Я все так же сидела без движения на кровати и смотрела на ванную комнату. Стрелки на часах неумолимо двигались вперед, отсчитывая прожитые минуты. Я вздрогнула. Занавески развевались от налетевшего ветра, который безжалостно холодил меня. Непослушные волосы налипли на лицо и неприятно щекотали нос и губы. Онемевшие пальцы бездумно перебирали складки грубоватого покрывала, но, то и дело возвращались к кулону с вербеной, мирно покоившегося на моей груди. Он продолжал оставаться таким же холодным, как и час назад. Почему-то он стал важен для меня сейчас гораздо больше, чем когда-либо. На душе лежал камень мертвым грузом, заставляя сердце ныть при каждом новом ударе, а в голове в который раз за эти шестьдесят минут до боли родной голос повторял:
- Я люблю тебя, Елена…
Я вновь перевела обиженный взгляд на распахнутое настежь окно, как будто это оно виновато во всем произошедшем сегодняшним вечером. Занавеси лениво задергались от очередного порыва и я, наконец-то выйдя из оцепенения, встала и с грохотом захлопнула рамы, отчасти, вымещая свое отчаяние. «Почему вы отпустили его?» - на немой вопрос окно, конечно, не ответило. Да и зачем, я и так знала ответ: «Потому что он сам этого хотел».
Было больно и противно. Противно от себя самой. Как я могла так долго морочить всем голову, но в первую очередь себе. Я прекрасно знала еще с самого начала, с первой встречи, что эти чарующие глаза, шелковая ночь темных волос, пьянящий томный голос, страстные объятия, гибкое тело, как у хищника…все это не оставило меня равнодушной. Я прекрасно знала, что он не такой, каким хотел всем казаться, не источающий злую ауру вампир, чтобы не говорил его брат, а просто запутавшийся в себе и своей жизни человек. Я боялась признаться себе, что при его появлении мое сердце начинало колотиться в несколько раз сильнее и мне приходилось быть ближе к Стефану, чтобы хоть немного успокоиться. Нет, я любила его брата, но это было до того… до того, как мы не обнаружили Кэтрин в гробнице, до того, как мы вместе танцевали, до того, как побывали в баре у Бри… вместе… до того, как я поняла, что люблю его, но по-другому. Я просто не хотела разбивать сердца обоим, а получилось, что разбив сердце ему, я разломила на кусочки и свое уже и без того израненное бесчисленными размолвками братьев, нападениями со стороны Кэтрин и своими душевными метаниями.
Легкий стук раздался со стороны оконной рамы и я, соскочив с кровати, подлетела к окну. Пристально всматриваясь в темную улицу за прозрачным стеклом, я пыталась увидеть знакомые черты лица или хотя бы блеск переливающихся черных крыльев знакомого ворона. Вот темное дерево с уже облетевшей листвой, вот пустынная улица без признаков жизни. Самообман? Надежда? Может он решил вернуться?
Увы, за окном только голая ветка одиноко стоявшей ивы слегка постукивала по стеклу, управляемая невидимыми руками проказника-ветра.
Я вздохнула. Опустившись на пол возле подоконника, я положила голову на согнутые колени. Слезы, стоявшие весь вечер в глазах, но так и не пролившиеся, все-таки хлынули неудержимым горьким потоком по горячим щекам.
«Дура» - мне не было жаль себя, я лишь ругала свою эгоистичную натуру за то, что причинила ему столько боли. А ведь мне казалось, что я правильно поступаю, что я не такая как Кэтрин. Оказалось, что еще хуже. Во много раз хуже. Она хотя бы позволила существовать истории об их любви, а я просто втоптала в грязь его чувства, приправив щепоткой соли отношений с его братом.
«А стоило ли, ты же любишь его. Ты любишь его больше, просто скрываешь, даже от самой себя» - говорил чей-то назойливый голос в глубине души.
- Я хотела сказать, хотела ответить…но не смогла, - слова отчаяния срывались с моих губ, сквозь слезы, которые душили меня. – Я просто не ожидала, что он придет вот так внезапно и признается во всем.
Рука привычным жестом скользнула в карман пижамных шорт и нащупала осыпающуюся веточку сухой вербены. Вытащив её на свет и держа на раскрытой ладони, я пристально смотрела на необычное растение.
- Лучше бы тебя там не было, - шепнула я в тишину, сжимая в кулачке высушенную веточку, превращая её в пыль. Возможно, мне действительно стоило это забыть.
- Боже, но я не хочу это забывать. Я люблю тебя, Деймон! – отчаянный крик сорвался, с уже припухших от закусывания, губ и, преодолев стеклянное препятствие, растворился в ночи. Я поняла, что как можно скорее должна снова взглянуть в его глаза. И я больше не допущу, чтобы с них скатилась еще одна слезинка. Если бы он только знал всю правду…