Глава 6
Интермедия Джейкоба
Как глоток воздуха
Погода не радовала. Я поежился от холода. Куртка едва спасала от пронзительного ветра. Я стоял на пляже в Ла-Пуш и смотрел на воду. Я прятался. От Беллы, от себя. От собственного бессилия. Какое невыносимо холодное лето…
Я разрывался на части. Жизнь оказалась значительно сложнее. И не потому, что я усложняю, а потому, что так оно и есть.
Сколько помню себя, я любил Изабеллу Свон. Любил больше, чем собственное естество, существование, эго. Смешно. Эго! А ведь этого так много. Едва ли найдется на земле горстка людей, которые готовы им пожертвовать ради любви. Я был готов. И сделал все, что мог. А оказался не нужен. Сказать, что мне было больно – ничего не сказать. Но и это прошло. Оказывается, боль проходит. Остается только выжженная степь, там, где была свежая сочная трава. Да, солнце бывает беспощадным.
Когда я встречал Беллу в аэропорте, я еще на что-то надеялся. И мне было бесконечно страшно. Страшно от того, что я предал ее. Человек во мне не изменял ей. Но вот волк взбунтовался в определенный момент. Вышел из-под контроля. И мне казалось даже, что так будет лучше. В нашем браке мы оба слишком заврались. Я уже давно перестал понимать, где правда, а где ложь. То, что казалось важным, на самом деле не стоило и выеденного яйца. Но Белла не увидела страха, боли, предательства в моих глазах. Она не увидела ничего, потому что сердцем была обращена не ко мне.
Да, сегодня она выбрала меня. Вернулась ко мне. Но что это значило для нашего будущего? Едва ли это могло что-то значить.
День первый. Она провела его сидя в своей комнате в нашем с ней доме. Я не хотел ее тревожить. Я ушел работать в гараж. Работа механика хороша тем, что есть, куда сбежать. Когда я вернулся в дом, она едва ли услышала меня. Я приготовил ужин. Предложил ей поесть. Белла отказалась. Я лег спать на диване в гостиной.
День второй. Приезжала ясновидящая пиявка. Несмотря на мои протесты, они весь день шептались о чем-то. Потом она ушла. Белла включила телевизор в гостиной и смотрела его до глубокой ночи, так и уснув в кресле. Я отнес ее в нашу постель. Себе же опять постелил на диване.
День третий. У Беллы начался приступ самоотверженности. Она приготовила завтрак. Постирала белье. Устроила уборку в доме. Приблизительно к обеду ее пыл угас. Когда я было сунулся в нашу комнату, она пожаловалась, что съела что-то не то. Эту ночь я вновь провел в гостиной.
Неделю спустя. Беллы подстриглась. Заперлась в ванной и обкромсала свои пышные мягкие волосы. Я не выдержал. Обратился в волка и ушел в лес. Переспал с Леа. Вернулся только через два дня. Белла демонстративно заперлась в комнате.
Полторы недели спустя. Приходил Чарли. Белла играла в хорошую жену. Я подыгрывал. Но, кажется, Чарли мы не обманули. Уже на выходе он обнял Беллу (дольше обычного), пожал мне руку и тихо сказал, чтобы слышал только я: «Не оставляй ее. Она не выдержит этого снова». Откуда ему было известно, что кровопийца объявился снова, мне не было известно. Хотя Чарли дураком не был. Мог сопоставить факты исчезновения Беллы на несколько недель, появления блондинки и ее сообщение, что Белла у Карлайла. Я не знаю, что ему объясняла Белла, но думаю, он ей не поверил.
Месяц спустя. Белла вернулась в школу в резервации. Все время уделяла только работе и домашним делам. Питание стабилизировалось. Чистота вернулась. Но исчезло что-то важное. Что делало наш дом – нашим домом. За этот месяц у нас ни разу не было секса. Она пугалась звука моего голоса, когда я обращался к ней. Отводила глаза, словно боялась, что я прочту ее мысли.
Два месяца спустя. Белла ходила в парикмахерскую. Снова подстриглась. Теперь волосы лежали лучше и были ухоженными. Элис (так уж и быть, буду звать ее по имени) и ее блондин вытащили ее в Порт-Анжелес. После этого Белла еще два дня ходила более оживленной, чем обычно. Она поменяла стиль одежды. В ней исчезла женственность. Белла опять похожа на ту семнадцатилетнюю девушку, только волосы короткие. И сердце разбитое.
Два с половиной месяца спустя. Белла предприняла попытку соблазнить меня. Забавно, собственного мужа. Я хотел ее. Видит бог, как бесконечно мне хотелось вновь касаться ее, сделать своей, приручить так, как приручал всегда прежде. Но в последний момент она опять сбежала. И я понял, что на этот раз, наверное, уже навсегда.
Три с половиной месяца спустя. Я уже без зазрения совести каждую ночь превращался в волка и бродил по лесу. Мне невыносимо было проводить ночи дома. Слышать, как в соседней комнате Белла рыдает в подушку по ночам. Или вскрикивает во сне его имя. Или, что еще страшнее, нежно шепчет: я люблю тебя, Эдвард. А однажды я слышал, как ей приснился эротический сон с пиявкой в главной роли. В момент, когда она достигла оргазма, я выбил окно в комнате и убежал в лес, испытывая невероятное сексуальное возбуждение. Я слышал голос Леа. Но мы оба не предпринимали никаких действий, чтобы встретиться. На следующий день Элис с блондином поселились в доме Калленов. Белла виделась с ними почти каждый день. Была весела, много шутила. Я почти подружился с коротышкой.
Четыре месяца спустя. Элис и Джаспер уехали на Аляску. Белла напилась.
Четыре месяца и неделя спустя. Белла переехала к отцу. Я переспал с Леа.
Четыре месяца и две недели спустя. Я навещал ее каждый день. Мне казалось, что наши отношения налаживаются. Мы стали почти друзьями. Только я любил ее в этот период почти так же сильно, как ненавидел себя за то, что делал с Леа, когда превращался в волка. А однажды, когда я приехал к домику шефа Свона, я услышал, как Белла играет на скрипке. Я знал эту мелодию. Она была прекрасна. Но ее звуки причиняли мне боль. Да, я знал, что это их мелодия. Белла рассказывала мне о Колыбельной. Их колыбельной. Его и Ее. И мне не было места в ней. Я невольно вспомнил просьбу шефа Свона. И усмехнулся. Белла сильная. Сильнее меня. Она выдержит все на свете, что суждено ей. И, к сожалению, я не мог сказать того же о самом себе. По моему лицу катились крупные капли дождя. Но они почему-то имели солоноватый привкус. В тот день я не вошел в дом к Свонам. Я не возвращался туда.
Океан не умел говорить, но сегодня я многое рассказывал ему. Я знал, что несколько дней назад Эдвард Каллен вернулся в Форкс. Я знал, что они виделись. Я знал, что она прогнала его. И еще я знал, что сейчас он воет от боли в своем доме далеко отсюда. Моя ненависть прошла. Мне было почти жаль этого вампира. Он разрушил их счастье своими руками. Черт, он был едва ли не более несчастным, чем я. Я-то, по крайней мере, осознавал, что делал все, что мог, чтобы быть с ней. А он слишком поздно все понял. Я простил ему все. Моя совесть была чиста. Я слишком сильно любил Беллу, мою жену Беллу, чтобы вмешиваться в ее жизнь. Но больше всего на свете я хотел только одного – вернуть те годы, когда мы были вместе. Я думал, она была счастлива. Я ошибся. Она могла быть счастливее.
- Джейк, - раздался голос за моей спиной.
Леа была высокой. Стройной, как тростник. Она была красива. И она не любила меня, никогда не скрывая этого. И все-таки что-то держало нас рядом.
Я обернулся. Она стояла за моей спиной, напряженно разглядывая мое лицо.
- Давно не виделись, - сказал я.
Я не лгал. В последнее время я видел ее только в волчьем обличье.
- Ты похудел, - задумчиво сказала она.
- А ты стала еще красивее.
Она догадалась по моему лицу, что я переживаю глубокую депрессию. Ей тоже было грустно от этого.
- Хочешь, трахни меня, - тихо шепнула Леа.
- Иди к черту.
- Тебе бы стоило запечатлиться уже на кого-нибудь, - беззаботно ответила она, сделав вид, что мои слова не задели ее.
- Я не хочу.
- Тогда вернись в стаю. Сэм сказал…
- Мне плевать, что сказал Сэм.
- Джейкоб, мы постараемся помочь.
- Чем? Твой драгоценный Сэм причинил тебе боль. Стая смогла тебе помочь? Едва ли, если ты переспала почти с каждым из них! Или это помощь такая? А? Боюсь, их методы мне не помогут.
Леа побледнела. Кажется, теперь я действительно задел ее.
- Это неправда, - побелевшими губами шепнула она, - это неправда…
Затем растерянность на ее лице сменилась яростью. Она замахнулась на меня и ударила по лицу. Ее удар был сильным. Но он не заставил меня потерять равновесие.
- И совершенно тебя не касается! – прорычала она вдобавок, - ты, который не может с пиявкой справиться!
… Через несколько мгновений два волка, как безумные мчались по пляжу Ла-Пуш. Пока один из них не настиг другого и не заставил ему подчиниться.
И в голове ее мелькнуло: «Мне давно не нужен Сэм. Мне нужен ты».
Но этого было так мало, чтобы заглушить мою боль. Мне нужна была Белла. Как глоток воздуха.