От автора: Белла сейчас находится на седьмом месяце беременности, или на тридцать первой неделе.

Я поднялась в свою комнату и переоделась. Слезы стекали по моему лицу, когда я старалась заснуть, чтобы увидеть тот прекрасный и такой реальный сон. В эту ночь я плакала до тех пор, пока не уснула.
Прошло несколько недель, и мы с Эдвардом становились все ближе. Также я призналась Джейкобу, что не заинтересована в отношениях, и он спросил, можем ли остаться друзьями, я и, конечно же, согласилась.
Когда Роуз не было дома, мы вдвоем уютно устраивались на диване и весь день смотрели телевизор. Мы были почти парой, ну, разве что без поцелуев и секса. Но когда Рози приходила домой, мы вели себя совершенно иначе.
Мне было больно находиться возле него так близко. Мне безумно нравилось сидеть с ним целый день у телевизора, но ночью он шел в спальню не со мной, а с Роуз. С тех пор, как ребенок начал пинаться, я забыла про сон, ведь она была очень активной.
Вот почему я разбудила Рози и Эдварда десять минут назад, и теперь мы на пути в больницу. Детка Ка пинала меня постоянно, но когда я проснулась, то не чувствовала ее, всю ночь я не чувствовала ни толчка.
Эдвард сидел за рулем, а Рози держала меня в своих объятьях на заднем сидении машины. Весь последний час я пыталась заставить ребенка хоть немного зашевелиться, но не смогла.
На сегодняшней смене как раз работал Карлайл, поэтому он уже ждал нас. И я видела, как беспокоится Розали, хотя Эдвард, казалось бы, был совершенно спокоен. Он продолжал повторять мне, что ничего страшного не случилось, и детка просто спит, но когда ребенок выделывает кульбиты в твоем животе, а потом резко затихает, думаю, это повод для паники.
Как только мы припарковались, я вылетела из машины и побежала в больницу, а Рози быстро следовала за мной. Добравшись до стола регистраций, я попросила позвать Доктора Каллена, и, как только я произнесла его имя, он вышел из-за угла.
– Карлайл, ты должен помочь мне, – прорыдала я, и, когда слезы начали капать из моих глаз, он меня обнял.
– Тшшш, Белла, успокойся. Все будет в порядке, – я кивнула возле его груди, стараясь успокоиться.
Дело в том, что я плакала не за себя, а за Рози. На протяжении этой беременности было сколько всего, что добавки ей не нужно.
– Белла, успокойся, стресс вредит ребенку, – кивнув, я прошлась руками по волосам, эту привычку я переняла у Эдварда несколько недель назад.
Карлайл подал мне больничный халат и провел в отдельную комнату, чтобы я смогла переодеться. Роуз и Эдвард ждали за дверью, пока Карлайл делала анализ крови и УЗИ. С места, где я сидела, я не могла видеть экран, и эхограмма была отключена, поэтому я не знала, все ли с девочкой в порядке. Надеюсь, с ней все хорошо.
Карлайл захихикал, и я посмотрела на него.
– Что, – спросила я, а он помахал головой.
– Просто ты так встревожена, – ответил он.
– Именно. Хотя это не мой ребенок, но если она… – я замолчала, вытирая слезы в уголках глаз.
– Белла, Розали с Эдвардом поймут, если ничего не получится. У множества женщин бывают выкидыши или рождение мертвых детей. Такое случается. А теперь – успокойся, – ответил он.
– Мне страшно, – пробормотала я, и Карлайл посмотрел на меня.
– Я бы забеспокоился, если бы ты не испугалась. Можно спросить, почему?
– Из-за всего, да и поэтому из-за этого тоже. Последние недели мне не было покоя от ее толчков, и тут она затихает, а мне скоро рожать, – он кивнул.
– Белла, здесь нечего бояться, каждая женщина боится рожать, но это происходит каждый день. А на счет этой ситуации, то нечего волноваться, девочка просто спит, – я выдохнула с облегчением. – Кажись, она сильно вымоталась, пока била тебя своими маленькими ножками. И тебе, кстати, тоже стоить немного отдохнуть.
– Думаю, я смогу это сделать, – ответила я, краснея.
– Иногда дети так делают, но если у тебя будут какие-либо вопросы, то я буду рад тебе помочь, – я улыбнулась, вытирая гель со своего живота.
– Спасибо, Карлайл. Извини, что побеспокоила.
– Такое бывает при первой беременности. А теперь иди домой и ложись спать, – сказал он, и я кивнула. Думаю, я могла бы вздремнуть.
Карлайл вышел с палаты, и, переодевшись, я уселась на кушетку, опершись на стену, посмотрела на свой живот. С ней все хорошо. Я подняла всех на уши из-за ничего и добавила Рози еще больше беспокойства.
Не понимаю, зачем я это сделала, если чувствовала себя хорошо. Уверена, Эдвард будет издеваться надо мной и повторять: «А я же тебе говорил». И он говорил же, что с ней все в порядке, и я слишком остро реагирую.
Этот ребенок не мой, но это не мешает мне обожать и любить его, не так, как я любила бы родного, но все же… Это сложно объяснить. Я чувствовала с ней необычную связь, не материнскую, но не менее важную.
Мои глаза распахнулись, когда я поняла, что меня куда-то несут. Я была как будто в тумане, и мне ужасно хотелось заснуть опять. Заснуть? Опять? Я что, спала? Я огляделась и поняла, что это Эдвард несет меня от машины к дому, но Рози я не видела.
– Где мы? – пробормотала я.
– Тихо, любовь моя, спи. Ты заснула в больнице, – проворковал Эдвард. Я кивнула и, уткнувшись ему в шею, вдохнула его запах. Он пах мускусом и мятой – самым лучшим запахом в мире. Мои глаза медленно закрывались, пока я снова не уснула.
***
Я проснулась от толчков детки Ка, которая решила, что сейчас удобное время для моего подъема. Не могла ли она раньше начать шалить, чтобы я так не переживала и не ездила в больницу?
Я подняла голову и, открыв один глаз, сразу же его закрыла от яркого дневного солнца. Звуки возле меня дали мне понять, что в комнате я нахожусь не одна. Оглянувшись, я увидела Эдварда, который улыбался мне своей кривоватой улыбкой.
В сердце екнуло, и я улыбнулась ему, прежде чем отвернуться, потому что уже покраснела. Когда я повернулась, то поняла, что сейчас сидим в «нашей позиции». Эдвард сидел на диване, и моя голова лежала на его руке, его же пальцы расчесывали мне волосы, я расслабилась, и мне захотелось простонать.
Его руки оставили в покое мои волосы, и он начал мять мои напряженные плечи. Это было намного лучше перебирания моих волос, и на этот раз я все-таки застонала.
– Доброе утро, – хихикнул он и поцеловал меня в лоб.
– Привет, – простонала я. Он хорошенько разминал мои плечи, и я чувствовала себя как в раю.
– Нравится? – предположил он, а я кивнула и прикрыла глаза. Думаю, детке Ка это тоже понравилось, потому что и она притихла.
Его руки, массажируя, опустились на бои бока, пальцы скользили возле моей груди, и это чувствовалось изумительно, хотя и неправильно. Он не должен был этого делать, а я не должна была этого позволять, но все же я не сделала ничего. Не хотела, чтобы он останавливался.
Я зашипела, когда его рука легонько дотронулась до моей правой груди. За время беременности мои груди стали не только большими, но и очень чувствительными. Где бы я ни ходила, каждый мужчина пялился на них, и я чувствовала себя неудобно.
– Извини, сладкая, – прошептан он, и по моему позвоночнику пробежала сотня мурашек.
– Да ничего, просто они очень чувствительные, – ответила я, краснея.
– Эй, не надо смущаться, это естественно, – я кивнула, и он опять легонько поцеловал меня. Мне было так хорошо.
Эдвард был замечательным мужчиной, только одними прикосновениями он заставил расслабляться мои ноющие мышцы. Я даже представить себе не могла, чтобы я чувствовала при занятиях любовью. Рози всегда говорила, что это было незабываемо.
Как только я вспомнила о Роуз, то сразу же замерла. Боже, он не мой муж.
– Белла? Я сделал что-то не так? Прости, – сказал нежно он, а я помахала головой.
– Нет, это моя проблема, –я хотела встать, но он прижал меня спиной к себе, и, как бы я ни сталась вырваться, он меня не отпускал.
Я ужасный друг. Я не могу так поступить с Рози.
– Отпусти меня, – всхлипывая, попросила я, но он меня так и не отпустил.
– Белла, что случилось? В чем проблема? – он взял мою голову в свои руки и прижал ее к своему плечу, и я даже не пыталась остановить его. Я уткнулась носом в его шею и просто плакала, пока он гладил мои волосы и спину.
Я чувствовала себя ужасно. Моя лучшая подруга доверила мне своего мужа, а я размышляю о том, каков он в постели. До всей этой истории с беременностью я ни разу так о нем не думала, да и не только о нем, я вообще ни о ком не думала в таком ключе.
Когда мы были подростками, то наш первый раз был общим. Это было неумело и неуклюже, но я никогда этого не забуду, ведь это был самый лучший опыт в моей жизни. Потом я переживала о случайной беременности, потому что мои месячные пришли с недельной задержкой, но, как оказалось, это был ложный сигнал.
Я никому об этом не говорила, даже Эдварду, а о нашем сексе с ним тем более. Мы сделали это только по той причине, что он не хотел быть неопытным со своей девушкой – Лорен. Хотя у них так ничего и не вышло.
До сих пор помню, как Эдвард позвонил мне и попросил прийти, а потом рассказывал о том, что Лорен была все еще девственницей и не была к этому готова.
Через месяц она забеременела, и Эдвард с облегчением вздохнул, что этот ребенок не его. Было смешно, на самом деле.
– Белла, поговори со мной, – голос Эдварда прозвучал прямо над моим ухом. Я резко повернулась и посмотрела на него.
– Извини, – пробормотала я и встала. Эдвард последовал за мной. Я пошла на кухню и, налив в стакан воды, выпила его, после чего набрала еще один.
– Что случилось? Мне казалось, что тебе нравится, – я фыркнула в раздражении.
– Мне понравилось, слишком сильно. Ты не поймешь! – выкрикнула я и выбежала из кухни.
Я плюхнулась на кровать и закричала в подушку. Ну, зачем я ему это сказала? Наверное, потому, что я – идиотка. В двери постучались.
– Уходи, – завопила я, но двери открылись, и я застонала.
– Белла, пожалуйста, поговори со мной, – попросил он. Я повернулась на спину, потому что на животе было тяжело лежать.
– Нет, – я говорила как капризный ребенок.
– Пожалуйста, – вздохнул он и присел возле меня, положив свои руки на мой живот.
Я смотрела на его ладони, пока он выводил нежные круги на моей коже.
– Пожалуйста? – опять повторил он. Я посмотрела в его зеленые глаза, которые были наполнены беспокойством.
– Это просто гормоны, – пробормотала я, а он вздохнул.
– Это что-то большее, чем гормоны, – я покачала головой.
– Это именно они. Осталось всего-то девять недель, и ты сможешь забрать ребенка и забыть обо мне, – ответила я.
– Что ты имеешь в виду? Я никогда не смогу забыть тебя. Ты – мой лучший друг, – я фыркнула. Меня это не интересует.
– Вот именно, – ответила я тихо, но он все же услышал.
– Что? – смущенно переспросил он.
– Да не хочу я быть твоим другом! – заорала я, обозлившись. Я посмотрела на его лицо, на котором проступила печаль.
– Что? Почему? – заикаясь, спросил он.
Я глубоко вдохнула и встала, стараясь успокоиться, ведь стресс совсем не нужен ребенку.
– Не имеет значения, – я не хотела ему говорить.
– Для меня имеет. Скажи мне, Белла, – он повернулся ко мне и взял мои руки в свои ладони. Я старалась не смотреть на него, но он мне не позволил, держа мой подбородок своими пальцами.
– Да потому что я люблю тебя! – прокричала я и выбежала из комнаты, а он опустил руки, находясь в шоке.