Глава 12

Гостиница по типу «завтрак и постель» оказалась по-домашнему удобной, а шикарная кровать в моем номере была, конечно, предпочтительнее больничной койки. Тем не менее, я чувствовал себя несколько неловко: скучал по возможности попасть к Белле, минуя лишь коридор. До конца недели она останется в больнице, и я планировал навещать ее как можно чаще. Как никто другой чувствовал, что позволяло ей забыться: читал ли ей, или же мы болтали о книгах, философии, музыке и на многие другие темы, которые возникли естественно, когда мы были вместе.

Прошло три дня после моей выписки, и погода стала солнечной и теплой. После сеанса физиотерапии я пошел в палату Беллы. Она сидела на кровати, выглядя намного лучше: на щеках появился намек на румянец, волосы стали гладкими и блестящими. Меня встретила ее улыбка. Как обычно, я добрался до постели (становился все более опытным с костылями) и взял девушку за руку.

– Как себя чувствуешь сегодня? – спросил я.

– Довольно хорошо, – ответила она. – Роуз сказала, что температура нормализовалась.

– Это здорово, – сказал я. – А как дыхание?

– Немного лучше. Понимаю, что займет какое-то время, пока срастутся ребра, и потребуется осторожность с передвижениями, но сегодня утром я попросила Розу немного снизить дозы болеутоляющих, и до сих пор все очень хорошо.

– Весьма рад это слышать.

Ее взгляд переместился к окну:

– Снаружи солнечно.

– Это великолепный день, – согласился я.

– Хотелось бы выйти на улицу. Здесь я чувствую себя взаперти.

В дверной проем просунула голову Роуз.

– Все в порядке? – спросила она.

Нежно сжав руку Беллы, я обратился к медсестре:

– Есть ли шанс, что Белла может ненадолго выбраться на свежий воздух?

Розали улыбнулась.

– Хорошо себя чувствуешь? – спросила она Беллу.

Та кивнула и благодарно мне улыбнулась за озвученную просьбу.

– Давай я уточню у Карлайла, – ответила Роуз, – и тогда посмотрим, что можно сделать.

Она вышла из комнаты. Улыбка не покидала губ Беллы. Девушка становилась еще красивее, когда была счастлива. Она поинтересовалась моими делами, и я рассказал о сеансе терапии. Вскоре с инвалидной коляской и одобрением от Карлайла вернулась Розали.

Процесс перемещения Беллы в кресло оказался несколько болезненным, но она не жаловалась. Вообще-то, ее лицо засветилось от восторга, когда медсестра выкатила девушку на залитый солнцем дворик, я же следовал за ними. Устроившись на скамейке, я автоматически снова потянулся к руке Беллы. Роуз на какое-то время оставила нас наслаждаться приятной погодой.

Белла подняла лицо к солнечному свету и вздохнула:

– Ох, какие же хорошие ощущения.

Я провел пальцем по мягкой коже ее запястья:

– Да, согласен.

– Спасибо, Эдвард. Ты, кажется, всегда знаешь, что мне нужно.

В течение нескольких минут мы тихо сидели, просто греясь на солнце и вдыхая свежий, чистый воздух. Не в первый раз меня поражало, насколько удобно я чувствовал себя с ней. Молчание казалось естественным, как и наши беседы. Тем не менее, меня медленно охватывало беспокойство. Сколько продлятся наши легкие отношения?

– Белла, – наконец тихо и нерешительно сказал я.

– Да?

Я сглотнул появившийся в горле комок.

– В ближайшее время мне придется вернуться в Сиэтл.

Ее брови сдвинулись, выражение лица стало серьезным. Она медленно кивнула:

– Знаю.

– То, как мы встретились, ситуация, в которой ты оказалась, это было ужасно, и мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через это. Но время, проведенное с тобой... это было...

Быстро вдохнув, она поморщилась:

– Я понимаю, Эдвард, и ценю все, что ты сделал для меня. Боже мой, ты спас мою жизнь. Мне даже не хватает слов, чтобы выразить признательность. Но, пожалуйста, знай, что я всегда буду благодарна тебе. Никогда не смогу отплатить, но если есть что-нибудь, что я могу сделать для тебя, чем-нибудь помочь, надеюсь, ты обратишься ко мне…

Она готовилась попрощаться. После того, как я покину Форкс, все будет закончено.

– Я... – я сглотнул, мою грудь сдавило. – Конечно.

Белла моргнула, и я понял, что ее глаза наполнились слезами.

– Милая, что такое? – спросил я. Ей больно? – Нужно позвать Роуз?

Она покачала головой.

– Нет... это... – ее дыхание сбилось, и она снова поморщилась.

Я обхватил ее щеки ладонями.

– Белла? – осторожно настоял я на ответе.

– Знаю, это смешно и нереально, и ты даже не чувствуешь то же самое, но я хочу... – она сморгнула слезы.

– Что, любимая? Чего ты хочешь? – я даже не понял, что использовал ласковое обращение, оно непрошенным сорвалось с языка.

Она сжала губы, подняла ладошку и положила ее поверх моей. Голос был не громче шепота, когда она сказала: – Я хочу, чтобы ты остался.

Я провел большим пальцем по дорожке слез, блестевшей на щеке, и мои собственные глаза защипало.

– Я тоже этого хочу, – сказал я.

– В самом деле?

– Да.

Я подался вперед, помедлил мгновение, чтобы убедиться, что она не отстранится. Девушка взглянула на меня, широко раскрыв блестящие глаза, выражение ее лица было искренним и нежным. Я поцеловал ее: наши губы мягко соприкоснулись. Я почувствовал ее ладонь на своей голове, по волосам скользнули пальчики, и я углубил поцелуй. Через несколько восхитительных секунд ее губы приоткрылись, и мой язык осторожно коснулся ее. Белла слегка ахнула, пальцы сжались сильнее.

Ее рот был теплым и мягким, и возникло ощущение, что все мое тело словно воспламеняется. Моя рука тоже оказалась в ее волосах, пальцы поглаживали шелковистые пряди. Через некоторое время я немного отстранился, понимая, что сейчас ей, как никогда, необходимо дышать. Она еще не оправилась, и ни за что на свете я не рискнул бы причинить ей боль.

Я прислонился к ней лбом, ожидая, пока у нее успокоится дыхание, а затем поцелуями стер дорожки, оставленные слезами. Она слегка вздрогнула. Я отстранился, чтобы посмотреть на нее: щеки раскраснелись, но я видел пробегающую дрожь.

– Замерзла? – с беспокойством спросил я.

– Нет, ничуть, – ответила она. Ее румянец усилился.

Я понимающе улыбнулся, снова взяв ее за руки, сказал:

– Я останусь в Форксе, пока не начнется моя резидентура. Еще недели на три.

– А потом?

С небольшой усмешкой, ответил:

– Ну, я тут подумывал о покупке нового автомобиля, подходящего для долгих поездок. Буду ездить туда-сюда из Сиэтла на выходные... то есть, если ты этого хочешь.

– Да, – сказала она, – хочу. Очень сильно.

– Я тоже.

Вернувшись, Роуз обнаружила нас в том же положении, в каком и оставила. Тем не менее, наши ладони были сжаты, а пальцы переплетены. Она взглянула на нас и улыбнулась.

– Похоже, солнечный свет пошел тебе на пользу, – заметила та, но выражение лица доказывало, что она знала намного больше.

Мы с Беллой тоже.

---

Огромное спасибо за проверку и редактирование главы amberit

Поделиться своими впечатлениями вы можете на ФОРУМЕ.

Напоминаю, что на форуме все еще разыгрывается ВОПРОС ВИКТОРИНЫ. Окончание приема ответов: пятница, 19 декабря до концы суток по любому часовому поясу.