Его самые нежные руки на свете неторопливо расстёгивали крючки на платье, он нежно, будто бы в первый раз целовал меня. Всё моё лицо. Губы, нос, щёки, глаза, лоб, и волосы, потом опускался всё ниже и ниже подбородка, к шее, горлу, в том месте, где бешено бьётся мой пульс, он, засмеявшись, выдохнул и мне стало щекотно. Мои же пальцы, в это время, запутавшись в его шелковых бронзовых волосах, прижимали его голову всё теснее и теснее к моим ключицам.
Вероятно, у него плохо получалось освобождать меня от платья, но он не спешил, явно наслаждаясь и радуясь каждому новому расстёгнутому крючку… Наконец, избавившись от последнего крючка, он принялся развязывать ленточки корсета. Бог мой, кто бы мог подумать, что он не снимет с меня это чёртово платье зубами? Что он будет так кропотливо, миллиметр за миллиметром, освобождать моё тело от этого белого облака?
- Белла, это была последняя ленточка, - хитро улыбаясь, Эдвард повертел белой шёлковой ленточкой у меня перед глазами и затем принялся губами исследовать каждую клеточку меня, которая так благополучно скрывалась от него весь сегодняшний день подвенечным платьем…

Ах, иногда, чтобы получить всё, нужно остаться ни с чем…

Хорошенькие мои!) Это... Знаю-знаю, многое непонятно, многое вообще не так, как вам бы хотелось...
Да. Это Белла с Эдвардом!)
По сему, приглашаю вас на ФОРУМ