Название: Проницательная
Рейтинг: PG-13 – все на удивление прилично)
Пейринг: Рене/Эдвард
Жанр: ООС, Humour
Саммари: «У твоей матери очень интересное сознание. Вроде детское, но очень проницательное. Она видит многие вещи не так, как другие». POV Рене
Короткая зарисовка о том, как познакомились Рене и Эдвард.

Из меня вышла хреновая мать.

Правда, правда. Иногда кажется, что Чарли – Чарли, который носки сам постирать не мог, да и посуду мыл только по праздникам – заботиться о нашей дочери куда больше меня. Свону всегда был присущ некоторый такт. Впрочем, мне не слишком приятна мысль, что бывший муж может хоть в чем-то меня превосходить. Такой покладистый, наивный и местами инфантильный Чарли.

Вот почему я от него сбежала. Не хотела становиться такой же клушей, как Сью, печь пироги на кухне целыми днями, а потом ждать мужа с газетой у окошка, ожидая, кого он притащит домой на этот раз. Билли? Гарри? Джека?

Я вздыхаю, вытягиваясь на диване. На мне короткие джинсовые шорты, обнажающие ноги, и синяя безрукавка. Мельком замечаю, что ядовито-красный лак на ногтях совершенно не вписывается в данную картину. Взъерошиваю волосы рукой и зеваю, наслаждаясь восхитительным ощущением тихого летнего вечера. Высокий запотевший стакан с чаем мирно покоится рядом с пультом от телевизора, давно прочитанная книга валяется на полу. Сейчас я в доме одна, и это чертовски радует.

Хотя нет.

Не одна.

Белла благополучно умчалась на встречу со своей подругой, Самантой, кажется, Фил увез школьную команду по баскетболу на какие-то архиважные соревнования, у домработницы Люси сегодня выходной, и дома я осталась только с одним человеком. Впрочем, его и учитывать сильно не надо – сидит наверху с моим ноутбуком и строчит какой-то дурацкий реферат о Гражданской войне. Это мне Белла наплела. С горящими щеками, запинаясь и постоянно опуская глаза. Ага, конечно. Приятно осознавать, что дочь так и не научилась врать.

Я прислушиваюсь. Мерный стук клавиатуры, который было, уже притих, возобновляется с прежней силой. Интересно, чем он там занимается? Самоудовлетворением? Читает?
Смотрит телевизор? Играет на приставке?

Хотя нет, это вряд ли – мы, такие лощеные аристократы и на приставке…. Фи. Как-то совсем некомильфо. Все это взъерошенное чудо с надменно-презрительными желтовато-карими глазами, мертвенно-бледной кожей и высокими скулами. Да, мальчик чертовски хорош, тут ничего не скажешь, Белле здорово повезло. Да особенно если учесть то, как она на него смотрит. Как голодающий на пищу. Как жаждущий на воду. Или как Фил смотрел на меня позавчера, когда я купила тот бирюзовый комплектик с леопардовой отделкой.

Да, да, я вконец испорчена.

В воздухе медленно разливается терпкий запах лимона, щедро разбавленный прохладной мятной ноткой, и мне даже не надо оборачиваться, чтобы узнать, кто здесь. Мальчик-совершенство. Папочкин ребенок в дизайнерских шмотках. Я тихонько хмыкаю, краешком взгляда замечая ярко-алую футболку, обтягивающую плечи. Мне почему-то смешно. Сейчас он напоминает взведенный курок, напряженный, тронь – и выстрелит. Броситься на меня. Изнасилует?

Диван издает слабое скрипение, прогибаясь под весом Эдварда. Он садится возле меня, небрежно смахивает на пол толстый клетчатый плед, отодвигает в сторону стакан с чаем. С минуту вертит в руках книгу, листает, чему-то ухмыляется. И чертовски действует мне на нервы.

Я устраиваюсь поудобнее, откидывая голову на подушку, потягиваясь всем телом. Лениво приоткрываю глаза – в глазах у мальчика целый пожар. Бледные пальцы вцепились в джинсы, нижняя губа прикушена. Тронь его и заорет. Или изнасилует. Стоп, неужели я повторяюсь? А самой так и хочется сказать: «Эй, малыш, если у тебя особые проблемы – ванная в конце коридора». И рассмеяться. Или самой…
А вот это уже ни в какие рамки.

- Ты что-то хотел? – голос все-таки предательски дрожит, и я посильнее сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти с невероятной силой впиваются в мягкую кожу ладоней. – Кофе? Чая? Воды?

Так и подмывает спросить: «Меня?» Но это будет уже явное хамство

Он морщится, словно откусил от лимона. Отводит пронзительный золотистый взгляд и через мгновение снова его поднимает. С минуту изучает мое лицо. Эх, мальчик, мальчик, какого черта…

- Я хотел бы знать, где Белла, - ровный медленный тон. Темные ресницы чуть приподнялись и опустились, обожгли огнем. – И когда она вернется.

Когда он, мать его, родился? В каком столетии? «Я хотел бы знать, где Белла». Да так лет сто уже не выражаются! Способ заманивать девчонок, играя эдакого чопорного английского джентльмена? Или просто чтобы понравиться матери любимой девушки?
Губы его на миг кривятся в привычной мимолетной усмешке, словно он успел услышать все то, что пронеслось в моей голове.

- Белла встречается с подругой, - мой голос сейчас, кажется, подпрыгивает на октаву выше. Откашливаюсь. Делаю глоток чая. Странные глаза все время наблюдает за моими легкими жестами. – Скоро должна быть дома.

И тогда будет в полном твоем распоряжении, мальчик мой.

Опять эта гримаса. Выглядит незабвенный бойфренд жалко, не смотря на все свои модные шмотки, начиная от ремня от Ральфа Лорена и заканчивая туфлями Гуччи. И вообще, мне никогда не нравились такие вот лощеные типы, сладкие лапочки, приторные, словно любимый Беллин шоколадный пирог. Съешь такой – и будешь маяться изжогой. Слишком идеальный. Слишком красивый. Слишком… стандартный.

По крайней мере, сейчас, когда мы сидим на диване, я отлично понимаю, что для моей дочери он отличная пара.
Звонкая трель телефона заставляет меня подпрыгнуть. Его – нет, словно он сидел и ждал, когда завибрирует на низком стеклянном столике моя старенькая Nokia. Бросаю на мальчишку сердитый взгляд – он в ответ ухмыляется (видимо, это должно было выглядеть саркастически, а выглядит так, словно его внезапно перекосило) – и тянусь за трубкой. Нажимаю «ответить», полностью игнорируя нервное сопение возле себя.

- Алло?

- Мама? – тараторит дочь. В трубке слышится смех какого-то парня, и я краем глаза замечаю, как отвергнутая сейчас любовь ерзает на диване. – Мы с Самантой в… кафе… да, в кафе! Так что я задержусь еще часика на два, мы…

- Конечно, милая, - нарочито громко говорю я. – Конечно, задержись. Мы с Эдвардом тут так… хорошо проводим время вместе…

- А вам не кажется, что неприлично лгать взрослой дочери? – спрашивает он, как только я вешаю трубку. Возмущение от того, что меня сейчас грубо ткнули носом, щедро мешается со злостью от ненавистного «вы». Это он нарочно, я-то уж знаю.

- Рыжий, а тебе не кажется, что неприлично хамить будущей родственнице? – огрызаюсь в ответ. – И вообще, это дело только Беллы.

У него такое выражение лица, словно он хочет меня укусить. А потом неожиданно злобная гримаса исчезает из его лица, и он начинает хохотать.

Он так и уходит наверх, видимо, дописывать свой реферат, а я все еще слышу отзвуки его смеха. И улыбаюсь, укутавшись в плед.

Итак? Мысли, пожелания, отзывы, критика?
Прошу на форум)