Глава 41

Эмметт

Я летел на тачке, не разбирая дороги, одновременно тыча кнопки мобильного. Гудки… Терпеть не могу эти извращенные варианты до боли знакомых мелодий.

– Говори, милый. – Кретин!
– Еще одна такая фраза, и я натравлю на тебя клуб голубых и трансвеститов, говорят, они там заскучали! – По-детски, а приятно!
– Зая, это не то, о чем стоит переживать, – мы по уши в дерьме. На повестке дня три вопроса: кто за то, чтобы кастрировать Джейкоба, кто за то, чтобы четвертовать Джейкоба и третий – как уменьшить количество предсмертных пыток? – Тишина.
– Ты закончил? Джейкоб и так уже почти кастрирован, так как целыми днями сидит в чулане и даже пожрать боится выйти, насчет четвертовать – парни замучаются всё это отмывать, а медитация Карлайла может отключить любые чувства и восприятия. – Подумав о последнем, я чуть не заржал – готовься жевать лягушек, милый Эдди.
– Ладно, ради такого я согласен даже живую мышь сжевать. – Как смиренно и в тему. Тут уж я оторжался вволю.
– Теперь, о важном. Помнишь, говорили о Верховном. – Еще бы не помнить. – Так вот, то, что его дочки, которых аж десять (на приданом разорится!) обжимаются с мужиками по углам не секрет для элиты ши, в том числе и для самого Верховного. За красотками постоянно следят и бдят за соблюдением определенного ритуала. Дочуру так просто на сено не завалишь – надо совершить нужный обряд, довольно нудный, но безболезненный, даже забавный в своем роде, – подробности потом. Джейк учился кое-как, историю вообще в глаза не видел, а потому – завалил, как крепостную крестьянку, ну знаешь, верняк, с цветком в зубах. Этой – ни холодно ни жарко, а козлик активировал смертный приговор. Верховный уже слегка в маразме, преемника готовит, назначение ритуала забыл, но выполняет неукоснительно. Но то, что он в маразме, не отменяет факт – сил у товарища немерено, где пределы способностей – неизвестно, а сам маразм обостряет нехорошую привычку поступать, как в голову взбредет. Вот тебе и информация для размышлений. – Я понял, что он закурил свое шоколадное непотребство. – Добрая сказка на ночь.
– Ты сейчас где?
– В нашем сером ресторанчике. – Удачное место.
– Двигай в «Лидс», там договорим.
– Жди, зая. – Я снова заржал и вдавил педаль до упора.

Примчался в рекордные сроки, пристроил французскую штучку в гараж и неспешным шагом двинулся к бару. Иногда ощущение неполного знания скрашивает последние минуты жизни. Что-то похожее я чувствовал сейчас.

Растрепанные золотисто-бронзовые патлы виднелись у стойки.

– Твой стилист опять перепил накануне вашей встречи? – Вот так тебе!
– О… ты о прическе. Эта милая крошка Рене не давала мне спать всю ночь, – улыбаясь, проговорил Эдюшка. Ох, натравлю я на тебя гей-клуб.
– Она-то здесь откуда? – Челюсть всё же осталась при мне.
– У нее на меня встроенный радар. – Еще минута, и он лопнет от самодовольства!
– Советую посмотреть, нет ли в ее вещах пары обручальных колечек. – Эдя вытянулся лицом, что доставило мне огромное удовольствие.
– Повеселились и хватит. Пора быстрыми темпами навестить Карлайла. – Опять эти чертовы пахитоски!
– В самый раз на ночь глядя. – Эд поморщился.
– Не плачь, не замерзнет твоя Рене. – Он расхохотался, и мы выпили.



Прыгнув в тачку к Эдди, мы взлетели.

Этот уравновешенный во всех отношениях, гонял как камикадзе.

Мои кишки, как всегда, прилипли к позвоночнику. Спасло только то, что я был слегка пьян и пребывал в эйфории. Только бы никто не настучал на нас копам.

Сумасшедший гуру обитал на окраине города. Не-е-е… не в замке. Даже не в дырявой хижине. Это было подобие дома японского самурая. Я серьезно. И не спрашивайте, где он его откопал. Ранее этот гуру вообще жил в пещере.

Немного обветшалое, но чистое здание. Две вполне приличные комнаты, может, были еще, но дальше я никогда не совался. Если не считать отсутствия мебели, телевизора и воды – это был дом-мечта. Объясняю, мебель – это лишнее и бренное, телевизор – портит карму, и от него сбиваются потоки энергии (подозреваю, он просто боится короткого замыкания), водопровод… «Я не вшивый интеллигент, и колодцем обойдусь». После этой фразы я предпочел остаться в рядах вшивой интеллигенции.

Мы медленно выползли из машины, но по разным причинам – я пытался отодрать кишки от спины, а этот – закуривал богопротивную цигарку.

Глава 42

Эмметт

Мы медленно подошли к дому. Тишина. Может, он птиц отстреливает?

– Ты первый.
– Нет, ты. – Решив продемонстрировать крайнюю степень мачизма, я ринулся к крыльцу.
– Что привело вас в этот поздний час? – Подпрыгнув, как буйно помешанное кенгуру, я мельком отметил, что Карлайл заговорил стихами. Не спроста, блин.
– Есть пара вопросов, мой мозг слишком скуден… – Что я несу? Эд выпучил глаза, очевидно забыв, что он не в туалете.
– Пройдите в скромное жилище, отриньте все свои проблемы… – Мне захотелось не в туалет, а просто подальше отсюда. Глаза Эдварда, говорили мне то же самое.
Я дернул друга за пиджак, послышалось недовольное бормотание:
– Ну вот помял, а то – «Армани»… – Поволок его к крыльцу, давя хохот, – этот тоже стихами заговорил.

Мы прошли в просторное, светлое помещение. Эд начал стрелять глазами, очевидно высматривая притаившихся снайперов, наивный, – этому старому пройдохе ни к чему такие сложности.

Тот же маленький столик, похожий на табурет, пара циновок на полу и несколько деревянных фигурок каких-то богов. И, естественно, никакой техники!

– Ты вспомнишь всё, что так хотел забыть, чтоб то, что дорого сумел ты защитить. – Меня прошиб холодный пот, а старый шаман продолжал. – Когда почти падет уверенность твоя, Святая дева вспомнит про тебя…
– Я не понимаю, о чем ты, Карлайл. – Не хочу даже думать об этом!
– Что от себя, что от судьбы не скрыться, и что забыть хотел, то снова повторится…
Желание сбежать, усилилось. Эд как-то странно смотрел на дверь, будто она была обнаженной женщиной, а он мужчиной, который лет двадцать женщин не видел.
– Возможности живут спиральной нитью, закручивая и дурманя мысли, лишь то, в чем ты не видишь смысла – и есть ответ на твой вопрос. – Спокойно Эдди, у нас нет выбора.
Попробуем по-другому.
– Карлайл, я ни в чем не вижу смысла. Где наш любимый кальян? – Эд, где твое суперспокойствие? Ну, как его может возбуждать дверь?

Снусмумрик-растаман улыбнулся и как-то по-женски склонил голову: – Идемте…– С кальяном я завязал с нашей встречи. Придется развязать. Что-то подсказывало мне, что это будет меньшей, но не первой из зол.

Но ради Джейка и деточки я пойду на всё. Ни разу в жизни не стыдясь своего прошлого, подумал, что за всё приходится платить.

Карлайл провел нас во вторую комнату. Несмотря на сумерки, она сияла. Абсолютно пустая. Окно на всю стену. Выцветшая циновка почти на все пространство пола. Посередине – кальян.

Он напомнил мне змею, которая изготовилась для решающего броска. Но наши мосты уже горят, назад пути нет.

Мы сели кругом и закурили. Я забыл, как это бывает. Легкость… туман и полет…

– Ты просил ответов – смотри…

Снег, холод… Джейк с рваной дырой в груди… Беллз… Она плачет… На пальцах кровь… Много… Липкая… Холодная… Эд, окруженный сиянием с горящими черными глазами… Снова снег… Ветер не дает вдохнуть… Легкие надрываются пытаясь пробить стену не-воздуха… Полные раскаянья глаза Алекса… Чья-то рука сжимает нож… Тошнота… Кто-то кричит… Я целую Беллз, жадно сжимая маленькое тело… Треск… Снова кровь… И тут… я почти увидел, но… Нет. Упустил.

Никогда не думал, что умею так орать. Но делал именно это. Выблевывал бессильный крик, который спас меня от желания разнести всё в клочки.

Очнувшись, увидел бледное лицо Эдварда. Но решил идти до конца.

– Ты знаешь, кто она? – придушенно спросил я Карлайла.
– Так притягательна, юна, но смерть для смерти рождена…

Дым сжирал легкие… Я больше не хотел думать. Мозг вопил, как резаный, и просил меня прекратить…

Смех душил… всё так просто. Я не стал чудовищем, значит, и у нее есть шанс…

Глава 43

Белла

Глядя, как Джаспер обнимает Элис, я чувствовала себя мутантом.

Папочка прибывал в прострации, мамуля шмыгала носом. Тарелку что ли разбить?..

Утерев слезы, она высвободилась из рук Джаспера. Всё такая же бледная, но решительная. Зеленые глаза, казались огромными на бледном лице.

– Помнишь, когда-то я рассказывала тебе сказки. Сейчас расскажу еще одну, но настоящую жизненную сказку. Когда-то очень давно, когда люди еще не знали, что Земля круглая, они верили в волшебство. Поклонялись богам. Боялись их и просили у них же защиты. Тогда и пришел Верховный. Откуда – никто не знает. Он привел с собой десять дочерей. Ши… Серебристые волосы и глаза, нежная, почти прозрачная кожа, гибкое стройное тело, и смех, словно звон колокольчиков над колыбелькой. Люди просили – они пришли, пришли, чтобы сохранять равновесие. Нестареющие, справедливые и честные. Потом пришли семьи… Рай…

Ни что не вечно под луной. Всё относительно. Среди ши тоже оказались нелучшие представители расы. Был учрежден суд, во главе которого стоял Палач. Этакая смерть с косой. Тогда тяжело пришлось всем и людям, и самим ши.

Ты хотела знать, кто мы. Не люди. Насмешка природы. Она создала ши эгоистично – для своей защиты. Наши таланты, иногда достигая абсурда, пугают обычных – манипуляции с внешностью, вмешательство в сознание, предсказание будущего. Не понимая смысла, люди дрожали и сторонились нас. Хотя все просто – представь, Беллз, что среднестатистический человек будет использовать возможности мозга не на пять процентов, а на все десять или пятнадцать. Мы защищаем природу и людей от них самих, насколько это возможно, чаще всего просто мирно существуя рядом, вмешиваясь только при крайней необходимости. – Элис вздохнула и стала рыться в ящике тумбочки. Достала сигарету и распахнула окно.

– Теперь я могу не прятаться, ты уже знаешь. Никотин нас не убивает, но голову кружит, так… по-человечески, – затянувшись, она с наслаждением выдохнула дым. Джаспер молча подошел к бару и что-то себе намешал.
Мама родная… Я села на пол там же, где стояла.
– Беллз, ты хочешь знать, почему она простила меня. Это может показаться легким и сложным одновременно. Ши чувствуют друг друга на определенных расстояниях, что выражается во взаимном притяжении. Тогда я этого не знал и глупо влип. Рози… – Его руки крепче сжали бокал. – Она всё мне объяснила. Мои частые визиты обусловлены тем, что Розали хотела узнать о вас. Ее семья тоже ши.
Столько лет молчали. Во рту появилась горечь. Вся моя жизнь – ложь. Все страдания и сопли – чушь. Боже…
– А какие способности есть у вас? – Хоть на что-то отвлечься.
Папа покраснел, ого!
– Манипуляции с внешностью… э-э-э-э-э… – он жадно отпил из бокала. – Элис – хороший эмпат, чувствует людей, угадывает настроения… иногда может предсказать возможный ход событий.
– Джекки?.. – Маленький безобразник. Кстати, где он?
– Он пока не определился. Это проявляется, как склонность к чему-либо. Мы решили дать ему время.
Элис выпустила колечко дыма и спросила:
– А теперь малышка, отвечай, когда ты успела познакомиться с Палачом?.. – Мамулик, ты сошла с ума?
– Кто это? – Кто-нибудь верните мне подставку для челюсти!

Эмметт

Кое-как поднявшись на ноги, я кивнул Эду на дверь. Второго приглашения не потребовалось, только пятки засверкали.

Карлайл посмотрел на меня снизу вверх и улыбнулся.

– Ты узнал всё, что хотел? – Пожалуй, даже слишком. – Я буду ждать тебя на заре мироздания… – Во понесло обкуренного.

Пробормотав под нос слова прощания, я устремился вслед за Эдвардом.

Резво запрыгнув в ситку, как этот шоколадный токсикоман любя прозвал свою тачку, мы рванули. Это сладкое слово свобода.

Ветер из раскрытого окна бил в лицо приятной прохладой.

– Он – псих, конченый… Что было вместо табака, опиум? – Эд опять схватил свои сигареты. – У тебя странный вид.

Еще какой странный! Несколько минут в обществе Карлайла разворошили мою память, словно медведь осиное гнездо.

Я никогда не был хорошим. Но когда-то был очень плохим. Палач.

Было время, меня называли только так.

---

Так-так, похоже, крутить романы с плохишами у Беллы... в крови. А ещё разгильдяй Эд нарисовался. И как же быть с Палачом?.. С интересом жду ваших предположений и отзывов тут и на форуме. Не стесняйтесь.