ГЛАВА 27
ПОРТ-АНЖЕЛЕС
Не знаю почему, мне даже начал нравится Порт-Анжелес. Суета его центральных улиц напоминала чем-то Финикс. Я горько жалела о том, что не могла позвонить маме: она еще ничего не знала о Чарли, а врать нужно достаточно убедительно. Врать… Да, я врала, почти на каждом шагу. Ложь походила на паутину, вязко опутывавшую меня, не давая сделать ни единого верного шага. Шага вперед, к правде. Сначала я пряталась от нее, скрывая от самой себя чувства к Эдварду, затем стала врать окружающим: Анжеле, Чарли, Билли, Джейку. Я мрачно улыбнулась. Несмотря на свои 15, Джейк очень сообразительный парень, с ним мне было так легко общаться. Ну почему и ему я должна была врать? А может и не должна? Ведь ему известно, кто Каллены, он просто не верит в легенды квилетов. Нет, так нельзя. Это не моя тайна, и не мне решать, как ею распоряжаться.
-Эй, детка!
Я чуть не взвизгнула от неожиданности: надо же так отвлечься от реальности! Оглядевшись по сторонам, я заметила, что забрела в малонаселенный квартал Порт-Анжелеса. Неприметные серые здания, вытянутые по периметру, освещались одним фонарем. За кособокостью строений плескалась темная вода, а в воздухе витал въедливый запах рыбы. Ожидая увидеть перед собой рыбака, я обернулась на голос и разинула рот. У одного из складов, под светом одинокого фонаря расположилась целая банда байкеров. По меньшей мере, человек семь-восемь. С характерными бородами, косухами и черными солнцезащитными очками. От них за милю несло дешевым портвейном и табаком. Один из их банды, высокий крепыш с огненно-рыжей бородой, направлялся ко мне с явным желанием пообщаться.
-И что такая куколка забыла здесь? Может, познакомимся? — довольно спросил он, неспешной походкой сокращая расстояние между нами.
И вскоре я поняла, почему он медлил. С обеих сторон показались еще двое мужчин, помладше рыжебородого. Не удивлюсь, если за моей спиной был еще один. Трясущимися руками я выудила из рюкзака кошелек и протянула его крепышу.
-Забирайте деньги, только оставьте меня в покое,-дрожащим голосом произнесла я, после чего трое мужчин противно засмеялись.
-Крошка, у тебя такой ротик, что нам трудно устоять,-ответил рыжебородый.
С омерзением и ужасом я отступила назад, и мои руки кто-то грубо скрутил, не давая пошевелиться. Троица вновь загоготала, увидев, как рюкзак с кошельком полетели на грязную мостовую. Приблизившись чуть ли не вплотную, рыжебородый подмигнул своим подельникам:
-А девочка и впрямь милашка, все как ты и говорил Бо.
Я вздрогнула от догадки, что один из них следил за мной все это время. Им оставалось лишь подкараулить. Какая же я дура! Но жалеть себя, кажется, мне предстоит позже, так как рыжебородый с отвратительным сальным взглядом потянулся к моей куртке.
-Не трогай меня! — отчаянно закричала я, забившись в лапах байкера.
-Брось, детка! Может, сначала будет и непривычно, зато потом понравится! — гоготнул крепыш, расстегивая ширинку на своих кожаных штанах.
Под хохот моих мучителей, тот, что держал меня за руки, больно пнул меня под колени, и я упала на колени. Понимая, что последует за этим, я из последних сил закричала. В следующее мгновение меня ослепил яркий свет автомобильных фар. Мужчины отпрянули от остановившегося в нескольких дюймах серебристого «Вольво», а я, освобожденная, трясущимися руками уперлась во влажный асфальт. Хлопок двери удалось услышать запоздало; я сама не хотела валяться под капотом роскошного авто, пусть оно и было смутно знакомо. Не успела я отползти подальше, как вдруг меня оторвали от земли, и я оказалась в объятиях… Эдварда. Мне было больно: он явно не рассчитал силы. Вглядевшись в мое лицо, Эдвард отнес меня к машине и, распахнув дверь впереди, осторожно опустил на сиденье.
-Эдвард, пожалуйста, не надо,-прошептала я, видя его потемневшие до угрожающей черноты глаза.
-Они этого вполне заслуживают,-сквозь зубы произнес он, глядя на мужчин, спешно улепетывающих к своим друзьям и байкам.
Он был прав. Однако я знала, что может остановить его, поэтому не преминула этим воспользоваться:
-Поехали домой.
И Эдвард с тяжелым вздохом поддался мне.