Я улыбнулся, завидев Изабеллу Свон, шагающую по лестнице мне навстречу. Она, хоть и была в чёрном платье, выбранном моей сестрой, однако себе не изменила: немыслимый пирсинг, железные кольца и браслеты, и спутанные в отвратительные жгуты волосы.
Между нами целая пропасть. Мы абсолютно разные.
Но я совершенно безрассудно люблю эту маленькую глупенькую девочку.
Ну, кроме того, во мне теплится надежда, что когда-нибудь она повзрослеет и откажется от эпатажа, перестав бросать вызов обществу. Снимет все свои кольца и серьги и выкинет их в урну. А дреды…
Я нахмурился.
О боже, нет! Я согласен на дреды…
Чарли с подозрительностью посматривал на меня, иногда переводя взгляд на Беллу. Он не доверял мне и размышлял, что могло меня привлечь в его сумасбродной и отчаянной дочери.
Дело в том, что я и сам не знал на это ответ.
Просто от неё зависит моя жизнь. А что к этому привело, в сущности, не так уж и важно.
- Белла, ты выглядишь… - начал я, желая выразить некоторое восхищение ею, но она перебила меня.
- Знаю, - нахмурилась она, - отвратительно! Просто, так как Марк наглым образом слинял, мне пришлось одеваться самой… и, ты не поверишь, в полной темноте!
Белла говорила иронично, но что-то внутри меня болезненно сжалось. Это могло быть сердце, если бы оно было живым.
Белла совершенно беззащитна, как бы она не храбрилась, в этой своей болезни глаз. Зрение – одна из самых важных функций организма. Осязать что-либо – значит, быть в определённой реальности, понимать законы этого мира, видеть его красоту, замечать уродство и изъяны.
Белла лишена очень многого. Мне невыносимо осознавать это, понимать, что ни я, ни кто-либо другой никогда не исправит это чудовищное недоразумение.
- Брось, - Чарли нахмурился, - сегодня ты выглядишь даже лучше, чем обычно…
Он оценил платье.
- Правда, я думал, ты пойдёшь со своим другом, - бросив в мою сторону настороженный взгляд, сказал Чарли.
Меня немного беспокоили его мысли связанные с тем, что Белла провела некоторое время в нашем доме… Да, он, к сожалению, всё узнал.
- У него теперь другая подружка, - надула губы Белла.
- Надеюсь, ты не намерена мстить?.. – слегка помявшись, поинтересовался Чарли.
Я чувствовал себя лишним рядом с ними. Но этот, озвученный отцом Беллы, вопрос тоже беспокоил меня.
Она подошла к Чарли и, отыскав его руку, крепко сжала её.
- Нет. Рано или поздно это случилось бы. Наши дороги неизбежно должны были разойтись, - я не ожидал таких слов от Беллы.
- Ну что ж, - смирился Чарли, - тогда… хорошо повеселись!
Отпустив руку отца, Белла неуверенно шагнула в мою сторону.
- Пошли?
Я искренне улыбнулся, слегка кивнув, но сразу заметил пустой взгляд своей девушки. И Чарли, стоявший за её спиной, прекрасно понял меня в этот момент.

Перед нами, взявшись за руки, шли Джаспер и Элис, Эммет и Роуз.
За нами – надоедая своими мыслями, шагала Стенли под руку с Марком.
Я вздрогнул, когда почувствовал, как между мной и Беллой пролезла Джессика.
- О, Белла! – кивнув в мою сторону, она сказала: - Я думала, ты с Марком придёшь.
- Твою ж мать… - тихо прошептала Белла и уже громче ответила: - А я думала, ты появишься с тем неудачником… как его? Ах, да, Майк Ньютон, кажется? Вы же идеально подходите друг другу!
Джессика выглядела так, словно проглотила кислый лимон. А я заново открыл для себя Беллу-стерву. Но это было забавно.
- Мы уже три раза поругались за прошедшие тридцать минут, - очень тихо зашептал Марк Белле на ухо. – Мне кажется, ещё один раз – и я её убью. Серьёзно.
- Сам дурак. Я тебе говорила.
- Видимо, ты говорила мне это так часто, что я поверил.
Наконец, мы преодолели парадный вход, все разбрелись по территории, а мы с Беллой смогли остаться наедине.
- Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался я у неё.
После нападения Джеймса Белла не сильно пострадала, но, тем не менее, получила небольшое сотрясение головного мозга. Помню, она ещё очень радовалась, что у неё есть мозг, «пусть и небольшой»…
Гораздо сильнее пострадал её телефон, но это мне быстро удалось исправить. Белла даже не заметила подмены…
- Темновато, но, в целом, неплохо, - неуверенно отозвалась она.
- Тогда я могу пригласить тебя на танец? Ведь это очень романтично – танцевать в полной темноте, - подыграл я Белле.
В конце концов, она не сильно страдает от отсутствия зрения. Сначала я думал, что это просто проявление некой храбрости. Но, видимо, Белла настолько смирилась и привыкла к своей слепоте, что это действительно не сильно беспокоит её. Как бы то ни было, жалость ей явно не нужна. Поэтому я решил воспринимать её такой, какая она есть. Без сожалений.
- Я бы тебе сказала, что ещё более романтично делать в полной темноте… Но ты смутишься.
Зазвучала тихая мелодия, и я легко обхватил талию Беллы.
- Скажи мне, - попросил я.
Она сама засмущалась, впав в краску.
- В прятки играть!
- От меня не спрятаться… И не убежать… - прошептал я ей на ушко.
- Ох, - цокнула она языком, - опять этот вампиризм… Сколько можно?
- Мне казалось, ты уже веришь в нас… в меня…
- Верю-верю, - отмахнулась она. – Но ты всегда вспоминаешь об этом, пытаясь испугать. Я не боюсь тебя, Эдвард.
- Потому что ты слишком беспечна.
- Нет. Потому что я оптимистична.
- Это одно и то же.
- Только для тебя. Для тебя – пессимиста и параноика, - подумав, Белла неожиданно заявила: - Слушай, может, если ты укусишь меня, я обрету зрение, а? Вдруг?
- Белла! Это бред!
- Нет, ну глаза же у вас поменяли свой цвет, зрение у вас улучшилось… Вдруг, у меня тоже улучшится… Слушай, давай попробуем, а?
- Белла, ты хочешь поэкспериментировать над собой таким образом? Ты готова стать вампиром на целую вечность, чтобы всего лишь проверить, как это скажется на твоём зрении?
- А она всю жизнь экспериментирует, ты не заметил? – возник Марк, танцующий рядом с Джессикой.
Я проигнорировал его.
- Знаешь, Белла, я бы укусил тебя. Но только если бы это уничтожило все рисунки на твоём теле.
И, слегка нагнувшись, прикоснулся губами к аппетитно пульсирующей шейной артерии…