Волна приближалась. Она была, наверное, метров пять в высоту! Сегодня мне повезло, давно таких волн не было. Я скользнула под нее и пронеслась на дикой скорости, наслаждаясь брызгами и шумом моря. Черт! Не удержалась. И вот я под водой и не различаю, где верх, а где низ, мое тело закручивает течение и затягивает на глубину. Мало воздуха, в нос противно забивается вода, от глубины начинают болеть уши. Но мне не страшно. Что бы я ни делала, каким бы экстремальным спортом не занималась, я всегда выживаю. Это уже становиться даже скучно. Я оттолкнулась ногами и с трудом всплыла. Зацепившись за привязанную к моей ноге доску, я откашлялась и поплыла к берегу.
- Джейк!
Где-то послышался лай моего пса, потом он подбежал, влетел в воду и, поскуливая, начал облизывать мне лицо.
- Знаю, знаю Джейк! Прости, я знаю, что ты волновался. Все нормально, - потрепала я своего золотистого друга по загривку.
Выбравшись на берег, я переоделась, бросила доску на заднее сидение своего кабриолета «мустанг» и села за руль. На пассажирском кресле уже ждал Джейкоб, сидя с важной мордой.
- Ну что, дружище, нашу любимую? - спросила я его. Он одобрительно гавкнул.
- Оке-е-е-ей, - улыбнулась я ему и включила любимую песню.
Я нажала на газ и на полной скорости рванула в город. Мы ехали по побережью в направлении моего нового офиса. Теперь я работаю креативщиком в рекламном агентстве «Креативная стая». Работа полностью меня устраивает: свободный график, хочу - приезжаю, хочу - нет, да и за идеи платят неплохие деньги, на жизнь хватает. И сейчас мне как раз нужно забрать свой конверт с гонораром за последний заказ.
Я забежала в офис, громко поздоровавшись со всеми. Навстречу мне вылетели три придурка - Квил, Эмбри и Пол. Они отличные парни, но сумасшедшие на весь мозг. Индейская кровь, наверное. Они все были из индейцев, как и владельцы агентства. Ребята подбежали к Джейку с визгом и криками. Собака была любимчиком всего коллектива. Я почти всегда брала ретривера с собой, после нашего переезда в Лос-Анджелес он с трудом переносил одиночество.
- Парни, только не кормите его всякой ерундой, а то он разжирел уже!
- Ок, Беллз!
- Да, Белла!
- Хорошо, Свон!
- Оболтусы! - засмеялась я и направилась к шефу. Точнее, к шефам. Теперь у меня их двое - Сэм и Эмили. Они супруги и владельцы этого рекламного агентства, и таких боссов у меня еще не было, они просто замечательные.
- Эй! Сэм! - влетела я в кабинет шефа.
- Беллз, привет! - воскликнул Сэм, увидев меня на пороге кабинета. - Заходи!
Кабинет Сэма и Эмили был оформлен необычно для этой сферы бизнеса, очень по-домашнему. Деревянная отделка стен, большой стеллаж для книг из дуба, огромный коричневый диван в углу, стол невероятных размеров прямо посередине кабинета, вокруг него множество стульев для всех сотрудников компании. Сэм не любит показывать, что он босс, и искренне считает нашу команду семьей. Кроме того, по всему кабинету были расставлены цветы, заботливо выращенные Эмили. С ней мы очень сдружились, она не только красивая женщина, но и очень добрый, светлый человек.
- Беллз, твои идеи просто великолепны, заказчик в восторге! Держи. - Сэм протянул мне пухлый конверт. Пересчитывать я не стала, да и зачем?
- Есть что-нибудь новое для работы? - спросила я и взяла со стола аппетитный кекс, а потом уже спросила. - Можно?
- Да, конечно, Эмили только что принесла, - улыбнулся он мне. От улыбки у Сэма в уголках глаз появились небольшие морщинки в виде лучиков. - Пока нет, сейчас я веду переговоры с заказчиками Квила, как только понадобится твоя работа, я сразу сообщу. А у тебя что нового?
- Мне вчера привезли новенький байк, - довольно заявила я с набитым ртом.
- А со старым что случилось? - удивился Сэм. - Ему месяц от роду был.
- Не выжил, - спокойно ответила я.
- Белла, мне кажется или ты пытаешься себя убить? - насторожился Сэм.
Да уж, Сэм у нас очень проницательный человек и чувствует за каждого из своей команды некую ответственность.
- Сэм я неприкасаема, как Бэтмен! - поторопилась успокоить его я.
- Ладно, Бэтмен, иди уже, - усмехнулся Сэм. - Только будь осторожна, умоляю!
- Конечно, папочка! - улыбнулась я на прощание Сэму, взяла со стола еще один кексик и выскочила из кабинета.
Клубок из парней и Джейка чуть не снес меня с ног, когда я вошла в общий офис. Но вырвать кекс у меня из рук у них не вышло!
- Эй! - попыталась привлечь я внимание. Но этот вихрь уже было не остановить. На прошлой неделе, когда я прыгала с парашютом, один инструктор научил меня предотвращать общую истерику. Я засунула два пальца в рот и оглушительно свистнула, а потом заорала:
- Стоять!!!
Клубок распался, и внимание всей «стаи» сосредоточилось на мне
- Ну ладно, они, Джейк! Но ты?! Как ты себя ведешь? - пристыдила я своего лучшего друга. Джейк, повесив хвост и уши, побрел ко мне.
- Ну, Белла… - хором заскулили парни.
- До встречи, парни! Не разгромите офис!
- Пока, Беллз! Пока, Джейк! Дружище, мы будем ждать тебя! - театрально зарыдали парни.
Так. Чем бы мне сегодня заняться? Может, обкатать мой новенький байк? Точно! Судя по утверждению моего знакомого мотогонщика, этот зверь развивает скорость, которая мне на старом и не снилась. Вот и проверим! Тогда вначале домой.
Квартиру я купила в очень спокойном районе Л.А., отдаленном от центра города. Конечно, как и ты бы сделал, я предпочла последний этаж. И мне повезло, в мое распоряжение отдали целую крышу, которую я оборудовала под себя. Мы с Джейком вбежали в квартиру, и этот обжора сразу рванул к миске.
Я запихнула доску в кладовку и пошла переодеться. Зайдя в спальню, я непроизвольно и по привычке взглянула на нашу картину. Она выделяется ярким теплым пятном на пустой светлой стене. Она – единственное, что утешает меня теперь по ночам. Поэтому я никогда не выключаю на ночь свет, я ненавижу темноту, с темнотой приходит боль. Ты мне оставил только две вещи – картину и кулон. И Джейка. Именно они не дают мне окончательно сойти с ума. Когда я вижу их, я знаю что и ты есть, где-то ты есть. Иногда я физически чувствую тебя.
Прошло уже полгода, но для меня все было будто вчера. Я пытаюсь заглушить боль всем, чем только можно. Скорость, виски, боль… Ничего не помогает. Но я не плачу. Никогда. Я разучилась это делать полгода назад, еще там, у двери твоей квартиры. Я никому не стала сообщать о своем отъезде из Нью-Йорка, никому не сообщила свой новый номер телефона. Я только оставила адрес родителям и звоню им сама раз в неделю, сообщая, что со мной все в порядке.
Я никому не сказала о тебе, просто не смогла. Я так сильно люблю тебя…
… У меня опять закружилась голова. Я больно ударила себя по щеке, быстро надела кожаные штаны и черную майку, схватила шлем и вылетела на улицу. Гараж находился прямо у дома, что очень выгодно, я выкатила своего нового зверя на улицу, завела, села, нажала на газ… Вот это да! Сила, мощь! Эрик не обманул, посоветовав мне его! Выехав за город, я на полной скорости летела по автостраде, обгоняя автомобили и иногда замечая перекошенные от страха лица водителей.
Начинает темнеть. А это значит, нужно спешить домой. Там свет, там Джейк.
Въехав обратно в город, я заметила как у картинной галереи, в которую я часто захожу, толпится народ. Вспышки фотоаппаратов, голоса, аплодисменты. О, в галерее новая экспозиция. Нужно будет обязательно зайти и посмотреть. Я крепко увлеклась историей живописи и следила за творчеством современных художников.
Подъехав к дому, я затащила зверя в гараж и вихрем влетела в квартиру. Быстрее! Быстрее, прочь от темноты!
Выпив очередную порцию виски, без которой я теперь не могу уснуть, я влезла на бордюр крыши. Я так делаю каждую ночь. Просто стою на краю и смотрю на небо, все время жду, жду чего-то… Может, знака?
- Белла, я люблю тебя…
- Прости меня, прости! Эдвард, это я виновата!
- Ты ни в чем не виновата, любимая.
- Я знаю, что виновата! Если бы я сразу согласилась уехать с тобой в тот понедельник! Если бы сразу! Ничего бы не случилось! Эдвард, где ты? Только не уходи!
- Я не могу не уйти, ты же знаешь…
Мой вопль разрезал тишину ночи. Боль. Дикая боль в груди. Я завыла, сжавшись в тугой комок. Каждую ночь одно и то же. Джейк был уже рядом, он всегда рядом. Только он знает, что каждую ночь ты уходишь от меня. Но я живу ради этих снов, и моя боль - это плата за то мгновение, когда я слышу твой голос. Я не могу отпустить тебя. Каждый мой прожитый день только для тебя, я живу, чтобы услышать тебя ночью. Я помню, что обещала тебе. Я буду счастлива, я заставлю себя…
Утро, как всегда, началось со слюнявой морды Джейка.
- Фу, Джейк, прекрати, - не открывая глаз, я пыталась оттолкнуть настойчивую собаку, которая решила, что пора есть и гулять.
- Белла, я тебе давно говорю, давно пора перестать целоваться с собаками и начать целоваться с нормальными мужчинами! – послышался занудный голос из угла комнаты.
Не открывая глаз, я нащупала подушку и наугад швырнула ее в угол.
- Зараза, ты мне лак смазала! – раздался вопль. Попала, вот я молодец!
- Ньютон, сколько раз уже просила, прекрати ломиться ко мне в спальню каждое утро! – пробормотала я, открыв глаза.
- А ты научись входную дверь закрывать! – нагло заявил Майк, сидя в кресле, и скорчил на смазливом личике презрительную гримасу. Он продолжал невозмутимо красить ногти моим синим лаком.
- А ты не заходи без спросу! – я села и сонно потрясла головой. – Это неприлично, в конце концов, вламываться к девушкам в спальню!
- Детка, я же гей! – возмутился Ньютон и вернулся к маникюру. – Мне можно!
Я подняла вторую подушку и занесла ее над головой.
- Хватит, хватит! – заорал Майк. – Сейчас все мне испортишь! Ну, извини. Я просто от Джессики спрятался у тебя.
- Она опять решила испечь оладушки? – засмеялась я, опустив подушку.
- Хуже, - мрачно заявил Майк, дуя на накрашенные ногти. – Сегодня на завтрак лапша!
- О, тогда тебе пришлось хуже, чем я думала, - захохотала я.
Майк Ньютон, дизайнер одежды – мой сосед. Живет он вместе с Джессикой Стенли. Она считает себя художником, почти гением, которого никто не понимает. Почему Джес и Майк живут вместе – тоже, кстати, никто не понимает.
А еще моя соседка уверена, что она - великий кулинар, и все время пытается накормить нас едой собственного производства. Правда, есть это все невозможно в принципе! Ее лапша напоминает смесь клейстера с битумом. Она даже кофе не может сварить так, чтобы его можно было пить без перекошенного лица.
- Майки! Вот ты где! – в спальню влетела Джессика с кастрюлькой в одной руке и вилкой – в другой. – Пора завтракать!
Выглядела она, как всегда, феерично. На голове – гнездо из рыжевато-каштановых волос, которые она, по-моему, расчесывает пару раз в год. На лице – огромные очки. Одета в растянутые спортивные штаны и кофточку, которую точно украла у бабушки. На шее – огромные зеленые бусы. Но убедить Джес одеваться нормально не может даже Майк, что уж обо мне говорить!
Лицо Ньютона приняло мученическое выражение.
- Джес, прости, милая, я на диете! – выпалил он.
- С каких это пор? – подозрительно спросила Джес.
- С утра!
- Ладно, - протянула она. – Тогда на ужин будет диетическое пюре из моркови!
Представив себе это пюре, я чуть под кровать от смеха не свалилась. Ой, зря я привлекла к себе внимание.
- Тогда ты позавтракай! – возликовала Джессика и начала приближаться ко мне со своей кастрюлькой.
- Джес, я не ем по утрам, ты же знаешь! – завопила я сквозь смех и ретировалась в ванную.
Выйдя из ванной, я увидела надутую Джессику. Увидев меня, она демонстративно вытряхнула лапшу из кастрюльки в мусорное ведро.
- Тогда вечером будешь есть пюре! – показала она на меня пальцем. – А пока давайте я кофе сварю!
- Я сама! – громче, чем нужно крикнула я и ринулась к кофеварке.
Потом мы все дружно пили кофе на крыше, любуясь утренним Лос-Анджелесом.
Утро, как утро. Обычное.