Был тихий, ничем не примечательный вечер. Улицы были наполнены голосами и смехом детей, возвращающихся из школы и их родителей, спешащих домой после трудового дня. Только в маленьком доме на окраине города царила тишина, нарушаемая лишь скрипом кресла-качалки у камина. В нем сидела пожилая женщина, рассматривающая альбом. Она была очень слаба, и ее руки дрожали, переворачивая страницы.
- Милая, я принесла тебе лекарство, - в комнату незаметно вошла миниатюрная девушка с задорным ежиком на голове. Аккуратно переложив альбом на тумбу, девушка подала старушке стакан и таблетки. От ее прикосновения повеяло холодом, но женщина не отдернула руку. Дождавшись пока она выпьет лекарство, девушка забрала стакан и вышла также незаметно, как и вошла.
Женщина вновь потянулась за альбомом, но силы были на исходе. С досадой, выдохнув, она скрестила руки на груди и взглянула в окно. Несмотря на не очень хорошее зрение, она могла рассмотреть капли дождя, стекавшие по оконному стеклу.
- Он скоро вернется. - голос девушки заставил женщину вздрогнуть. Как только она это сказала, входная дверь открылась, и на пороге появился молодой человек. Его глаза светились беспокойством, а бронзовые волосы блестели от дождя. Он сразу же подбежал к женщине и, присев на корточки, взял ее ладонь в свою.
- Можешь идти, Элис, - сказал он, обернувшись к девушке.
- У меня было видение, - ответила она, в ее глазах виднелась боль, которая тут же с еще большей силой отразилась в его взгляде. Закрыв на мгновенье глаза, Элис улыбнулась женщине и, наклонившись, нежно обняла ее. - До встречи…
Женщина лишь кивнула в ответ. Бросив еще один полный отчаяния взгляд на брата, девушка оставила их наедине.
- Белла, тебе нужно отдохнуть, - прошептал он. Не дождавшись ответа, он осторожно поднял ее на руки и понес по направлению к лестнице. Войдя в комнату на втором этаже, он также нежно опустил ее на кровать, укрывая одеялом. Сам он, убрав прядь седых волос, упавшую ей на лицо, сел рядом.
- Эдвард… - прохрипела она.
- Что, любимая?
- Альбом….принеси…- не прошло и нескольких секунд, как Эдвард вернулся с альбомом в руках и аккуратно положил его на колени Беллы. Дрожащей рукой, она вновь перелистывала страницы: выпускной, день рождения, свадьба… Остановив взгляд на немного потускневшей фотографии, женщина слегка улыбнулась и по ее щеке скатилась одинокая слеза. Эдвард тут же стер ее. - Помнишь.
- Да. Я помню всё, что связано с тобой. Ты в моем сердце.
- Да. - прохрипела она и отложила альбом. - Что…кхм…сказала Элис?
- У нее было видение о том, что… - замолчал он, сгорая изнутри от нестерпимой боли.
- О… - выдохнула она, без слов понимая о чем, идет речь.
- Белла, я просто монстр! Почему я не послушался тебя и Элис. Почему воспрепятствовал этому. Нужно было…
- Обратить меня?! - закончила она за него.
- Да.
- Я не жалею. Помнишь, что я спросила…
- Когда я отказался обратить тебя? Ты спросила: «Что будет, когда я состарюсь, и буду годиться тебе в матери или в бабушки?»
- И что ты ответил?
- Для меня ты навсегда останешься самой прекрасной и желанной. Я всегда буду рядом.
- И ты сдержал свое слово.
- Да.
- Пообещай мне кое-что. - прошептала она.
- Что?
- Останься. Не смей умирать.
- Белла, я не смогу без тебя.
- Подумай об Элис и Эсми. Останься.
- Не могу. - возразил Эдвард, резко поднявшись и отвернувшись.
- Обещай… - прохрипела она.
- Белла, - взмолился он.
- Пожалуйста… - выдохнула Белла.
- Обещаю. - он никогда не мог отказать ей. Она редко о чем-то просила, но глядя в ее полные мольбы глаза, он не мог сказать "нет". Женщина слабо улыбнулась. Он медленно подошел к ней и прилег рядом, слегка приобняв. - Я люблю тебя. Ты моя жизнь, моя душа, мое сердце.
- И я тебя, - просто ответила она.
Дальше они просто лежали в тишине. Им не нужны были слова, достаточно было просто чувствовать друг друга, ведь они вместе уже почти 80 лет. Время пролетело быстро, но они оба помнили каждый день, каждую минуту, каждую секунду их любви. Первый взгляд…Первое признание…Первое прикосновение…Первый поцелуй…Первая ночь…

С рассветом сердце Беллы остановилось. Эдвард еще долго вслушивался, надеясь услышать хотя бы еще один удар, хотя бы еще один вздох. Осознав, что всё кончено его пронзила боль, душу раздирало на части. Казалось, еще недавно он слышал ее смех, смотрел в ее бездонные карие глаза, прикасался к ее теплой коже. Это было нестерпимо, с отчаянием он прижал любимую к себе и, поцеловав в лоб, прошептал: «Прощай…»