Глава – 1.
Не успела я поставить свой чемодан в маленькой однокомнатной квартирке, как раздался телефонный звонок. Посмотрев на телефон, я тяжело вздохнула, так и знала что это Мари.
- Привет, подруга, наконец, ты приехала, как съездила…
Дальше можно было не слушать, потому что у Мари было удивительное качество говорить в одного, ей просто нужно было помочь начать, ну а дальше просто не мешать, можно было изредка угукать, поддакивать, просто подавать признаки жизни. Но я так устала с дороги, что поняла, как бы я не любила ее, сегодня не смогу быть немым слушателем, поэтому перебив на очередном всхлипывании по поводу очередной статьи про «Сумерки» громко крикнула:
- СТОП, ОСТАНОВИСЬ, Мари, я только вошла, ПОЭТОМУ, я сейчас приму душ и через два часа давай встретимся в нашем кафе, хорошо?
- Ой, прости, Таша, - извиняющее пискнула Мари, - конечно, через два часа жду тебя, я даже и забыла, что ты только что с аэропорта, извини меня, целую, до встречи.
- Все хорошо, Мари, до встречи.
Положив телефон на тумбочку, я улыбнулась. Я любила Мари; и ее веселый, задорный нрав мне очень помог, когда я приехала в Америку на стажировку. Тогда мне было очень тяжело: незнакомая страна, абсолютно чужие люди, меня пугало буквально все и вся. Родители были горды мной, потому что именно их дочери досталась стажировка в Бостонский университет на отделение английская литература. Она работала официанткой в студенческом кафе, куда я ходила обедать и частенько засиживалась за чтением книг. А книг в тот период я перечитала немало. А Мари за все свои двадцать семь лет, прочитала только одну книгу, вернее читала ее я, потому что она болела и лежала с высокой температурой в постели, а название этой книги очень простое - «Курочка Ряба». Когда я закончила читать, она, насупив брови, на полном серьезе спросила, а как это курице удалось снести золотое яйцо. Сначала я пыталась ей объяснить, в чем смысл этой сказки, но по ее лицу поняла, что это как раз ее меньше всего волнует. А больше волнует то, каким это образом золотое яйцо получилось, ну а так как я в химии и биологии не очень сильна, этого объяснить не смогла. А Мари об этом думала еще два дня, потом прошло вместе с температурой.
Наверное, для начало надо представиться. Меня зовут Наташа, вернее Наталья Викторовна Полякова, двадцать пять лет от роду, москвичка, но живу и работаю в Лос-Анджелесе, обыкновенным редактором в кинокомпании Саммит Интертеймент. Если вы подумали, что я занята непосредственно на съемках, и каждый день пью чай со знаменитыми актерами и режиссерами, то должна дико разочаровать. На самом деле я просматриваю киносценарии, ставлю пометки, если этого требует заданный жанр и отдаю на утверждении главного редактора, который в свою очередь отдает на комиссию по решению, по какому же сценарию компания начнет свой тот и или иной проект. Это, конечно, не вся цепочка, которая существует в реале, но вкратце именно так. Короче, обыкновенная канцелярская крыса, но про это никому я никогда не признаюсь, только себе и только долгими зимними вечерами, когда уже совсем тоскливо на душе. В Америке все меня зовут Ташей, это пошло от Мари, когда она узнала, что я из России, она почему-то сразу себя почувствовала тоже ну ооочень русской. Потом из разговора с ее бабушкой я выяснила, что она вовсе не Мари, а Маша, ну а так как в Америке практически все девочки либо Лизи, либо Мари, а теперь уже и Беллы, поэтому в семье ее все звали Мари, а по документам она Маша. Это имя ей дала ее бабушка, которая очень любила Бунина и особенно его произведение «Маша». И у них есть свои странности, ну не только же нам называть своих русских мальчишек Хуанами Альбертами. Так вот возвращаясь к своему имени, когда выяснилась вся история с именем Мари, она с серьезным видом заявила, что если она Маша, то я Таша. С этого все и пошло, а я и не была собственно против. Хоть горшком назовите, лишь бы не в печь.
Наскоро приняв душ, переодевшись в чистые джинсы и любимую водолазку, я все-таки попыталась что-то приготовить съестное, вернее сделать попытку, но заглянув в холодильник, поняла, что кроме «повешенной мыши» и чистого экологического льда у меня ничего нет, решила покупку провизии отложить до завтра, а поесть в кафе. Схватив телефон и ключи от квартиры, побежала "свистеть" такси. Да-да именно свистеть, потому что эти братцы по-другому не останавливаются. А со свистом у меня проблемы, точнее сказать отсутствие его как такового, поэтому в кармане я всегда держу обыкновенный спортивный свисток. И вот пару раз, свистнув в свисток, такси у моих ног. Ну а что делать, русская смекалка.
Наше кафе находится недалеко от Хазард Парка, небольшое такое заведение, с очень приятной кухней и что самое главное с русским шеф-поваром. Там можно поесть русский борщ, жареную картошечку с селедочкой и КВАС. Боже, это просто божественный напиток. Американцы его не понимают, называют что-то типа кислятиной, а по мне так песнь моей души.
Я опаздывала, собственно как и всегда, когда уже, наконец, меня мое такси довезло. Мари пыхтела, как паровоз, и желала зла каждому, и при этом не один раз. Пришлось задабривать и оплатить ей ее пятикратное кофе и пирожные. И куда только они деваются у нее внутри, тростинка, а ест за пятерых, я же ем вдвое меньше, а в тренажерном зале пыхчу за тех же самых пятерых. Природа иногда ну так несправедлива.
Наконец, когда Мари подобрела, а я заказала себе жареной картошечки и курочку, и началось самое интересное.