Глава 42.

Подъехав к городскому центральному парку, Роб заметил красный форд Дженифер.
– Когда она успела забрать машину? – удивленно спросил Роб.
– Я отогнал сразу после нашей последней встречи. Она бы не сунулась в Лос-Анджелес.
– Ясно, – ответил Роб и вышел из машины. – Где ее искать? – спросил он, оглядываясь по сторонам.
– Вот тут уж я ничем не могу помочь, придется самому поискать, – ответил Майк и, развернув машину, поехал домой.
Роб посмотрел ему вслед и медленно пошел в парк. Аккуратные дорожки были выложены красным кирпичом и извивались причудливыми линиями сквозь изумрудно зеленую траву. Вдоль дорожек стояли красивые кованые лавочки с деревянными сиденьями и спинками, выкрашенными в яркие цвета. Повсюду росли высокие, раскидистые деревья, благодаря которым парк был тенистым и спасал от жарких мартовских лучей.
Роб шел по аллеям, осматриваясь по сторонам в поисках Дженни. Людей было немного. Лишь изредка попадались пожилые пары, прогуливающиеся под ручку, и родители с маленькими детьми. Впереди Роб увидел небольшую, открытую солнцу площадку, выложенную прямоугольной светло-серой плиткой. В центре площадки он увидел фонтан в виде огромной вазы. Вода мощными струями поднималась вверх примерно на метр и спадала вниз, образуя прозрачную сверкающую стену вокруг вазы. Выйдя на площадку, Роб увидел Дженифер. Она сидела на корточках справа от фонтана и снимала высокий раскидистый дуб, которому было не одно десятилетие. Он с легкой улыбкой смотрел на нее. Распущенные волосы Дженифер развевались на ветру, иногда приоткрывая ее изящную шею, которую Роб мог целовать бесконечно, ощущая под своими губами частое биение ее пульса. И в этот момент он понял, что нашел свою Беллу. Он понял, что до встречи с ней был всего лишь бездушным вампиром, пьющим кровь из своего бездонного, талантливого сердца, с каждой минутой опустошая его все больше. При этом он не наполнял его новыми ощущениями. Но, встретив Дженни, его сердце стало само восполнять эти потери. И теперь он нуждался в ней так же сильно, как в кислороде, которым дышал, как в воде, которой утолял жажду. И он вспомнил фразу из «Сумерек», которую Эдвард сказал Белле: «Ты мой личный сорт героина». Да, без нее он не сможет больше существовать ни единой минуты, ни единого мгновения.
Дженифер словно почувствовала на себе его пристальный взгляд. Она медленно поднялась на ноги и повернулась к нему лицом. В глазах ее застыло удивление. Конечно, она надеялась, что он приедет, но уже смирилась с тем, что ее надеждам не суждено сбыться. Увидев его, она слегка нахмурилась. Он очень изменился. Они не виделись недели полторы, но его трудно было узнать. Он выглядел очень уставшим, во всем его теле чувствовалась неуверенность. В его обычно расслабленной походке было невероятное напряжение, когда он медленно шел к ней. Выражение его лица было серьезным и для Дженни это тоже было удивительным. Обычно, когда он смотрел на нее, на его губах была улыбка. Но сейчас он настороженно смотрел на девушку, как будто ожидая, что в любую секунду она снова сбежит от него.
Но Дженни не могла даже пошевелиться. Его взгляд словно пригвоздил ее к месту, не позволяя сделать ни шагу. Роб подошел к ней так близко, что ощутил аромат ее духов, легкий и свежий, как морской бриз. Он пристально посмотрел ей в глаза, не зная, что сказать. Дженни в ожидании смотрела на него.
Роб коснулся кончиками пальцев ее гладкой щеки и прошептал:
– Привет.
Она не смогла ничего ответить. Тихий звук его голоса словно оглушил ее, заставил все тело задрожать. В глазах заблестели слезы. Роб запустил пальцы в ее мягкие волосы, медленно наклонился и нежно коснулся губами ее дрожащих губ. Так он приветствовал свою жизнь. Настоящую, человеческую жизнь, которая отныне будет наполнена реальными чувствами.
Заставив себя оторваться от ее сладких, манящих губ, он чуть отклонился, посмотрел ей в глаза, нахмурил брови и серьезно сказал:
– Мы так и не закончили наш разговор.
– Какой разговор? – дрожащим голосом спросила Дженни.
– О том, что я скажу о тебе, когда меня спросят.
– И что же?
– Может, выключишь телефон, чтобы нас не прервали как в прошлый раз? – с улыбкой спросил он.
– Я оставила его дома, – неуверенно улыбнувшись, ответила Дженифер.
– Отлично, значит, нам никто не помешает.
– Так что же ты скажешь? – уже смелее спросила Дженифер, чуть прищурив свои карие глаза.
Лицо Роба стало серьезным, но в нем не было страха, как в прошлый раз. Он взял ее лицо в ладони и, глядя в глаза, уверенно произнес:
– Я скажу всем, что люблю тебя.
Эти слова дались ему на удивление легко. Он сам не ожидал, что сможет все-таки сказать это. Но он так сильно желал, чтобы она узнала о его чувствах, что слова сами сорвались с его губ. И теперь он знал, что сможет говорить их бесконечно. Он больше ни секунды не будет сомневаться ни в своих, ни в ее чувствах.
Дженни приподнялась на цыпочки и, обвив руками его шею, поцеловала его в губы.
– Я тоже люблю тебя, – прошептала она.
Вдруг Роб настойчиво отодвинул ее от себя, убрав ее руки со своей шеи. Дженни удивленно посмотрела на него, а он перестал улыбаться и нахмурился.
– Что случилось? – испуганно спросила она.
– Между нами остался один открытый вопрос, – строго произнес он.
– Какой вопрос? – пробормотала Дженни, не представляя, о чем он говорит.
Роб тихонько откашлялся и сказал:
– Завтра премьера «Помни меня».
– И что? – спросила Дженни, с подозрением прищурив глаза.
– Я хочу, что бы ты пошла со мной.
Дженни призадумалась и на мгновение отвела взгляд. Когда она снова посмотрела на него, ее глаза сияли от счастья. Она улыбнулась и сказала:
– Я согласна.
– Но я представлю тебя официально, как свою девушку, – пригрозил он голосом, не терпящим возражения.
– Я буду просто счастлива! – воскликнула она.
Роб обнял ее за талию, прижал к себе и, подняв в воздух, закружил, целуя ее губы. Чуть позади них стояли Майк с Николь на руках, Лиззи, Том, Клер и Миранда. Они молчали, но каждый из них думал об одном. О том, что не важно, как долго Роб и Дженни будут вместе. Важно то, что сейчас они счастливы, и каждый из них полон решимости сохранить это счастье на всю жизнь.