Миновал день рождения близнецов. Гостиную Гриффиндора, немного обугленную в этот замечательный день, почти отремонтировали. Ли расстался с Лавандой. Гермиона бросила Седрика. Люциус довел Драко до истерики и пообещал развестись с Нарциссой, если сын не одумается. Сириус хотел сделать предложение Рите и замусолил всю несчастную коробочку с кольцом. Том, впервые способный шататься где-то по своему выбору, сутки напролет гулял по Хогу.

Я читала «Молекулярную теорию Трансфигурации» авторства несравненного Гейзенберга и совершенно не следила за временем. В этом году были на редкость длинные пасхальные каникулы, и половина Слизерина разъехалась по домам, создавая иллюзию пустой школы.

Тем временем Снейп остался в замке вместе со своей привычкой совершать полуночные обходы.

— Блэк, — произнес он, входя в пустую гостиную. – Почему вы еще не спите?

Я мрачно поглядела на него поверх корешка книги и натянула зачарованный согревающий плед на плечи. Огонь в камине давно погас, и меня согревали только чары пледа.

— Я с вами разговариваю, Блэк.

— Мне не спится.

Меня подмывало рвануть в «Клык», но угроза появления там Снейпа и обещанный Империус Тома меня останавливали.

— Что вы читаете? – поинтересовался он. – Полагаю, не учебник?

— Не учебник, — подтвердила я.

— Каждый год вы валяете дурака, вспоминая об учебе только к экзаменам. В результате всегда отвратительно сдаете теоретическую часть.

— Вам-то что, — пробурчала я, теребя закладку. Вот что ему надо?

— Покажите книгу. Наверняка опять темная магия? – недовольно спросил он.

Я наклонила корешок так, чтобы ему было видно обложку.

Он удивленно вскинул брови.

— Не ожидал от вас.

Я нахохлилась, недоброжелательно глядя на него.

— Как вы поняли, что я тусуюсь в «Клыке»?

Я давно хотела узнать, но просто подойти и спросить не могла. Каждый раз в мыслях всплывали воспоминания Волдеморта, меня передергивало, и я заворачивала на полпути к его кабинету.

— Вам необязательно об этом знать.

Я сморщилась.

— Вы обещали больше меня не спасать, вы помните?

— Помню.

— Чего вы тогда поперлись в «Клык»?

— Давайте поговорим у меня в кабинете, Блэк.

Я дернула плечом.

— Никуда я не пойду.

— Хотите, чтобы наш разговор слушали две дюжины людей на портретах?

Я огляделась. Нарисованные люди мгновенно прикинулись спящими.

С тяжелым вздохом откинула плед, бросила книгу в кресло и пошла за ним.

— Ну? – не очень вежливо спросила я, когда мы оказались в его кабинете.

— Присаживайтесь.

— Может, еще чаю предложите? – фыркнула я, садясь. Была полночь, а он притащил меня в свой кабинет. Так любили делать Сириус или Гелла, но не Снейп.

— Не предложу.

— Зря. Какая доверительная беседа без чая? – я наблюдала, как он садится на свой стул, и на душе было мутно.

— Скажите, Блэк, почему вы решили выйти на арену «Клыка Василиска»?

— Я не буду отвечать без своего адвоката! – заявила я, откидываясь на спинку стула.

— Я вас не допрашиваю. Я пытаюсь понять, что вами двигало, — спокойной сказал Снейп.

— Мне было скучно и плохо, — глядя в потолок, сказала я.

— И вы решили, что если вас покалечат, вам станет веселее?

Я пожала плечами и не стала на это отвечать.

— Почему вам было плохо, Блэк?

Я знала, к чему он ведет.

— Я подросток. Мне положено.

Я ожидала привычное «Не придуривайтесь!», но не дождалась.

— В Рождество с вами все было нормально.

Я удивленно хмыкнула. Не думала, что он начнет говорить о Рождестве.

— Я явилась в слезах к человеку, который допрашивал меня под Веритасерумом. По-вашему, со мной все было нормально?

Снейп не сводил с меня нечитаемого взгляда, а где-то в глубине души я понимала, что это было жестоко.

— Когда вы увидели меня в «Клыке Василиска», то подвесили своего противника вниз головой и пустили пену из его рта, — решил он сменить тактику. – Это ведь не случайность, я полагаю?

— Верно. Я посвятила эту победу в вашу честь! – уже откровенно хамила я, но он на провокацию не поддавался.

— Вы говорили об этом случае, когда выпустили темного патронуса в январе?

— Это воспоминание я видела еще на втором курсе. Оно не поразило меня до глубины души.

На язык просились злые шутки касательно подробностей того случая, но я промолчала.

— Тогда что поразило вас до глубины души? – спросил он.

«Убейте ребенка…»

Я с шумом отодвинула стул и встала. Он тоже поднялся на ноги.

— Блэк! Я имею право знать, за что вы меня ненавидите.

Черные глаза глядели на меня. Но если за ними и были какие-то эмоции, он их тщательно скрывал.

— Вы правда хотите знать?

— Будьте так добры!

Я с ненавистью посмотрела на него. Передо мной была все та же картинка, не дающая покоя с самых каникул. Темная ссутуленная фигура у меня в ногах.

— Убейте ребенка, но пощадите женщину, — выдавила я, чувствуя, как голос меня подводит.

Лицо Снейпа едва уловимо изменилось.

— Что? – после паузы спросил он.

Я сморщилась и потерла нос, в котором вдруг засвербело.

— Повторите, Блэк, — потребовал он, вновь принимая безэмоциональный вид.

— Вы слышали, профессор! – зло выпалила я. – Вы знаете, о чем я!

— Боюсь, что нет, Блэк.

— Я верно служил вам, мой лорд! Я предан вам всей душой, мой лорд! – передразнила я и закусила дрогнувшую нижнюю губу.

Снейп сделался еще бледнее, чем обычно, и отступил на шаг назад.

В его глазах было нечто, очень похожее на страх.

Я скривилась, когда его рука сжала палочку.

— Помните, на первом курсе меня мучили кошмары? Вы решили, что это сны Хорхе. Ничего подобного. Это были сны Темного Лорда. Его воспоминания. Дамблдор не говорил вам? После исчезновения Волдеморт оставил мне подарочек. Серпентарго и свою гребанную память! – выплюнула я.

И душу. Сам того не желая, он оставил мне душу. Которая сейчас, должно быть, уже спешит сюда, чтобы заткнуть мне рот.

— Что еще вы видели? – тихо спросил Снейп, не выпуская палочку.

Я пожала плечами и вытерла влажную щеку.

— Худшее, что происходило с ним. Про вас – гораздо меньше. Что вас интересует? Могу рассказать, как вы пытали магглов в Ливерпуле. Как оттачивали Аваду в Кардифе. Из впечатляющего был еще Бристоль. Что еще?

— Силенсио! – Том влетел в кабинет. – Ты совсем сдурела?!

Я прижала ладони к лицу, размазывая слезы и даже не думая о том, что Снейп может напасть.

— Грета! – воскликнул Том. – Дура! Империо! – только с третьей попытки подобрал он нужное слово, и я вылетела вон из кабинета.