Он защищал меня от боли, закрывая собой. Сколько всего я натворила, наговорила. А он терпел и ждал. Как же хреново чувствовать себя «плохой», что это просто выворачивает тебя наизнанку, и ты не знаешь, куда себя деть, как от себя сбежать. Психика у меня нарушена.
Я стоял долго, пока поезд не умчался далёко и не скрылась за утренним полугустым туманом. Думать тяжело, а особенно о нём. Пустота и вязкая грусть ложится на сердце и разум. Всё до боли знакомо. Я знаю, что ожидать - снова в ступор.
Войдя в дом, меня встретила мама. Слёзы блестели на её щеках. Я сделал ей больно опять. Плохая дочь. Она обняла меня крепко и начала причитать, захлёбываясь в слезах.
- Где ты была? Боже, Кира, у меня чуть сердце не остановилось, когда я не застала тебя в постели. Почему хоть записки не оставила? Я думала, ты с моста прыгать собралась, за что мне такая дочь!
Обняв её, поцеловала в висок.
- Мам, прости меня. Я провожала Кейна, записку некогда было писать, извини.
Мама отошла. И направилась на кухню, ничего не сказав. Как это понимать? Она обиделась, потому что очень ранимая. Придётся вести себя очень хорошо.
Головная боль только сейчас дала о себе знать. Прикоснувшись к затылку рукой, пошла на кухню. К сожалению, мне нужна еда.
Мама молчала всё утро. Тихо положила на стол яичницу и апельсиновый сок и ушла. Дам, ты просто супер, Кира! Хочу, чтобы никто меня не замечал и не волновался, так лучше намного. Вся эта забота, слёзы, любовь надоела. Это всё причиняет боль. Но как же, мне, обезопасить се6я от неё? Вот проблема. Да, я опять показываю свой ЭГОИЗМ! Воспоминания о том, как мама, боялась оставлять меня одну, даже в ванной. Кошмар. Руки сжались в кулаки, я не должна плакать, почему именно плаксивость передалась от мамы. Какой ужас!
И так продолжаем, тогда ей пришёл на помощь Кейн, он был моей няней, самой лучшей. Ну, вот опять он, чёрт! Жаль, что отца больше нет. Он разбился несколько лет назад, и мама запрещает садиться за руль, но я всё-таки смогла её уговорить.
Я и не заметила, как мама вставала передо мной.
- Что? – рефлекторно спросила я её.
- Что бы ты без меня делала?
- Не понимаю, к чему, ты, клонишь?
- Ты зачислена в университет Феникса.
- Как? Я же не подавала заявки никуда?! – я так расслабила руку, что вилка упала на стол с грохотом и также прокатилась по нему до края и упала.
Элизабет, так я называю маму в такие моменты, ловко словила вилку, не дав ей упасть на пол.
- Милая, скажи спасибо дяде Мичелу, он стал директором этого университета. И я разрешила над тобой «издеваться», пока ты не выучишь всю демократию Америки, то есть вес законы.
- Я? Адвокат? – что за чертовщина? Элизабет решила так мне отомстить, слишком жестоко.
- Хоть там я смогу быть спокойна за тебя! И кстати собирай вещи, завтра, ты должна быть там, и ты уже опоздала к занятиям, так что поторапливайся.
Я сидела с открытым ртом. Мама, отломав кусочек яичницы вилкой, засунула её мне в рот.
- Я попросила Мичела выделить тебе отдельную комнату.
- Спасибо! – прожёвывая яичницу, сказала я.
****
И вот я в Финиксе. Довольно милый, солнечный город с добрыми парнями. Похоже, что я знаменитость – все знают, как меня зовут, и где я живу. Странно, правда?!
Если бы не было огромной табличке, можно было бы подумать, что это школа. Кустарника вдоль каждой тропинки, небольшие фонтаны и водоемы, да тут рай. Моя комната самая дальняя – это просто оазис. Она маленькая, такая же, как и дома, только комнатка для кухни есть и туалет, классно, мне нравится. Вот она свобода!
Я быстро обустроилась и также нашла незваных друзей. Прыщавый ботаник робко постучался и дал мне приглашение на сегодняшнюю вечеринку. Я ответила, что пойду, но это ложь. Зачем? Не хочу веселья, лучше рок, драма-фильм и попкорн.
Всё, что было на прокат это «Реквием по мечте». Я смотрела его четыре раза. Боже, всё, будто специально. Решилась всё-таки пойти. Я – дура! Ненавижу любовь и не хочу влюбляться, и не хочу секса, а можно выпить только немного, чтобы дойти до кровати и уснуть по-человечески.
Я одела: бордовую футболку с длинными рукавами и тёмно-синие джинсы, чтож вполне гармонично. Покрасила глаза черной тушью и бесцветный блеск. Зачем быть красивой? Для кого?
Побыть на вечеринка, это подвиг. Не знаю, как я выжила! Было очень шумно, гора пьяных и девиц и ещё больше парней. Слава богу, взяла баллончик! Я вышла со съёмной квартиры какого-то там парня. Немного темно, полночь всё-таки. Много машин и разбросанных пластмассовых стаканчиков для выпивки. А я, кстати, допивала только первый такой стаканчик с пивом. Отвратительно если честно, дешевое, фу, но я почему-то пила и пила, как дура одна посреди лужайки. Присев, я скрестила ноги, будто йога сейчас мне поможет. Смешно, похоже, пиво не такое уж и плохое. Крики, пьяный смех ребят. Я должна веселиться. Но не могу. Как расслабиться?! Я потеряла двоих парней: один меня жестоко бросил, другой просто по обстоятельствам ушёл. Да, я сама виновата. Тем более я его не любила, или же нет? Кто он был мне? Но наверно всё-таки любила, раз уж страдаю. Неудачница. Слеза стекла. Я быстро стерла, быстро посмотрев по сторонам. Никого не было. Дура, что ты плачешь? Слезами горю не поможешь.
Внезапно мне захотелось спать. Я резко встала и рванула в комнату. Долго идти не пришлось. Зайдя, я глубоко вздохнула. Приступ истерики, надо лекарство. Побежав к сумке, которая находилась на подоконнике, не знаю, зачем туда положила, начала искать своё лекарство. Я замерла, когда заметила, кто стоял спиной ко мне в окне. Этто был … Питер?! Питер! Что он тут забыл? Нащупав рукой баночку, не отрывала взгляда от него. Быстро выпила три таблетки. Что происходит? Понятие не имею. Но я замерла как статуя!
И вот он резко поворачивается и тоже видит меня. Питер стоял с этим прыщавым ботаником, который принёс мне приглашение. И этот прыщ сразу же убегает. Что за ..?!
Я глупо выглядела с баночкой в руках и разинутым ртом. Так продолжалось пять минут, пока Питер и не убежал. Забросила баночку в сумку. В его глазах было столько жалости. Неужели он узнал об этом? Узнал, что я теперь самоубийца! Кошмар! Входная дверь была открыта. И скоро в ней появился он. Я также стояла у окна не в силах двигаться. Собраться, не получалось.
- Ты знаешь? Да? – проговорила я.
- О чём? – он тоже замер в дверях, не решаясь зайти.
- Ну, об этом! – я опустила глаза. Боже, как стыдно!
- Я тебя не понимаю! Можно войти?
- Дддааа! – с радостью сказала я.
Он вошёл и медленно подходил ко мне. В глазах Питер горел огонек, причём очень настораживающий.
- Ты пьян? – неожиданно произнёсла я.
- Ну, есть немного! – он приближался, а мне некуда отступать.
- Питер, ты понимаешь, что сейчас делаешь, а как же твоя девушки? - Пошла, эта шлюха! Но думаю и ей бы не захотелось такого.
- У меня нет девушки, и не было кроме тебя.
- Лжец!
- Клянусь своей жизнью.
- Не надо.
- Поздно. Ты меня простила? – Питер стоял на расстоянии вытянутой руки.
- Да! – закрыв глаза, сказала я.
Что мне делать? Как ему сопротивляться?! Питер обнял меня и положил голову на плечо, а он такой высокий и тяжёлый. Я ожидала поцелуй.
- Неужели ты так низко обо мне думаешь? – прошептал мне на ухо он.
- Сейчас. Я ни о чём не думаю.
- Я люблю тебя, Кира! - и тут резко берёт на руки, тащит в постель.
Уложив, лёг рядом.
- Да, я слабак, что не смог в трезвом состоянии прийти, извини. Ты любишь меня, Кир? Даже если нет, можно мне хоть другом быть, а?
- Не знаю Пит, не знаю. Утро вечером мудренее.
- Точно.
Питер прижался ко мне. Ну, вообще-то я думала, что он уйдёт. Какой же он ….. всё-таки милый, наверно! И любовь? Даже не знаю, но мне с ним хорошо! А Кейн неожиданно он встал передо мной.
- Как ты могла, Кира? Я ведь тебя любил, заботился, ждал, а ты решила так мне отплатить?
- Прости, но я…
И тут мой сон оборвался. Питер навис надо мной.
- Извини, не удержался.
- Что? – это всё, что я смогла произнести.
Нежный, но в тоже время страстный поцелуй. Я чувствовала, как его руки расстегивают ширинку на джинсах. Нет, я не хочу. Я оттолкнула его.
- Нет, Пит, всё изменилось, - соскочив с кровати, сказала я.
Я стояла спиной к нему и услышала, как он тяжело вздохнул, плюхнувшись на кровать.
Прости. Выбор – это сложно!