался днями, полными праздного безделья. Даже Сибилла, которая старалась заменить сыну своими уроками образование в школе, освободила Дезмонда от занятий.

Почти всё своё время Майлз проводил вместе с Беном. Он стал для Дезмонда в некотором роде кумиром: жизнерадостный, интересный, целеустремлённый. Он часто рассказывал подростку о жизни вне фермы. О бешеном ритме Нью-Йорка, Лос-Анджелеса и Чикаго, о высоченных небоскрёбах и торговых центрах с гигантскими яркими витринами, где можно найти абсолютно любой товар. Но самое главное, он почти не говорил об Ордене. Бен казался абсолютно нормальным человеком по меркам Дезмонда, подросток не понимал, как этого парня вообще занесло к ним на Чёрные холмы?

На самом деле всё было гораздо проще. Бен Качмарек – опытный не по годам ассасин, который пользовался особым доверием Уильяма Майлза – верховного мастера Ордена. Уильяму пришлось срочно уехать: в Су-Фолс была потеряна целая группа ассасинов. Мастеру необходимо было вмешаться лично, ситуация была критической. Однако перед отъездом он попросил одного из своих лучших воинов присмотреть за женой и в особенности за ребёнком. Сибилла же, зная открытый и дружелюбный характер Бена, увидела уникальную возможность для Дезмонда отвести душу, пока отца рядом нет. Она попросила уделить внимание её сыну в первую очередь в плане общения, постараться как можно реже упоминать об Ордене и тамплиерах.

- Бен, ты был в Вашингтоне?

Дезмонд сидел на ступеньках крыльца приятеля, с удовольствием попивая прохладную колу – день был жарким. Качмарек плюхнулся на ступени рядом с подростком и присосался чуть ли не на минуту к бутылке пива из холодильника.

- Ох, Дезмонд, может, ты меня ещё спросишь, в чём смысл жизни или откуда берутся дети? – усмехнулся Бен, оторвавшись от горьковатого напитка.

Дезмонд поперхнулся колой, искренне надеясь, что Качмарек этого не заметил.

- Ты мне своими вопросиками напоминаешь младшего братца. Только он их задавал, когда ему было 6 лет!

- Ну… я… - Дезмонд смущённо замялся. – Я, наверно, немного не такой… как остальные подростки в моём возрасте…

Бен ободряюще похлопал Майлза по плечу.

- Да расслабься, расслабься, малыш. Ты всё узнаешь об этом мире. В своё время. А пока… знаешь…

Дезмонд вопросительно посмотрел на Качмарека, на губах которого заиграла злобненькая улыбочка.

- Есть у меня одна идейка, как расширить твой кругозор. Думаю, он сделает это гораздо лучше меня. Собственно говоря, этот чувак сделал взрослыми не одного ребёнка, и уж тебе он точно поможет.

А потом Бен Качмарек привёз в дом Дезмонда Майлза новенький телевизор.