Кровь будет литься на кафельный белый пол. Да, ты боишься, твой рыцарь ведь не пришел. Медленно в шею вонзятся мои клыки. Медленно здесь умрут все мои враги.

Ты вся дрожишь, мне нравится твой испуг. Не убежишь, ведь нет ничего вокруг. Будешь стонать от боли, и в забытье, в страшных кошмарах, я снова приду к тебе.

Алый цвет крови – мой яркий над миром флаг. Убью любого, кто скажет, что он мой враг. Буду ломать его кости и слушать стон. Каждый здесь будет раздавлен и побежден.

Я прикасаюсь губами к холодной шее. Бойся меня, ведь больно я делать умею. Ты вся дрожишь от холода этих стен. Кровь замерла внутри твоих тонких вен.

Сцена неполной была бы, если б не он. Воздух ломает на части твой тихий стон. Эдварда можно быстро вполне убить. Он будет мертв, а ты ещё будешь жить.

Слышишь, как его кости хрустят, ломаясь. Ты закрываешь глаза, почти задыхаясь. Чувствую теплоту там, в своей груди. Это ещё не все, подожди.

Он почти умер, и ненависть лишь в глазах. А мне плевать, я чувствую только страх. Жаль, что я выпить его никогда не смогу. А ты качаешься, словно лист на ветру.

Я полна сил, я чувствую этот страх. Я хочу чувствовать кровь на своих губах. Я убью всех, кто дорог был тебе. Сделаю больно тебе и твоей семье.

Пламя в груди, оно разговорится вновь. Словно дурман, так действует твоя кровь. Хочется выпить тебя и почти парить. Только я буду тебя очень долго пить.

К черту мораль, устои и прочий хлам! Весь этот мир, он весь покорится нам! Вы – лишь еда, бездумное стадо овец. Вашему роду здесь скоро придет конец.

Будет плакать и снова нас умолять. Будете смерти молить, и о ней кричать. Хватит, людишки, пора обратить вас в прах. Чтобы лишь кровь алела на наших руках.

Мы будем править, а вы – лишь прислуга нам. К черту мораль, устои и прочий хлам! Чувствую, как же сильно ты меня ненавидишь. Жаль, но нашей победы ты уже не увидишь.

Ты умрешь здесь, изломана и разбита. Знаешь, никто не услышит твои молитвы. Тот, кого ты любила, уж мертв почти. Так что скажи ему быстро свое «Прости».

Слышишь, как кровь «поет» внутри тебя? Слышишь, нервы стонут, как натянутая струна. Знаешь, что крик уже удержать нельзя. Вот она, твоя темная сторона.

Кровь – пропуск в рай, а может быть даже в ад. Ну же, давай! И не повернуть назад. Острые зубы вонзи в теплоту её вен. Это желание, словно бездушный плен.

Видишь, боится. Тебе на неё плевать. Как кошка с мышкой, ты будешь здесь с ней играть. Белла, ну что ты, взгляни своей смерти в глаза. Кто сказал, что тебя убивать нельзя?

Сладкая кровь, я чувствую этот вкус. Ты не мертва, а это уж точно плюс. Белла, ты не умрешь, пока так хочу я. Ты - лишь игрушка. Игрушка теперь моя…