Глава 4. Реванш

Джейн

Я, не отрываясь, смотрела на вошедшую девушку, лаская взглядом каждую черточку ее лица - то ли приветствуя, то ли прощаясь. Тонкая фигурка в длинном серебристом платье. Удивительный цвет глаз подчеркивали серьги и колье из дымчатых топазов. Распущенные волосы в первых лучах солнца окружали золотистым облаком любимое лицо. С ее губ не сходила приветливая улыбка, а взгляд с любопытством перебегал с одного лица на другое.

Казалось, от моего ангела исходит сияние, столь неуместное в этом мрачном окружении. Я читала на лицах вампиров то же потрясение, которое когда-то испытала сама - в ее взгляде смешались любопытство, восхищение, восторг, но никак не привычные для всех ужас и обреченность. Это завораживало... И только я знала, что причина этого в том, что страх, инстинкт самосохранения, чувство опасности - все это осталось там, за хрустальной стеной, которая разделила жизнь Анжелы на до и после аварии...

Солнечный луч на мгновение скользнул по ее груди, заставив топазы в ее ожерелье вспыхнуть радужными бликами. Я как зачарованная не сводила с них взгляда. Синие, красные, желтые искры... Совсем некстати вспомнилось, что с самого первого дня я обожала осыпать ее драгоценностями... Жемчуг, розовый как ее губы... Синие сапфиры, оттеняющие ее молочную кожу... Серые топазы - под цвет глаз... Рубины, пылающие на теле, подобно моим обожающим глазам... Меня завораживал контраст ее кожи и холодных прекрасных камней, которые теплели на ее груди, так же, как и мои руки, касающиеся ее тела...

Я вынырнула из омута сладких воспоминаний, обжегшись о взгляд Каллена. Он потрясенно смотрел на меня, и безумие постепенно уходило из его глаз, сменяясь на сострадание????? Это последнее чувство, которое я рассчитывала встретить здесь. Мы, не отрываясь, смотрели друг на друга, и вдруг я поняла, что мой заклятый враг, читающий людей как раскрытую книгу - единственное существо, на помощь которого я могу рассчитывать. Впрочем, могу ли....

Я увидела как он тягуче-неторопливо, как в замедленной съемке, повернул голову к Аро и его лицо, снова исказившееся от мучительной гримасы боли, затопила синеватая бледность ... Вот уж когда я не позавидовала его дару читать мысли. Казалось, что его тело подсоединили к линии высокого напряжения, на разных концах которого были мы с Аро. Не знаю, что читал Эдвард в его мыслях, но такие страдания он испытывал явно не случайно.

Перед моим же мысленным взором стояла только Анжела. Как за спасательный круг я цеплялась за обрывки воспоминаний, всплывающих перед глазами. Наша первая встреча и звук моего имени, которое я услышала впервые... Ее тихий смех и нежный шепот... Жар ее рук на моем лице... Трепет ресниц во время безмятежного сна... Теплое дыхание на моих холодных губах... И нежность. Нежность, не покидающая меня с момента нашей встречи.

Я не могла это объяснить, но меня не покидала твердая уверенность, что именно эти мои мысли не давали Каллену окончательно потерять рассудок и, превратившись в зверя, убить моего сероглазого ангела. Почему я была так уверена, что именно его Аро выбрал на роль палача - я не знаю. Наверное, я просто это знала, как знает спящая мать, что ее ребенок проснулся. Как знает брат-близнец, что его половинку постигла беда, даже если он находится на другом континенте. Знала тем необъяснимым знанием, которое связывает по-настоящему родственные души и которому нет названия в этом материальном мире.

Впрочем, нет. У него есть название. Просто я так давно отказала себе в праве на это чувство, что только сейчас осознала все то, что творилось со мной эти полгода, что привело сюда Эдварда и его смертную подругу, что собрало нас всех в этом холодном зале, что раскаленной иглой сидело в моем сердце. Это любовь.

Каллен резко вскинул голову, впиваясь в меня взглядом. В нем читалась странная мольба, но мне, вооруженной моим новым знанием, не нужны были слова, чтобы понять, о чем он просил. Я мельком взглянула на улыбающуюся Анжелу, послала ей ответную улыбку и все что могла, все чувства и эмоции, что разбудила во мне эта удивительная девушка, направила искрящимся потоком в сознание Эдварда.

"Люблю!" - пела во мне каждая частичка моего тела. "Люблю!" - кричали мои глаза. "Люблю!" - безмолвно шептали губы. Сколько времени проходит между двумя ударами сердца? Я знаю - вечность. И в конце этой вечности в глубине глаз Эдварда промелькнула тень улыбки - только на миг, лишь для меня - знак благодарности и обещание? Больше не обращая на меня внимания, он развернулся всем телом и теперь пристально рассматривал Аро. Его губы изогнулись в презрительной ухмылке, и я могла поклясться, что он выглядел победителем. В его глазах читалось торжество и яростная, ничем не прикрытая ненависть.

Тонкие губы Аро сжались в нить - "Ах так?"

Следующее его действие стало для меня полной неожиданностью. Одним молниеносным движением он оказался возле Анжелы и с треском разорвал на ней платье. Шелковая ткань не успела упасть к ее ногам, как он хирургически точным движением провел глубокую царапину через всю ее шею, и толкнул обнаженную девушку прямо в руки Каллена - "Приятного аппетита, щенок!" Царапина тут же набухла каплями крови, и одна, самая нетерпеливая, не удержавшись, тяжело упала на грудь девушки, оставляя за собой алую полоску следа. Общий вздох пронесся в наступившей тишине.

Анжела стояла, почти прижавшись к телу Эдварда, удивленно глядя на Аро, сбитая с толку его грубостью. Она была прекрасна и естественна в своей безгрешной наготе, которой она не стыдилась, как не стыдятся ее дети, как не знала стыда Ева в Эдемском саду. Но не ее сегодня подвергали немыслимому искушению. Скорее она была тем яблоком познания, которое протягивал замершему без дыхания позади нее вампиру старый змей-искуситель Аро.

Я подняла вмиг ослепшие глаза на Каллена - даже у меня перехватило горло от запаха ее крови. А он был мужчиной и что еще страшнее - он был очень голодным вампиром, держащим в своих руках прекрасную, истекающую кровью женщину. Это был не просто соблазн, это был смертный приговор для моего ангела. Я даже не пыталась врать самой себе - противостоять такому искусу было невозможно.

Второй раз за последние несколько минут раздался треск разрываемой ткани. Это Эдвард, не рассчитав силу, рванул завязки плаща, срывая его со своих плеч. Он молча набросил на девушку свой плащ, который алым покровом полностью скрыл ее фигурку и презрительно процедил через плечо - Аро, ты, кажется, забыл, что я вегетарианец!


Эдвард

Когда мы жили в Форксе, я любил бегать купаться к водопаду, который нашел неподалеку от дома - всего в 10 минутах бега, на границе штата. Непередаваемые ощущения, когда на тебя, едва не сбивая с ног, обрушивается ледяная масса воды, выбивая дыхание из груди и не оставляя в голове не единой мысли. После этого шока возвращаешься в мир как заново рожденный... Все чувства словно впервые пробуждаются в тебе. Каждый звук, дуновение ветра, каждая капля воды ощущается по-новому, как в первый раз.

Но все эти ощущения были не более чем слабой тенью от того смятения, в которое привело мои чувства одно коротенькое слово, промелькнувшее в сознании Джейн - любовь. Я ухватился за это слово, как утопающий хватается за соломинку. Монстр внутри меня уже практически полностью избавился от оков и только это, едва рожденное слово, не давало мне полностью погрузиться в пелену безумия, сияя одинокой путеводной звездой в штормовом море.

"Еще!!!" - безмолвно взмолился я, взывая к той, которая случайно подарила мне эту надежду. Глупая и бессмысленная просьба - она не могла услышать моего немого крика. Но в этот день суждено было случиться и еще одному чуду. Джейн вдруг мельком посмотрела на стоявшую рядом с Диметрием девушку, улыбнулась каким-то своим мыслям и вдруг, подняв на меня глаза, буквально оглушила меня целым вихрем своих мыслей.

Я замер, впитывая в себя каждый миг этих бесценных воспоминаний. С каждым из них крохотная звезда моей надежды становилась все ярче. "Люблю!" - и кровавые призраки Аро растаяли под ее лучами. "Люблю!" - и сияющие нежностью серые глаза уже сменились ласковым кареглазым взглядом. "Люблю!" - и я наконец-то смог вздохнуть полной грудью, больше не замирая от близости смертной девушки. Потому что она больше не была добычей для монстра, она была прекрасной юной девушкой, сероглазым ангелом Джейн.

Я прислушался к себе, пытаясь разобраться в происходящем. Безусловно, мой голод остался со мною, как и монстр внутри меня. Но сейчас он был скован крепче, чем когда-либо, потому что теперь его держали не только моя любовь к Белле, но и чувства Джейн. Осознав это, я послал девушке улыбку, благодаря ее за этот дар. Я больше не сомневался в том, что она ее увидит, как услышала крик о помощи. С моей стороны Анжеле больше ничего не угрожало.

Я все еще продолжал слышать мысли Аро, но они больше не вызывали агонии в моем измученном теле. Вместо этого в груди разгорался костер, в пламени которого сгорали наведенные древним вампиром кровавые мороки. Там же бесследно сгинули и мое внезапное раздражение на Карлайла, и нахлынувшая жажда Беллиной крови, все то, что было вызвано искусным кукловодом и едва не стоившее мне рассудка. И перегорев, внутри меня осталось только чистая, ничем не замутненная ненависть к Аро, который играл мною и моими чувствами. И торжество. Я победил, я смог устоять перед ним. Я остался собою, так и не позволив монстру вырваться на свободу. Хотя до самого конца отпущенной мне вечности, я буду с ужасом вспоминать - насколько близок я был к поражению.

Я отвернулся от Джейн, в первый раз безбоязненно поворачиваясь к ней спиной, и встретил белый от бешенства взгляд Аро. Он не мог не видеть, что больше не имеет власти надо мной, и был вне себя от злости за то, что не сумел меня сломать. О, теперь чтение его мыслей доставляло мне огромное удовольствие, которое я и не думал скрывать! Наверное, именно моя презрительная улыбка и стала причиной его импульсивного поступка, потому что мгновением ранее я не видел ничего в его мыслях, а когда понял, что он задумал, то успел только протянуть руки и подхватить летевшую на меня Анжелу, не позволяя ей удариться о мое каменное тело.

- Приятного аппетита, щенок! - увидев кровь на ее шее, я невольно задержал дыхание. Не потому что это было действительно так необходимо, а скорее по привычке, которую я приобрел рядом с Беллой. Что ж, надо отдать должное врагу - Аро боролся до последнего.
Я почувствовал легкую дрожь в ее теле от моих холодных прикосновений и, не задумываясь, сдернул с себя плащ, укутывая девушку.

- Аро, ты, кажется, забыл, что я вегетарианец - я даже не посчитал нужным обернуться к нему. В нашем случае можно было уже не придерживаться даже формального соблюдения приличий. Война была объявлена, и я скорее позволил бы разорвать себя на куски, чем показать свою слабость.

Я ободряюще улыбнулся Анжеле, которая совсем не выглядела испуганной, скорее растерянной, в отличии от Джейн, которая смотрела на меня почти с суеверным ужасом. Задуматься о причинах ее паники мне помешал раздавшийся рык, сопровождающий смазанное от скорости движение летящего тела, отбросившее меня на несколько метров от девушки.

Я почти успел. Но "почти" - это огромная пропасть, отделяющая потерявшего голову от запаха человеческой крови вампира, от спасения жизни хрупкого сероглазого ангела. Джейн тоже почти успела. От силы ее ментальной атаки, всех вампиров бросила на мраморный пол волна невыносимой боли. Меня шатало, когда я наконец сумел подняться на ноги. Но это все уже было напрасно. Обнаженная женская фигурка осталась неподвижно лежать на алом шелке, словно посреди большого кровавого пятна. Диметрий не успел прокусить ей горло, но одного удара чудовищной силы хватило, чтобы сейчас Анжела лежала неестественно вывернув шею, не оставляя никаких надежд кинувшейся к ней Джейн. Все произошло настолько быстро, что потребовалось какое-то время, чтобы осознать происшедшее.

Аро лучился самодовольством - его более чем устраивал такой вариант развития событий.
- Увидите его - кивок в мою сторону. Я обернулся к Джейн, застывшую безмолвным изваянием над телом Анжелы, тем самым привлекая к ней внимание Аро.

- Джейн, дорогая, я полагаю, нет нужды просить Диметрия убрать за собой? - я содрогнулся от прозвучавшего в голосе цинизма. Джейн подняла на него мертвые глаза. Потом, не ответив, наклонилась над мертвой девушкой, осторожно, как спящую, поднимая ее на руки, и так же молча, медленно двинулась к выходу из зала. Не только я, все кто находился тогда там, застыли, пораженные глубиной ее скорби. Мы в молчании провожали ее взглядами, пока она со своей страшной ношей не скрылась за дверью. Легкий толчок в плечо - обернувшись, я увидел Маркуса, смотревшего на меня сочувствующим взглядом, - Пойдем.

Двери за моей спиной почти закрылись, когда я услышал торжествующий смех Аро:
- Шах и мат, Каллен!