POV Эшли.

Видимо, я жестоко ошибалась. Ничего не длиться вечно. Ничего не может быть идеальным. Все пошло под откос. За год. За год все изменилось...
Шли месяцы, а мы c Келланом виделись всего два раза за пол года, на днях рождениях наших общих друзей.
Думаю, стоит о них упомянуть. Наша компания выглядит примерно так: Келл, я, Никки Рид, Джессика (очень серьезная и понимающая девушка), Руперт (лучшего слушателя не найти), Сэм (веселая хохотушка). В последнее время я чаще общалась с Рупертом и Джесс, делилась с ними своими проблемами, а точнее сказать своей главной проблемой по имени Келлан Латс. Они в два голоса твердили, что все будет хорошо, но ничего не менялось, и мне казалось, что меня все больше затягивает в бездну какой-то безысходности и чистого пофигизма на все происходящее вокруг.
Келл, как мне казалось, вообще не видит в этой ситуации ничего важного, думает, что все идет своим чередом. Черт, веду себя как последняя истеричка...
Месяцев через семь после моего дня рождения он позвонил, и как ни в чем не бывало, сказал:
- Привет, Эш! Как жизнь? Чего не звонишь?
- Я не звоню? Латс, по-моему, это у тебя вечно не доступен телефон! - я пыталась собраться с мыслями и успокоиться.
- Хей, Грин! Да что с тобой? Мы же вроде говорили про катастрофическую нехватку времени, и ты сказала, что все понимаешь.
- Что со мной? Да пошел ты!
После этого мы не общались еще несколько месяцев.
У меня появилась привычка постоянно брать Эмма на руки и смотреть в его глаза, так напоминающие мне глаза Келла.
Встретились мы с Латсом на дне рождении Никки. Он вел себя спокойно, обнял меня, улыбнулся. Даже не знаю, что и думать и что делать. Я старалась не подавать виду и вести себя как обычно.
Келл изменился, он стал грубее, что ли. Я видела, что он многих этим бесит и обижает. Еще я знала, что он не изменится, если просто указать ему на это, поэтому я применила жесткий метод по отношению к нему - всяческие подколы, которые явно действовали на него. Ему было обидно, и он затыкался на длительное время.
Еще два месяца и наступил день рождение Келла. Я не хотела туда идти, и в последнюю минуту меня уговорил Руперт. Знал бы он, скольких усилий мне это стоило. Келл не стал праздновать с размахом и просто собрал близких друзей у себя дома. Я видела, что он рад меня видеть, но все равно была в жуткой обиде на него, он продолжал меня игнорировать в обычные дни и даже не писал и не звонил. Весь вечер я натягивала приветливую и счастливую улыбку, благо актриса я не плохая, и никто ничего не заметил.
Примерно в том же духе прошел мой праздник, я просто собрала друзей, Келл уехал одним из первых, со словами "Ну ты же понимаешь, работа". За день до этого он обещал, что мы, как и раньше, погуляем после дня моего рождения. После этого обещания я не спала всю ночь, мне казалось, что вот, сейчас, все наладится и будет как прежде, но чудес не бывает, хотя всегда так хотелось в них верить...
К тому же уже пол года болела моя мама, Келл очень хорошо к ней всегда относился, но сейчас перестал интересоваться ее здоровьем. Я видела, что она угасает, но упрямо не хотела в это верить.

POV Келлан.
Да, я ничтожно редко вижусь с Эшли и не звоню ей, но я не понимаю, почему она обижается? Все же, вроде, нормально? Я не перестал любить ее меньше, как друга, конечно.
Вру. Обманываю себя, в первую очередь. Я перестал относиться к ней как просто к другу примерно год назад, даже больше. И честное слово, мне страшно, потому что я знаю, что она думает по этому поводу. "Любовь разрушает дружбу" сказала она однажды, и я сказал, что согласен на все сто. Какой же я дурак...
Я люблю ее, и, наверное, это одна из причин, по которой я не могу, видится с ней, мне тяжело. Это глупо, не по-мужски. Какая же я тряпка. Черт.
Еще я знаю, что ее мама больна уже давно, что Эшли как никогда нужна поддержка, но я отгонял эти мысли и углублялся в работу, стараясь не думать о подруге совсем.
Мы виделись на днях рождениях наших друзей, я старался вести себя как обычно, и это вроде бы получалось, на ее празднике я нашел отмазку, что бы уехать и нарушить нашу традицию уже во второй раз.
А через пару месяцев я ей все-таки позвонил. Не удержался.
- Привет, Эшли! Ты как? Рассказывай!
- Нормально, Келл, Привет. - Ответила она тихим голосом. Странно.
- Как там Эммет поживает? Рычать научился?
- Хорошо. Нет, не научился. – Она снова замолчала. Да что с ней!?
- Эш, что-то случилось? Чего как воды в рот набрала?
- Случилось... - начала она.
Внезапно я отчетливо понял, что она сейчас скажет, по телу как будто прошел разряд электрического тока, а в мозгу пульсировала только одна мысль: "Нет! Не говори! Молчи! Я не хочу этого слышать!". Стало страшно. И мои опасения оправдались.
- У меня умерла мама, - сказала она совершенно спокойным голосом. Я почувствовал, как только что, во мне что-то оборвалось. Лопнула какая-то невидимая струна, лопнула с оглушающим противным звуком, который эхом раздавался в моей голове.
- Когда? - это был единственный вопрос, который пришел мне в голову.
- Месяц назад.
Так давно? О господи! Эш, как же тебе должно быть плохо. А спокойный голос, скорее всего, следствие того, что и слез и сил уже не осталось. Какая же я скотина. А еще я знаю, что с нашими общими друзьями она сейчас не очень хорошо общается. Совсем одна, бедняжка. Господи...
- Ох, Эш, мне очень жаль… - я не знал что говорить, в горле предательски пересохло.
- Да, спасибо. - абсолютно отрешенный голос, который сводит с ума своей безжизненностью. Я сейчас должен быть рядом, а не по телефону подбирать слова утешения.
- Ладно, Келл, пока. Меня папа зовет, - сказала она и отключилась.
- Да, конечно, пока, - ответил я в пустоту.
Папа? Они почти не общались. Как все изменилось.
Я чувствовал себя предателем.

Я. СЕБЯ. НЕНАВИЖУ.