Глава Семьдесят Девятая

***
Не сразу удивление пришло в мое сознание…
Сон…
Сон - лучший антидот памяти, стрессу.
Волнения, переживания, страх и ужас стерлись едва ли не бесследно…
Лишь спустя мгновения, секунды, а может и минуты, когда я окончательно воспроизвела в своей голове все последние события, вплоть до того, как, привязанная, была помещена в какой-то аппарат, нервно дернулась на месте. Подорвалась, расселась на кровати.

Удивительно, но в теле даже эха прежней боли не было. Полная расслабленность и блаженство.
Шальной взгляд метнулся округ, и тут же уткнулся в него…
Ким,
… Ким сидел в кресле (ко мне спиной), бессмысленно всматривался куда-то за окно, неспешно попивая спиртное. Мерные, плавные движения…

- Ты как? – вдруг, совсем неожиданно раздался его голос, невольно меня спугнув.
(не оборачивается)

(сердце ойкнуло и болезненно забилось, заколотило в моей груди;
пытаюсь успокоиться)

- Что вы со мной сделали?

(нехотя повернулся ко мне лицом; встретились взглядом)
- Ничего. Лишь заживили все твои раны…
(на последнем слове голос притих;
боль, боль, разразившаяся в этот момент внутри его, вмиг передалась мне)

Опустила взгляд в пол. Молчу, молчу,… а память, коварная сука, стала вмиг вырисовывать перед моими глазами отрывки гадкого прошлого. И как я не пыталась – мысленный поток все ставал только рьяней и жесточе…

Вдруг резкий рывок – и неожиданно Ким застыл рядом со мной, на кровати (спасая испугом от жути воспоминаний).
Колкий взгляд в глаза – и вдруг приблизился, приблизился на расстояние дыхания…

- Лера, - слова ударили, ужалили меня, словно звон пожарного колокола среди ночи, -
Скажи мне, зачем ты это делаешь? Зачем?

- Что? – несмело шепнула я, утопая в непонимании и удивлении.

- Зачем смолчала о нас?

- Ты знаешь?

- Да. Всё, что там было, -
(дыхание обдало мою кожу, вкрадчивый шепот на ухо,
да только нежность подменена на холод… сомнения истязателя).
- Наши взяли твоего палача. И он – во всем сознался… -
(тяжело сглотнула) -
Зачем? Что это за игра? - (вновь коснулись его колкие слова моего сознания)

(невольно поежилась)

(вдруг взгляд впился мне в глаза, пробуравливаясь в душу)

(дрожу, дрожу – от…
… от боли?
я ему верила, а он – … он оказался чужим, другим,
не таким, как рисовали мои мечты.
(настоящим?)
не верит мне, ищет подвохи)

Я глупо повелась на предубежденные, необоснованные чувства – а вот он,
а вот Ким,
… мой Ким…
оказался мудрее.

- Вы спасли мне жизнь, и я была у вас в долгу.
Я боялась, … что мое признание… может сильно вам навредить…
(тяжело сглотнула)

- Не ври мне, не ври! ПРОШУ!!! – отчаянно запричитал Ким, вмиг схватился руками за мое горло и притянул к себе (сжать не решился). – Прошу, скажи, как есть…

- Я, … я всё сказала, - (боль, боль с обидой вдруг вихрем завертелись внутри, взывая к слезам; едва сдерживаюсь…)

Черт, даже уж теперь не знаю, что мучительней – осознание неминуемой смерти, или сейчас… недоверие того, кому сердце свое прежде отдала…

- Я верю вам, верю… Пусть даже и необоснованно. Пусть глупо. Мне нравиться то, какие вы, и что делаете….
Хотя
… даже и на долю не знаю, не представляю, какие вы на самом деле.
(слова лились, вырывались изнутри, словно лава из взорвавшегося вулкана,
превращаясь в болезненную тираду,
… в исповедь) -
Может, и глупо было свою жизнь отдавать за вас, глупо… Но…
… я не могла иначе.

- Лера, - вдруг приблизился, приблизился своими губами к моим. – Пойми. Для меня эти люди, Жуки, – это единственное, единственное дорогое, что есть в этой чертовой жизни. Моя семья.
И я в ответе за них, за каждого. В ответе душой и телом.
И я верю, ХОЧУ верить тебе.
Но не могу.
… молю, молю… не ври мне!
Умоляю, - вдруг уткнулся своим лбом в мой и замер. – Скажи мне правду сейчас. Скажи – и я прощу, отпущу тебя с миром.
Но если…
потом, … потом
… когда всё это окажется ложью, я уже не смогу,
ничего не смогу…
Понимаешь… ?

(тяжело сглотнула)
- Мне нечего больше сказать, - несмелый звук.

(болезненно скривился; несмело оторвался от меня, взгляд в глаза)

- Но я не верю тебе…

- А я - верю…
(тебе)

Рука несмело дернулась на моей шее. Вдруг вдавил, вдавил пальцами в затылок, причиняя острую, дикую боль.
– Чувствуешь?
(неожиданно прошептал Ким; приблизился своими губами к моему уху)
Чувствуешь это?

- Что? – несмело переспросила я.

- Здесь… твой GPS-датчик. По нему тебя отыскивают. Пока он здесь, в тебе, до тех пор ты у них на поводке… очень коротком поводке (если не глушить сигнал).
Но я могу вытянуть его. Освободить тебя.
…
Хочешь?
Пойдешь
… к нам?
ко мне?

(шумно сглотнула;
секунды рассуждений – и сомнений:
убежать, УБЕЖАТЬ??????
«ко мне»
чееееерт! как же звучат эти слова – сердце невольно сжалось;
я так мечтала…)

Вот, вот… Я в шаге от пылкой звезды грез. В миллиметре от мечты.
Но,
…. наверно,
я слишком привыкла к боли, привыкла быть несчастной,
…. чтобы вот так легко позывы разума променять на безрассудное счастье…

- НЕТ.
Я не могу…
Моя семья – там.
Мои друзья – это всё,
… что у меня осталось.

Как и у тебя…

(отстранился, опустил голову;
рука вмиг обвисла, оторвалась от меня)

- Но я не смогу тебя вечно спасать…

- И не надо.

- Почему? – взгляд в глаза. – Зачем ты так?

- Как?

- Почему ты не ценишь свою жизнь?
… и на грамм

(взглянула в глаза;

черт! чееерт! (безумец завопил радостно в моей голове)
я этот вопрос давно ждала, давно…
вопрос на грани риторичности, но все же… с ответом)

(тяжело сглотнула)

Ответ?
Хотите ли вы его слышать?
И способны ли, вообще, хоть кто-нибудь!!!!, его услышать?

- СЛИШКОМ ОДИНОКО, ЧТОБЫ ЖИТЬ.

- А друзья?

(криво улыбнулась)
- Друзья?
друзья как соседние деревья в лесу – с ними ты рядом, с ними по жизни ты вместе. И ради них готов на все, отдаешь свою жизнь,
Но в бою, внутренней войне, на маленьком клочке земли (в своей плоти), в душевных терзаниях, - всё равно один.
На грани отчаяния и смерти души – вокруг пусто…

- Тогда почему ты не хочешь …
остаться здесь,
рядом
… со мной?

(и снова невольный выстрел взглядом в глаза)
- А вот здесь,… здесь Я уже не верю.
Не верю,
… что способный
хоть кто-то…
не просто пробиться сквозь мою скорлупу, а удержаться там, … рядом,
… не смотря ни на что;
захотеть остаться вместе … и навсегда,
продержаться там до самого конца… в первородных, чистых чувствах.

(промолчал)

(нервно хмыкнула)
- Идеалист я? Утопист?
…или просто циник?
А лучше – просто псих. БЕЗНАДЕЖНЫЙ псих.
Не знаю. Но я устала так жить. И все мои порывы в вашу сторону - чисты.
Я хочу,
… хотела БЫ,
остаться.
Но не могу.

(опустил голову;
тяжелое молчание, закрытые мысли просто рубили душу напополам…
а, может, так и лучше…?
лучше… ничего не знать, не знать, что внутри его)

- Вы меня отпустите? – несмело прошептала я, желая убить тяжелую тишину.

(робко взглянул в глаза; шумный вдох)

- Да. Конечно.
Твои вещи выбросили, но новый костюм – здесь, на стуле, - (нехотя махнул рукой куда-то в сторону).
Как только будешь готова, мы отвезем тебя к твоим.

- Спасибо,
Спасибо за всё.

(промолчал, лишь взгляд отвел в сторону)

Нехотя встал с кровати. Шаги к двери – и тут же скрылся от меня, прочь.

***
Вертолет. Вертолет радостно загрохотал своими лопастями, завертел Карлсон пропеллером…
… еще мгновение – и взлетели, неспешно поднялись в небо.
До последнего, пока мне позволяло мое зрение, я всматривалась ему в глаза,
… в лицо,
в силуэт…

Еще немного – и разорвались наши нити, разошлись,

_______________
Форум