Я выхожу из лифта и замираю перед дверью, пытаясь перевести дух. Рваный ритм полумертвого сердца не дает возможности ни привести в порядок разлетающийся хаотичный поток мыслей, ни сконцентрироваться на значимости событий последних часов. Я сосредотачиваюсь на таком простом действии, как поворот ключа в замочной скважине. Делаю шаг внутрь.
Ощущение такое, что в вязкой тишине квартиры мое внутреннее напряжение становится еще более острым, еще более изматывающим. Кажется, что каждый квадратный сантиметр этого пространства наполнен статическим электричеством стихии, начинающей бушевать снаружи. «Как хорошо, что у Дашки уже каникулы и она благополучно гостит у бабушек», - успевает пронестись каким-то отголоском в моем помутненном сознании, которое, видимо, уже ощущает начало неминуемого конца.
Я осторожно проскальзываю на кухню. В кромешной темноте хватаю бутылку Чивас Ригал, бокал, выпиваю залпом. Виски обжигает горло, но приятное тепло уже растекается по моему телу и пытается согреть измученную душу.
- Легче стало? – вдруг раздается в тишине кухни до боли знакомый голос, и я понимаю, что не одинока в своем желании спастись алкогольным забвением.
- Нет. А тебе? – я пытаюсь говорить спокойно, но голос предательски дрожит, выдавая меня с головой.
- Разве ты не знаешь, что это не выход, а иллюзия избавления от проблем слишком мимолетна? – ирония в его голосе очевидна, но она скорее адресована самому себе, нежели является упреком в мой адрес.
- А ты?
- Опять одни вопросы. Ты неподражаема. Одна сплошная загадка, – он греет в руках бокал с недопитым виски, а в глазах плещется горечь несказанных еще слов, но уже просчитанных ответов. - Мне остается удел злого гения, от которого уже давно ничего не зависит. Даже не знаю, какая роль меня больше устроит: невинной жертвы или взбешенного Отелло.
- Ты все знаешь? – слова застревают комом в горле, а паника и обреченность смешиваются адреналиновым коктейлем неконтролируемого возбуждения.
- Хм… - этот нервный смешок настолько ему не свойственен, что я понимаю, он тоже на пределе, - 8 лет – не такой уж короткий срок. Если прибавить тайные свидания и поцелуи при луне, то 10…Ты полагала, что я настолько слеп? – и даже не обращая внимания на мою попытку задать следующий вопрос, продолжает свой монолог. – Ночевки у подруги, командировки, корпоративы, что там еще было? Переговоры, тетя попросила погостить… Полгода… Даже до тупого и слепого дошло бы быстрее, но я настолько не хотел в это верить, что предпочитал не обращать внимание, - он делает глубокий вдох, глоток виски, снова вдох, - Куба – твоя мечта последних нескольких лет, превратилась в испытание «Что сделать для любимой, которая только смерти краше», жёны декабристов выглядели счастливее, отправляясь в Сибирь. А сегодня ты, прямо-таки, превзошла себя, – горечь его слов парализует мои последние попытки успокоиться, - с годовщиной, дорогая! Приятно, что ты помнишь о ней также, как и я! Подарок – в спальне.
На меня накатывает такой ступор, что кажется будто сердце остановилось и повисло мертвым грузом посреди внутреннего пространства. «Боже, как я могла забыть», - только и проносится в голове. «Очень просто», - ехидно шепчет другой голосок, - «ты была слишком занята собой и …»
- Что дальше? – вырывает меня из прострации его резкий вопрос, - Отдых втроем? Составим график встреч? - в его глазах отражаются вспышки молний надвигающейся грозы, но мне кажется, это ярость его естества, которая жаждет только одного: возмездия. - Как ты могла? Чего тебе не хватало??? Чего???
Пытаясь взять себя в руки и привести в порядок то, что осталось от мыслей, которые, как крысы, пытаются покинуть тонущий корабль, не допуская даже возможности спасения, я хочу дать максимально вразумительный ответ, но получается не очень. Точнее, совсем не получается:
- Может любви? – шепчу я. – Ты не виноват, никто не виноват… Так получилось. Ты можешь винить меня за обман, за кучу лжи. Мне самой от этого тошно, мерзко и противно. Нет, я себя не жалею. Я… Я не буду пытаться оправдаться. Я попытаюсь объяснить. Но с таким же успехом и ты мог оказаться на моем месте...
Не дав мне договорить, он окатывает меня волной гнева и презрения:
- Как удобно! Тебя послушать, так ты еще и жертва обстоятельств!
- Я не жертва. Просто… Да понимаю я, что глупо говорить, что я не хотела, так получилось. Это взялось ниоткуда и неожиданно стало тем, чем стало…
- И чем же? Чем это стало для тебя??? – его голос дрожит, а каждая нотка пропитаны невыносимой горечью.
- Я не знаю…
Его хриплый смех разрывает гнетущую черную тишину на куски:
- С ума сойти! Она не знает? Тебе помочь назвать вещи своими именами? Или ты предпочитаешь подобно страусу прятать голову в песок? Ты себе-то хоть отвечала на этот вопрос? – еще один глоток виски, и еще один вздох, - Как ты могла??? – неожиданно его всегда спокойный и плавный тембр срывается на крик. Я вздрагиваю, невольно отшатнувшись, а он в этот момент с такой силой швыряет бокал в стену, что мелкий дождь осколков окатывает не только пол, но и редкими каплями долетает до нас…
В оглушающей тишине я слышу только неровные удары моего умирающего сердца, слезы уже готовы хлынуть неконтролируемым потоком, а ком в горле душит просто неимоверно. Я хватаю сумочку и, не произнося больше ни слова, хлопаю дверью своего уже «не дома». Я выбегаю из подъезда и, не разбирая дороги, мчусь в ночь, в черноту, в неизвестность.

саунд Garou «L`adieu».

Я прошу прощения за то, что глава получилась ооооооочень маленькой(((. Просто от нее отрезался кусок и пошел в предыдущую, а еще один кусь - в следующую... Вот такой я непутевый аффтор. Посему, в качестве моральной компенсации прилагается Бонус)))

Бонус «Из-за нее вся жизнь равна нулю…»

Я слышу, как хлопает дверь. Она ушла. К нему? Впрочем, теперь это не имеет значения! Пусть убирается отсюда, убирается из моей жизни, из моего дома, из моего сердца. Навсегда! Я встаю, беру из бара новый бокал, наливаю виски и пытаюсь осознать, что же все-таки произошло.
В ушах бесконечным эхом грохочут мои же слова: «Как ты могла???»Действительно, как? Как??? Как в ее голову только могла придти сама мысль о предательстве? За что? Что я ей сделал? Не любил ее, не носил на руках, запрещал что-либо? Она была свободна в своих желаниях, я ни в чем ее не ограничивал! Ни в чем!
Я ненавижу ее каждой клеточкой тела, каждым уголком сознания, чувствуя себя опустошенным и разрываемым на куски этим всепоглощающим чувством ненависти к еще недавно любимому человеку.
«Чего ей не хватало?» Чего??? У нее было все, что можно купить за деньги, и даже больше. Любая на ее месте была бы довольна и счастлива! Любая, но не она.
Справедливости ради, нужно признать, что ее никогда не интересовал материальный аспект нашей жизни, мы просто были вместе и начинали с нуля. Ведь мы любили друг друга. Любили? Но предательский шепот уязвленного самолюбия вешает огромный замок на последние остатки здравомыслия. Да она никогда ни в чем не нуждалась, потому и не ценит того, что имеет! Такая же как все, стерва! Такая же, как все!
Меня накрывает очередная волна ярости. Я заставлю ее почувствовать, что такое боль, обида и унижение! Я уничтожу все, что ей дорого! Она хочет быть счастлива? А чем она это заслужила? Бесконечной ложью? Ну уж, нет! Она пройдет через самое немыслимое унижение, босая по раскаленным углям, пока не найдет пути к раскаянию. Приползет ко мне на коленях и будет умолять о прощении! Я ее уничтожу! Она лишится всего: работы, уважения, дома.
Но главное, я убью на корню саму ее надежду на счастье. Она не получит Дашку! Никогда! Я затаскаю ее по судам, но просто так развода она не получит, я отдам любые деньги, но Дашка останется со мной!
Пусть всю оставшуюся жизнь она мучается кошмарами и просыпается в холодном поту от одной только мысли о том, что оставила ребенка без матери! Променяла Дашку на какого-то… Она сама подписала свой приговор, когда допустила саму мысль о предательстве своей семьи!
«Ненавижу!» - кричу я в гробовой тишине и швыряю в стену второй бокал, понимая, что не смогу поступить так с нашим ребенком. Бокал, повторяя судьбу предыдущего, разлетается с таким же пронзительным звоном, окатывая пол следующей волной хрустальных брызг. Ненавижу!
За несколько следующих дней я узнаю все ипостаси этого чувства, смертельного для всего живого. Я вспыхиваю вместе с ним, бушую, сметаю все на своем пути, горю и понимаю, что сгораю. По какой-то неведомой причине оно уносится в никуда с последним всполыхом и оседает серым пеплом на самом дне моей умершей души.
Невидящим взглядом смотрю, как плещется янтарная жидкость. Я уже знаю все ее оттенки. Утром – это просто капли янтарной смолы, медленно капающие со ствола израненного дерева. Днем янтарь становится нереально искрящимся в солнечных лучах, будто еще есть надежда на искупление. А ночью он темнеет, в нем не остается ничего живого, и в этой мертвой глубине мне видится лик обреченности. Но я понимаю, что алкоголь – это не спасение, а очередная западня, поэтому пытаюсь взять себя в руки и перестать предаваться этому сомнительному забытью.
Телефон отключен, работа заброшена. Меня просто нет. Нет моей жизни. Все превратилось в ничто, в пустой звук. Так странно, еще вчера я чувствовал себя если не властелином мира, то уж точно не последним смертным. А сейчас. Сейчас все перестало иметь значение. Ничего не хочу. Внутри пустота.
Перед глазами мелькают картинки из прошлой жизни. Прошлого счастья. За что она так со мной? Я уже не выкрикиваю эти слова в пустоту, как раньше. Я шепчу их в удушающей надежде услышать хоть намек на ответ, но никакие высшие силы не внемлют моей мольбе.
Я уже не знаю, который час, который день. Из зеркала на меня смотрит незнакомый мужчина с осунувшимся лицом и воспаленными от недостатка сна не выражающими глазами. Тень меня самого.
А потом накатывает такая душераздирающая тоска, что мне действительно хочется выть. Она запускает свои щупальца в самые дальние уголки моего сердца и пьет каплю за каплей мою душу. Почему она ушла, почему? Мне так плохо. Самое страшное, что с каждым днем я все ближе подхожу к неизбежному: мне плохо без нее. Без нее дом потерялся в этих стенах, он не имеет ничего: ни уюта, ни тепла, ни души. Только кромешная мгла и пустота.
Я брожу по пустым комнатам, и затуманенный взгляд сам непроизвольно останавливается на когда-то дорогих ей вещах: наши фото в изящных рамках, так любимая ею кукла – память о детстве, с которой она не смогла расстаться, ступив во взрослую жизнь. Еще куча мелочей, не замечаемых в повседневной жизни, но ставших такими важными сейчас.
… Я падаю на нашу кровать, зарываюсь лицом в шелк простыней и слышу ее аромат, еле ощутимый, но не смотря ни на что, так остро бьющий в самый центр моего больного сознания. И вспоминаю наши ночи: от томно нежных, окруженных флером волшебной нереальности происходящего, до сводящих с ума порывов неконтролируемой страсти, сжигающей нас и уносящей на вершину наслаждения.
Что мне делать дальше, как мне жить, как? Начать все заново? Наверное, это было бы правильно. Только есть одно «но», которое меня режет острым клинком закаленной стали: я не могу жить дальше. Не могу жить дальше без нее. Я все еще не могу произнести этого вслух, еще боюсь признаться в этом самому себе, но с обреченностью понимаю, что я сломался.
Нет, я еще не простил, не принял этого, нет! Но я уже на пути. Что есть прощение? Это отпущение грехов или принятие неизбежного, как данности? Забыть как страшный кошмар или просто не верить во все, как в нереальную фантасмагорию? И этого я пока не знаю.
Самой изощренной пыткой для меня становится бесконечно гнетущая неопределенность. Время предательски замедляет свой ход, а потом и вовсе останавливается, требуя от меня ответа на единственный вопрос: «Что делать дальше?» У меня больше нет гордости, нет ни капли самолюбия, и нет ненависти, ибо на горизонте забрезжил лучик еще не признания своего поражения, но уже принятия этой фатальной неизбежности. Я вынужден признаться себе: я люблю ее. Все еще… не смотря ни на что… люблю…
И я уже не осознавая ни своих действий, ни мыслей, не понимая в какой день, а может месяц этого бесконечного ада, беру мобильник. Смотрю на него и понимаю, что не смогу позвонить, потому что значение всех слов на свете потеряется в ее коротком «да». Я просто сижу. Бесконечные минуты тянут из меня остатки жизненных сил, сливаясь в часы ожидания. Наконец непослушными пальцами я набираю одно единственное слово и отправляю смс: «Возвращайся…»

___________________________________________________________________________________

Форум