ВPOV

Лучи утреннего солнца пробрались в комнату, пока мы все тихо сидели в комнате. Я не знала, что чувствовать и думать. Являлась ли я столь узколобой, считая, что книги были обо мне и Эдварде? Являлась ли столь эгоцентричной, желая, чтобы так и было? Я чувствовала себя пешкой на большой шахматной доске, управляемой сестрой и ее помощниками. Они вмешивались на каждом шагу; управляли моими мыслями, действиями, реакциями, планами и мечтами.

Обижалась ли я на них за это? Не знаю, но довольной точно не была. Хотела ли я, чтобы существовала иная правда, непохожая на ту, которую я знала? Возможно. Я не завидовала бремени дара Элис. Я пережила это. На мне год лежала ответственность за жизни моей семьи и ее безопасность. Было тяжело знать больше, чем остальные. Галилео, Кристина и Тимоти едва взглянули в мою сторону на поляне. Конечно, все закончилось, но они ждали меня десятилетиями и годами наблюдали за мной. И где же они были теперь, когда достигли своей цели? Что знал Галилео о новом дне? Что теперь Элис видела в будущем? Знаю, я позволила своим мыслям унестись вдаль. Нарочно откладывала их подальше. Единственный важный вопрос, на который я должна была ответить: сделаю ли я это всё снова; позволю ли им управлять мной теперь, зная о них?

«Я люблю тебя, мам», – пробились сквозь мою задумчивость мысли Энтони. Мой сын проснулся. Сколько он уже успел услышать?
«И я люблю тебя, сынок», – ответила я, однако он не подал ни одного знака, что услышал меня.

«Я бы позволил им проделать это снова, лишь бы иметь возможность держать ее в руках в окружении наших детей и семьи», – спустя мгновение раздались мысли Эдварда. Он думал о том же, о чем и я. Его разум был закрыт щитом от мыслей всей нашей семьи. Это было только его умозаключение. Он бы отказался от свободы выбора, мыслей, действия и дара ради этого момента.

Знаю, я бы сделала то же самое по точно такой же причине. Разве я не скрывала информацию от семьи, например, о степени владения своим даром и о способностях детей ради их благополучия? Последнее являлось моим выбором, не подверженным какому–либо влиянию – только предложениями из книги. Я могла доверить все Эдварду и не позволять Аро прочитать его, но сделала в точности то, что хотела от меня моя сестра.

В одночасье мои мысли сконцентрировались на нашей семье. Что они думали обо всём этом? Как чувствовали себя, осознав, что их использовали как приманку? Доверяли ли мы все Элис так слепо, что могли выйти из этой ситуации без какого–либо ущерба для нас?

– Если никто больше не хочет ничего сказать, я бы хотел, чтобы вы все послушали меня, – Карлайл привлек наше внимание. Его голос дрожал. Он выглядел уязвимым, словно мы могли сломать его в любой момент. – Я не сожалею ни о чем, что сделал за всю свою долгую жизнь, не сожалею ни о чем, что привело вас всех в эту семью. – Он сделал паузу, всматриваясь в глаза каждого, и сфокусировался на внуках, сидящих перед потухшим камином. – Я тоже принимал решения, которые вас всех здесь собрали, как я и желал. Я один решал, кому даровать бессмертие и кого привести в эту семью. – Его извиняющийся взгляд был прикован к Роуз. – И на этом я не остановился. По–своему, я слишком подталкивал вас на путь нашей диеты. – Его взор опустился к полу. – Ничего точно не планировалось, как делала это Элис, чтобы обезопасить нас, но… Все мы живем вместе из–за моих решений.

Комната погрузилась в тишину. Было трудно не заметить долю правды в словах отца, когда он провел такие параллели.

– Очнувшись в этой жизни, я получила сына, – еле слышно прошептала Эсми, со слезами на глазах смотря на Эдварда. – Я сделала его своим, чтобы заполнить пустоту от потери. Неустанно я работаю в надежде, что все вы обретете здесь свое счастье, чтобы вам никогда не нужно было уезжать. Я приняла вас всех и удерживаю в семье, чтобы залечить ноющую рану. Да, это не то же самое, что сделала Элис, но слишком похоже, – грустно закончила она, обернувшись в сторону Карлайла.

Родители раскрылись перед нами, надеясь показать, что моя сестра поступила почти так же. Покопавшись в себе, я поняла, что не злюсь. Я не разочаровалась в Элис – мне просто было грустно. Грустно от осознания того, что многие члены нашей семьи делали что–то, что привело нас к этому моменту – так же, как и мы с Элис. Мы все играли чужими жизнями в своих личных целях. Розали, хоть и ненавидела, кем стала, осталась с семьей, чтобы у нее кто–то был. Она манипулировала Карлайлом и Эсми, страстно мечтая о любви и внимании. Элис много сделала и продолжала делать для нас, чтобы претворить в жизнь видения о нашей семье. Мой же брат Джаспер исполняет распоряжение своей жены…

«Белла, я люблю тебя, и я благодарен судьбе за возможность любить тебя. Наш мир мог вчера рухнуть, но этого не случилось благодаря тебе и моей сестре. Теперь я это знаю. Наши дети никогда бы вновь не смогли спокойно спать. Не знаю, можешь ли ты слышать мой отчаянный зов. Ты выглядишь потерянной и такой далекой от меня. Словно здесь находится только твое тело. Я боюсь, что ты примешь ситуацию, в которую Элис поставила тебя и нашу семью, непростительной и решишь уйти. Пожалуйста, не покидай нас, любимая; чего бы это ни стоило, мы переживем. Пожалуйста, не покидай меня. Ты нужна мне, ты нужна нашим детям. Вернись ко мне, Белла, умоляю».

Отчаянные мысли Эдварда заполнили мой разум. Я была поражена. Почему он так думал? У меня не было намерений покидать семью или оставлять его и наших детей. Как он вообще до этого додумался?

Я приподняла голову, чтобы взглянуть в его почти наполненные слезами глаза. Ему было больно. Я всматривалась в мужа, пытаясь понять, из–за чего он чувствовал себя таким неуверенным. Мой щит все еще охранял его разум. Замешательство и безнадежность читались в его глазах, и это разбивало мне сердце. Не задумываясь, я сняла с нас щит.

«С чего ты решил, что я брошу тебя, Эдвард?» – спросила я. Он удивленно выпустил воздух, но тут же застыл.

«Боюсь, ты можешь начать сомневаться в нас и нашей жизни после всего, что совершили Элис и многие другие. Ты принадлежишь этому месту, Белла, рядом со мной, и я последую за тобой хоть на край света, если ты уйдешь». – Я ошарашено уставилась на него.

«Я не планировала уходить, Эдвард. Я не сомневаюсь в нас», – сказала я ему. Он долго вглядывался мне в глаза, а потом обрушил свои губы на мои. Поцелуй был грубым и жадным. Я ответила на него, вкладывая всю свою любовь и желание. Он никогда больше не посмеет так думать. Мы связаны вместе навеки, хранимые неугасающей любовью.

«Да, так и есть. Я не могу потерять тебя», – подумал он.
«И не потеряешь», – ответила я. Я знала, что наша семья находится в комнате, но не могла оторваться от любимого. Эдвард нуждался во мне, и это всё, что имело значение. Всё, что мне нужно в жизни. Обстоятельства, приведшие нас к этому моменту, не имели никакого значения. Я была дома, чувствуя себя защищенной в его объятиях.

«Элис знает, что потребуется время, но семья переживет это», – сказал он мне.
«Прямо сейчас мне нужно сбежать отсюда. Давай отвезем детей на остров Эсми», – предложила я.
«Давай!» – согласился он, отрывая меня от земли и продолжая целовать. Эдвард прибежал в наш домик и бросил меня на кровать. – Если мы не соберемся и не уедем сейчас, то не выйдем из комнаты целый месяц, – произнес он, исчезая в шкафу.

– Подобное времяпрепровождение так же прекрасно в период нашего отсутствия.
– Брось, Белла, я едва сдерживаюсь. Нам нужно провести время вместе вдали от всех. Никаких книг, апокалипсического прошлого или возможного будущего. Я хочу наслаждаться своей семьей в настоящем. – Эдвард твердо настаивал на своем решении. Он был прав, поэтому я потащилась в комнату Элизабет. Через пять минут мы были готовы попрощаться с нашей семьей. Дети были возбуждены. Роуз и Эсми, кажется, находились на грани слез.

– Будьте осторожны и звоните каждый день, – приказала Эсми, обнимая меня.
– Конечно, – пообещали мы с Эдвардом.
– Я люблю тебя, дочка, – прошептал мне Карлайл; его голос дрожал от переполнявших эмоций. Я крепко обняла его. Не только Эдвард боялся, что я могу уйти.

Джаспер прижимал к себе Элис, стоя позади семьи. Она была печальной и выдавливала ради детей вымученную улыбку. Я хотела успокоить ее, но слова не шли. Мы с Эдвардом вместе обняли их. Никто ничего не сказал. Джаспер даже не пытался воспользоваться своим даром.

Я наблюдала за тем, как Эдвард нежно целует сестру в макушку. Конечно, они вели безмолвный разговор. Сразу после этого ее глаза сфокусировались на мне. Я представила, что говорю ей то, что не могу произнести губами, зная, что она увидит это.

«Я не сержусь, мне просто нужно время, чтобы со всем разобраться. Спасибо за книги, за нашу семью и наших детей. Я люблю тебя, Элис».

Я поняла, когда она увидела то, что я хотела ей сказать, по тому, как Элис изо всех сил стиснула Джаспера. Я поцеловала его в щеку и последовала за детьми и Эдвардом к машине. Наша семья печально махала нам на прощание. Я не могла найти в себе силы передумать насчет поездки.

Уверена, с нами всё будет хорошо. Элис видела это.



Переводчик: Alice_Green
Бета: LanaLuna11