Я не знала что делать, я была растеряна и подавлена, смешанные чувства боли и счастья переполняли меня, пару недель назад я согласилась стать женой Джейкоба Блека. Нет, дело совсем не в нем, он отличный друг и товарищ, он добрый и заботливый, всегда честный и открытый, надежный, наверное, именно такой муж мне нужен. Чарли был счастлив, когда мы объявили о своем решении. Билли тоже был не против нашего союза, хотя и посмотрел на меня немного косо – наверняка он знал, со слов Джейка, о моей увлеченности, гм, другим, гм, человеком.

Мне было страшно и одиноко, друзья Джейка, наши отцы сейчас были в соседней комнате, уплетали большой пирог, приготовленный Сью, а я сижу, скрючившись на полу в маленьком туалете, раздавленная осознанием того, что в моей руке доказательство моего падения, две кричащие алые полоски не могли врать, не могла врать также тошнота, все чаще подступающая по утрам, неприятие резких запахов, сильные перепады настроения. Несомненно, я была беременна.

Что страшного, скажет кто-то, ведь ты помолвлена, такое иногда бывает, когда люди любят друг друга, дети – благословение небес. Конечно, все это верно, но только не в моем случае, я ведь даже не позволяла Джейку поцеловать меня, мне казались отвратительными все прикосновения, я не могла, нет… Только не после того, что случилось полтора месяца назад, сейчас кажется, будто это было не со мной, в другой жизни, но есть пока еще незримое доказательство, что дремлет у меня под сердцем, что все это не сон, что ОН, действительно, был и подарил мне себя, оставив самое важное – ребенка, подобие себя, такого же совершенного…

Естественно, я не смогу долго скрывать это, пройдет каких-то три-четыре месяца и живот будет заметен, я не смогу никого обманывать. Значит, надо рассказать обо всем Джейку. Но как? Он, конечно, откажется от меня, убежит как от прокаженной, но никто уже не сможет разлучить меня с моим маленьким лучиком надежды, что я ношу в себе. Мне все равно. Пусть я буду одна, презираемая всеми, одинокая, но мне нужен этот ребенок, как доказательство того, что все это было не сном. Как свежий глоток воздуха. Как солнце. Ведь сейчас, когда их дом пуст, кажется, что все было лишь досадной игрой моего воображения. Они уехали почти сразу после свадьбы, наверное, так было лучше, ОН не хотел видеть ничего, что связывало ЕГО с предательницей, то есть со мной. Что ж, каждому по заслугам, но я, сама того не ведая, смогла украсть у судьбы самый лучший подарок. ЕГО дитя…

- Джейкоб, - я больше не дрожала, была собрана и деловита, - мне нужно с тобой поговорить…
Все уже разошлись, и мы остались в маленькой гостиной дома Блеков совсем одни, чуть позже Джейк должен был отвезти меня домой. Я решила не откладывать серьезный разговор, Джейк слишком хороший, чтобы его водили за нос.
- Конечно, солнышко, - он слегка приобнял меня за плечи, но я, дернувшись, разомкнула его короткое объятие.
- Джейк, я беременна, - выпалила я на одном дыхании. На его лице, до этого спокойном и улыбающемся, промелькнули сразу несколько эмоций, удивление, недоверие, испуг, злость, отчаяние.
- Что ты сказала? – почти выплюнул он, - когда? С кем? – значит, он еще не догадался. Я молчала, позволяя ему самому сложить воедино все кусочки пазла, я не сомневалась, что он сможет сделать это.
- Белла! – он больно встряхнул меня.
- Это было шесть недель назад, - прошептала я, глядя в его глаза, в надежде, что мне больше ничего не придется ему объяснять.
- Господи! – взорвался он – Господи! Белла, только не говори, что носишь в себе это отродье! – его руки сжались в кулаки, глаза налились кровью, он был в бешенстве, - ты хоть понимаешь, что ты делаешь? Чей это ребенок?
Я спокойно кивнула.
- Это невозможно! – он закрыл лицо руками, - Черт! – от его удара столешница треснула – ничего себе сила! – Белла! – я впервые увидела слезы в глазах Джейкоба Блека.
- Можешь не провожать меня, сама доберусь, считай, что ничего мне не обещал… - я уже было повернулась к выходу, как его сильная рука легла мне на плечо:
- Белла, ты, кажется, действительно, не понимаешь, это, - он показал на мой, еще совсем плоский живот, - это не обычный смешной карапуз, это исчадье ада, это существо противоестественное!
Он знает?! Откуда?! Судя по его словам, Джейкоб знал правду о вампирах, но как, почему?
- Это мой ребенок, - сухо отрезала я.
- Черт! - еще один удар расколол несчастную столешницу, - Белла, я бы все понял, будь бы беременна от какого-нибудь Майка Ньютона, ну подумаешь, детские игры, но это! Черт! Ублюдок вампира! Кому-то там, на небе, захотелось, по-видимому, поиграть со мной! – в его словах было столько горечи, что на секунду мне стало жаль его. Я покраснела.
- Джейк, - я протянула ему руку, - прости, но я не могла поступить иначе, он был всем для меня, - я низко опустила голову, не хочу делать Джейкобу еще больнее, не хочу показывать ему свои слезы. Он сел на диван, я пристроилась рядом, мы сидели совсем близко, я чувствовала жар его кожи, но мы еще никогда не были так далеки друг от друга, как сейчас. Он провел рукой по волосам, отводя от лица непокорные пряди, тяжелый вздох вырвался из его груди:
- Белла, я ненавижу то, что пустило в тебя свои корни, я бы предпочел вырвать это собственными руками, - мои руки инстинктивно накрыли живот, защищая - но я так люблю тебя, что никогда не смогу причинить тебе боль, - чувство вины перед этим вечно спасающим меня мальчиком, затопило меня, я шмыгнула носом, - но ты не знаешь, что значит вынашивать в себе ребенка вампира, мы тоже не знаем, но, наверное, мы должны помочь тебе… - я видела как борются в нем два чувства, презрения к моему будущему ребенку и любовь ко мне, он снова тяжело вздохнул. Ему было очень нелегко.
Он взял мою руку своей, согревая мои замерзшие пальцы.
- Я ничего не хочу тебе обещать, но я очень постараюсь, - одинокая горькая скупая мужская слеза скатилась по его щеке.
На следующий день я узнала о существовании оборотней…