Бип.

Бип.

Бип.

Непрерывный шум эхом отдавался в ушах и воспринимался ярче, поскольку я лежала с закрытыми глазами. Я слышала приглушённую беседу, шуршание ткани, чьи-то шаги, скрип колёс по линолеуму и десятки маленьких нюансов, которые могла узнать и назвать. Я знала все эти звуки и вещи.

Я знала, что мои ноги закутаны в толстые шерстяные носки, на резинках которых выцветшими чернилами проштампована эмблема Иллинойского университета при Чикагской больнице.

Я знала, что мой бесформенный халат украшают маленькие цветочки, и держится он на мне за счёт белых капроновых завязок. Я знала, что подо мной плотные белые простыни; а под светлой наволочкой скрывается пожелтевшая подушка; одеяло, накрывавшее ноги, усеяно такими же синими цветочками, что и халат.

Я знала, что моя любимая медсестра всегда носила выцветший фиолетовый медицинский костюм и пластмассовые розовые шлёпки в дырочку размером в десять центов. Я знала, что у неё на шее потускневшая цепочка с крестиком. Я знала, что когда она закрывала глаза и пальцем чертила по металлу, то молилась. Я знала, что она делает это каждый раз перед тем, как покинуть мою палату.

Я знала, что у моего невропатолога длинные светлые волосы. Она всегда затягивала их в тугой пучок. Я знала, что у меня коричневые волосы и соответствующий цвет глаз.

Я знала, что мои жизненно важные органы в порядке, хотя содержание кислорода в лёгких всё еще вызывает беспокойство. Я знала, что узкая пластиковая полоска на руке удерживала подведенные от капельницы трубки на месте, а повязка на груди надёжно фиксировала центральный катетер.

Я знала, что если нажму красную кнопочку, которую сжимала в руке, то через прозрачную трубочку в мой кровоток впрыснется доза морфия.

Я знала, где нахожусь – на 1740 Тэйлор Стрит в Чикаго (прим. пер: адрес Иллинойского медицинского центра), ведь вычитала адрес в визитной карточке одного из врачей.

Но дело в том, что я понятия не имела, почему я здесь.

Не знала своего имени, и имени родителей. Не знала даже, есть ли у меня родители, братья, сестры или другая родня.

Я знала, что была найдена на тротуаре на 14-ой Стрит после того, как спрыгнула с пятого этажа, так мне сказали. Но не знала, почему я это сделала.

Я знала, что получила серьёзные повреждения: раздроблена коленная чашечка, сломаны рука и шесть ребер, лёгочный коллапс¹, сломан нос, который сейчас уже почти сросся. И множество шрамов и порезов, усеивающих бледную кожу.

Я знала, что не должна была выжить.

Но выжила.

Я жива.

И буду жить.

Я лишь не знаю, кто я есть.

Веки закрывались сами собой, и вскоре я видела лишь темноту, я опять сосредоточилась на том, что знала. Тихие шаги медсестер; тупая, но по-прежнему всепоглощающая боль, которая немного утихала, если я лежала спокойно; непрерывное пиканье монитора, отмеряющего биение моего сердца – постепенно затихало, превращаясь в тихую мелодию, когда капля морфия принесла с собой временное затишье, позволяя уснуть.

_________

¹ Лёгочный коллапс (он же ателектаз лёгкого, он же пневмоторакс) - коллапс легкого происходит в результате скопления воздуха или газа между оболочками, в которые заключены легкие. Пневмоторакс бывает также открытым и закрытым. При открытом пневмотораксе (обычно в результате травмы) воздух свободно поступает в плевральную полость и обратно. При закрытом пневмотораксе воздух выходит в плевральную полость непосредственно из легкого.

Привет всем!!!
Надеюсь вам понравится эта история так же как и мне =)))
Оставляйте свои отзывы здесь и на форуме Memoria in Aeterna