-Как ты думаешь, когда мы умрем... мы будем дальше жить... в чьей-то душе?
Белла полулежала, опираясь на поваленное дерево.
- И чтобы тот, в ком мы будем жить, иногда задумывался, почему ему так хочется бежать в лес или прыгать со скалы в воду? - я не мог сдержать улыбки.
Я всегда улыбался, когда разговаривал с ней. Я хотел, чтобы она всегда вот так лежала, на этой полянке, посасывая травинку и солнечно улыбалась. И вот так же задавала дурацкие вопросы.
- О да, и если это будет какой-нибудь воробей, то для него будет странно хотеть бегать по лесу. Или кататься на мотоцикле, - она захихикала, понимая, какой бред несет.
- Иногда я боюсь за тебя, Белла!
Я в шутливой манере потрогал ее лоб, внимательно оглядывая девушку, будто проверял, насколько сильно больна она. Я всегда так делал, когда наши разговоры становились уж очень... ненормальными. А она всегда отмахивалась и притворно надувала губки.
В тот момент я еще не знал, что свою пылкую дружескую привязанность приму за любовь. Не знал, что буду мучать и ее, и Эдварда своими выходками. Все это будет потом. А сейчас... сейчас мы разговариваем, смеемся и кажется, если пойдет дождь, он не заденет нас и мы нисколько не намокнем.
И я не знал, когда мы стали настолько близкими друзьями. Но я каждый день благодарил бога за то, что он послал мне такого человека, как она.
А она благодарит бога за то, что я рядом с ней. Что помогаю пережить этот нелегкий период в ее жизни.
- Все за меня боятся, но...
Она мгновенно помрачнела. Я стиснул зубы. Я видел ее отчаяние и боль, написанную на лице. А что толку? Не я ее причинил.
Конечно, черт возьми, я не мог не понять мотива поступка Каллена. Но все же... никому в этом не признаюсь, но я хотел бы, чтобы он вернулся. И чтобы она снова расцвела. Чтобы не только наши редкие встречи заставляли ее улыбаться.
- Брось, Белла! Признайся, что за тебя необходимо бояться. И присматривать.А иначе ты...
- Что я? - она резко вскочила на ноги, гневно смотря на меня.
Это было... неожиданно, черт! Обычно она всегда так спокойна, непоколебима.
- Белла..., - я поднялся следом на ноги.
- Ну что? Ответь мне, Джейк! - она нервно сглотнула, видимо, понимая всю необычность ситуации.
Я молчал. Я не знал, что ответить, черт возьми! Я только заметил, что солнце скрылось за облаками.
- Думаешь, мне приятно, что вы все обо мне печетесь, как о беременной корове, которая вот-вот родит? Один бросил меня из соображений безопасности, известных только ему! Другой чуть что, начинает беспокойно обследовать меня! Как же мне это надоело, чтоб ты знал!!! Я не стою ваших волнений. Никто никогда не знал, что мне на самом деле нужно! Я просто хотела быть с любимым. Этого не получилось!, - она опустила глаза, блеснувшие слезами на мгновение, и глубоко вдохнула, - не надо опеки. Ничего хорошего из нее...не выходит. Никогда.
Этот сумбурный монолог, и так быстро иссякшее красноречие Беллы, поразили меня. И вместе с тем, не открыли ничего нового. Разве я не знал, как эта опека достает ее? Конечно, знал.
- Прости, - это все, что мне пришло в голову. Нужные слова никогда не находятся, когда они действительно нужны.
Она снова легла возле поваленного дерева. И снова выглянуло солнце.
Белла улыбнулась и посмотрела на меня, словно извиняясь за свой всплеск:
- Солнцу тоже не нравится чрезмерная опека, - она захихикала.
Я сел рядом и тоже улыбнулся.
- Ну так, как ты думаешь, ты переродишься в воробья?
Я засмеялся, ложась рядом с ней. Мы смотрели на ярко-голубое небо и не знали, что нас ждет завтра. И послезавтра. И после смерти.
Есть только здесь и сейчас - солнце и ее улыбка. и Кажется,если пойдет дождь, он не заденет нас и мы нисколько не намокнем.