Город кажется каким-то незнакомым. Обновленным. Переменившимся. Интересно, как цветут эти деревья, что растут в сквере через дорогу? Я никогда не обращала на них внимания, и поэтому сейчас даже не могу вспомнить, как пахнет здесь весной…
Мы со старшим Адамсом сидим в машине возле отеля, в котором предполагаемо живет та самая Джеки. Чейз и я стараемся друг на друга не смотреть, вынужденно находясь в замкнутом пространстве. Между нами снова возникает то отчужденное молчание, что появилось с самого начала нашего официального знакомства. Но в этот раз я чувствую свою вину, чтоб её. Словно я не оправдала его гребаных надежд.
- Ты уверен? – прерываю я тишину и поворачиваюсь в его сторону.
- Да, - он всё так же смотрит в окно на противоположную сторону улицы. Но я знаю, он чувствует мой взгляд на своём затылке. Я нетерпеливо ерзаю на своём заднем сидении, одергиваю подол и меняю положение ног. Затем начинаю играть красной пластиковой зажигалкой. Кручу металлическое колесико, пламя загорается, отпускаю – тухнет. И снова тишина, прерываемая лишь моими щелчками. И снова она меня несказанно бесит. Ненавижу это тупое напряженное молчание.
Вдруг парень окликает меня. Я поднимаю голову и вижу, как из ворот выхожу я… то есть она… в смысле Джеки. Алекс была права, девчонка до жути похожа на меня. Её без труда могли принять за Элисон Катнер.
Как только мой двойник равняется с машиной, Чейз резко распахивает дверь, хватает нашу жертву за руку и швыряет на заднее сидение. На всё про всё у него ушло буквально доля секунды. Профессионально сработано. Даже жутко как-то.
- Какого хрена?! – орет она ощутимо более тонким голосом, чем у меня. Но кто обратит на это внимание при таком невероятном внешнем сходстве?
- На пару слов, - я поворачиваюсь к ней лицом, показывая, с кем ей придется иметь дело.
Девочка резко выдыхает. Видимо, не ожидая такого мощного эффекта зеркала. На огромных шпильках, в коротенькой юбчонке и ярком топе, она похожа на малолетнюю проститутку. Боже мой, я надеюсь, она просто неудачно меня изображает. Не могла же я на самом деле так выглядеть. В росте Джеки мне явно уступает и, не смотря на обилие косметики, выглядит моложе. Сама же я одета в лёгкое платье без бретелей, светлое болеро и сапоги, чуть ниже колен на плоской подошве. Вещи из гардероба Дейл. Вся моя одежда у меня дома, в котором я ещё не появлялась с моменты приезда.
В салоне автомобиля только двойник и я. Чейз решает не мешать нашей беседе.
- Да ты знаешь, что сделает мой отец! – начинает, было, девушка, но я её обрываю.
- Если ты это я, то ты знаешь, что твой папочка в тюрьме и ничем тебе больше не поможет. Либо его пришьют прямо там ещё во время следствия, либо дадут огромный срок. Так что скажи папуле «пока».
Я буквально выплевываю эти слова, будто действительно говорю это не о самой себе, а о ней. Девочка испуганно втягивает голову в плечи.
- Думаешь, надела мою одежду, жалкую пародию, кстати, назвалась моим именем, обзавелась «крышей» и стала мной? Нет, родная, тебе ещё много не хватает. Свихнувшихся мозгов, например. Ведь я могу сделать всё, что угодно. Я невменяемая, тебе об этом не сообщили?
Моя речь формируется как-то сама собой. Я импровизирую, и сама не ожидаю от себя такого красноречия. Джеки широко раскрывает глаза и отползает на дальний конец сидения.
- Не знаю, что тебе наплели, но ты даже представить себе не можешь, куда ты вляпалась. На мою жалкую душонку объявлена настоящая охота,- я делаю паузу и прикуриваю сигарету, - Если тебя приютили одни, то убьют другие.
Видимо совладав с эмоциями, Джеки расслабляется и даже нахально ухмыляется:
- Ну, и что ты сделаешь? Я Элисон Катнер, тебя же в природе вообще не существует.
Но я вижу её глаза. В них плещется страх. Девочка понимает, что по глупости впуталась во что-то более серьезное, чем она изначально предполагала. Джеки не дура, и понимает, что грядет нечто нехорошее для неё. Вот только с какой стороны ждать больших неприятностей? Что могут сделать они, и чем могу навредить ей я? А действительно, что я могу?
- Заявлюсь одновременно с тобой в колледж под именем Летиции Дюваль. Вместе мы устроим небольшой переполох, и тебя по-тихому уберут, дабы избежать скандала.
- С тобой быстро расправятся! – испуганно вытаращив глаза, шепчет псевдо Элисон.
- Но с тобой тоже. Забыла? – я кручу пальцем у виска. – Так что давай дружить?
- Я не могу тебе ничего рассказать. Мне запретили.
- Кто тебя нашел? – я пододвигаюсь ближе к своей жертве.
- Я не могу, - на её глазах наворачиваются слезы.
- Кто? – кричу я, а мой кулак пролетает в миллиметре от её лица и впечатывается в спинку сиденья…
- Парень! – Джеки громко всхлипывает и начинает рыдать, с минуту бормоча что-то непонятное. Протянув ей салфетку, я заставляю её повторить все более внятно.
- Я после школы подрабатывала в небольшом кафе. И вот однажды там появился парень и сказал, что хорошо заплатит мне, если я ему помогу. Я сначала решила, что он какой-нибудь извращенец, но он пояснил, что я очень похожа на его сестру. Он сказал, что она слетела с катушек, и её определили в клинику. Но если я притворюсь ею, то все это останется в тайне. После лечения она вернется к нормальной жизни, и никто так ничего и не узнает.
Я открываю рот, и не сразу это осознаю. Джеки снова начинает рыдать и тихо повторяет, что все зашло слишком далеко.
- И ты вот так просто согласилась? – через некоторое время спрашиваю я. Ведь это же безумие. Ежу понятно, что здесь что-то не то.
- Мне нужны были деньги.
Я откидываюсь на сидение и тяжело вдыхаю…

Разговор с Джеки Хадсон выбивает меня из колеи. Я до зубного скрежета стискиваю челюсти. Мой собственный брат? Он не может быть во всем этом замешен! Райан психанул и отжигает сейчас где-нибудь на Барбадосе. Кто угодно мог назваться моим родственником. Что мне делать теперь? Как его найти и как во всем разобраться?
Я не выдерживаю напряжения и со стоном вцепляюсь руками в волосы, опуская голову на колени.
- Что с тобой? – я слышу тревогу в голосе Адамса, и меня это неожиданно радует. Машину слегка заносит на повороте, и моё расслабившееся тело откидывает на дверь.
- Я в жопе!
- Поразительная наблюдательность, - усмехается мой водитель.
- Заткнись, – беззлобно огрызаюсь я. - Помог бы лучше!
- Я, между прочим, только этим и занимаюсь!
А ведь действительно. Он все время оказывается рядом, каждый раз помогает мне, в каких бы ситуациях я не оказалась. Хотя по сути кто я ему? Подруга его младшего брата… Пффф нет никто и звать никак.
- Прости, - извиняюсь я через несколько минут откуда-то из-под сидения.
- За что, позволь уточнить? За необоснованные претензии или за то, что…
- Ты знаешь за что! – обрываю я его поток сарказма. У них это семейное что ли?
Моё бегство в итоге оказывается бегством от самой себя. От тех чувств, что я испытывала. Страх за собственную шкуру, недоумение от всего происходящего вокруг, горечь от смерти Сиси, боль от потери последнего, что связывало меня с Заком. Хоть я и знала, что так надо, это решение далось мне безумно тяжело. Но также немаловажным чувством стала ломка. И я сейчас не о таблетках. Это нечто новое, гораздо приятнее, чем «приход». Я стала испытывать что-то к Чейзу Адамсу. Что-то большее, чем простая человеческая благодарность и привязанность. Хотя и это уже плохо. Я понимала, что ещё чуть-чуть и я стану зависима от него. А я не хотела больше быть зависимой ни от чего, ни от кого…
- Приехали, - я со своими мыслями не замечаю, как мы останавливаемся, и вздрагиваю от звука его голоса.
- Куда? – я с недоумением пытаюсь разглядеть хоть что-то в кромешной темноте за окном. День становится все короче, начинает рано темнеть, к тому же за пеленой дождя трудно было разглядеть даже очертания самой машины. Когда успел начаться ливень?
- Домой, Эл, домой.
Всполохи молнии на секунду освещает большой особняк. Мой дом. За несколько месяцев ставший каким-то чужеродно незнакомым.
Я и правда дома. В огромной гостиной, на удивление все так же, как я и запомнила. Только добавился слой пыли и теперь покрывает поверхности столешниц, полок и стеллажей. Но именно это привычное убранство комнаты на некоторое время дезориентирует меня. Как может здесь все быть по-прежнему, когда внутри и вокруг меня все так кардинально поменялось?
Я медленно провожу рукой по гладкой бежевой обивке дивана, вспоминая… А затем смутная надежда хоть на какие-то ответы толкает меня в кабинет отца. Здесь я появлялась от силы пару раз за всю жизнь.
Открываю дверь и включаю свет. справа от двери расположился черный кожаный диван со скомканным в углу клетчатым пледом. Последнее время отец частенько спал прямо здесь. Напротив дивана огромный книжный шкаф со стеклянными дверцами. На противоположной от двери стене широкое окно, выходящее на задний двор. Почти по центру комнаты массивный дубовый стол, на нём ноутбук, папки, какие-то газеты, кружка из-под кофе, полупустая пепельница…
Я сажусь в офисное кресло за столом и, словно завороженная стираю пальцем толстый слой пыли со стола. И здесь пыль. Кошмар. Уборщица бы нам явно не помешала.
- Примеряешь под себя отцовское место?
Я поднимаю голову и растерянно смотрю на Чейза. Парень терпеливо ждет моего ответа, прислонившись к двери.
- Учитывая сегодняшние обстоятельства, - я взмахиваю рукой, как бы очерчивая объём тех обстоятельств, - мне бы не хотелось оказаться на его месте.
Адамс усмехается. Выдвинув все ящики по очереди, я вынимаю из них все папки и файлы и складываю их в стопку на столе, увенчав всю эту кипу бумаг ноутбуком.
- Отнеси все это добро в машину, - киваю я парню. Он молча выполняет поручение. Между нами все та же странная неловкость. Дерьмо! Все ни как у людей!
Справа в столе вместо ящиков находится лишь одна дверца. Открыв её, я обнаруживаю там документы на дом и машины, свидетельства о рождении, о расторжении брака (и ни одного). Почти у самой стены стоит почти пустая бутылка Jim Beam. Я с улыбкой достаю её и ставлю на стол, у папочки тоже бывали тяжелые дни. За бутылкой обнаруживается бумажный пакет, прижатый к стене и практически сливающийся с ней. Я достаю его и обнаруживаю внутри… пистолет. Девятимиллиметровый «Вальтер». Я второй раз за день в шоке разеваю рот. Какого черта он здесь делает?
Шаги в коридоре заставляют меня практически бездумно засунуть оружие в голенище правого сапога. Я обвожу взглядом кабинет, в попытке придать лицу спокойное выражение, и тут обращаю внимание на цифровую фото рамку на столе.
- Я все. Что ещё… эй что с тобой? – интересуется Чейз, появившись в кабинете.
- У него тут наши фотографии! – с детским удивлением и даже с какой-то долей радости оповещаю я Адамса. Парень обходит стол и заглядывает мне через плечо. В рамке с одинаковым интервалом сменяют друг друга с десяток фотографий. На одних я совсем маленькая то с Райаном, то с отцом, на других одна в большом манеже. А вот мы с братом после того, как попытались испечь торт: все в муке, но довольные проделанной работой. Тут даже есть фотка с Алекс и моей бабушкой в Майами, нам с подругой на ней лет по одиннадцать. Райан первый раз за рулем…
- Он думал о вас.
Моё минутное умиление и ностальгия обрываются так же внезапно, как и возникают.
- Это ему не помогло, - я кладу рамку вниз экраном, стараясь не потерять уже сложившееся мнения об отце. - Он не заметил, как его дочь съехала с катушек, он не заметил, как его жена стала спать с его сыном. А самое главное, он втянул нас в свои криминальные дела.
- Все уляжется, - Чейз берет меня за руку, а я, замечая, как дрожит голос, неожиданно утыкаюсь ему в плечо в попытке успокоиться. Ни черта все не уляжется, пока я сама все не «уложу» как надо…
Я не знаю, что мне делать со всем этим. Разыскивает ли полиция мисс Дюваль, как разыскивали мистера Катнера? Кто все это время скрывался под моим именем? Причем здесь вообще фармацевтическая корпорация аж в самой Бразилии? Черт возьми, мои мозги закипают и превращаются в кашу.
Знакомые стены родной комнаты, на некоторое время дают мне чувство защищенности. Некой стабильности. Но лишь на время.
- Мне страшно, - внезапно признаюсь я, распахивая двери шкафа и тупо уставившись на всю эту груду вещей внутри. – Чем больше я пытаюсь разобрать во всем, тем больше увязаю в этом. Как в чертовой трясине.
- Иди сюда.
Я оборачиваюсь. Чейз сидит на краю моей кровати и будто гипнотизирует меня своими нереальными изумрудными глазами. Я подхожу к нему вплотную и жду продолжения.
- Я никому не позволю тебя обидеть, - Адамс легким движением отбрасывает прядь волос с моего лица.
«А что если ты сам меня обидишь?» - задумываюсь я, но не осмеливаюсь произнести эти слова вслух.
Я неуверенно улыбаюсь и провожу большим пальцем по его скуле. Затем наклоняюсь и целую его губы. Чейз обнимает меня за талию и притягивает ближе к себе. Чуть надавив на его плечи, я заставляю его опуститься на кровать, предварительно стянув с него футболку. С неожиданным озарением я понимаю, что скучала по нему. Все это время, пока меня не было в городе, где-то на задворках сознания я думала о нем и хотела услышать его голос. В этот раз все по-другому. В этот раз я не только что отошедшая от прихода девица, а он не её спаситель, пышущий злобой от её глупости и беспечности. В этот раз я все осознаю предельно ясно и отвечаю за свои действия. В этот раз он пытается уберечь и защитить меня.
Он знает, что делает. Наверняка ни один десяток женщин прошел через его постель, с его то обаянием. Но мне абсолютно плевать на это. Сейчас, вот уже во второй раз, он на моей территории…