Марианна

Я чувствовала холодную ладонь Иво в своей руке. Он крепко держал меня, будто боясь, что я могу упасть без его поддержки. И ведь он был совершенно прав, я не знаю, чтобы я делала без его поддержки. То, что я чувствую рядом с ним, это то, чего мне не хватало последние годы: чувство защищенности, доверие, понимание и забота. После всего, что на меня свалилось о большем я и не прошу.
Холодный ветер продувал насквозь, я чувствовала, как не уютно Иво. Он, привыкший к постоянному теплу, сейчас стоял и стучал зубами от холода. Заметив, что я разглядываю его, он улыбнулся и крепче сжал мою ладонь, будто давая понять, чтобы не случилось – он здесь, он со мной.
Я тяжело вздохнула и огляделась вокруг. Мы приехали первыми на кладбище, люди только только начинали собираться. Наконец приехал мой старший брат Стас с семьей. Они подошли к нам, и мне пришлось познакомить их с Иво, ведь они решили, что он тот самый, о ком я не хочу думать...
Они остались стоять с нами, Стас встал рядом со мной и взял меня за свободную руку. Слезы наворачивались на глаза от одной мысли, что теперь мы с ним – все, что осталось от нашей семьи. Несколько лет назад ушли бабушка с дедушкой, но мы бы никогда не подумали, что будем хоронить наших родителей так скоро.
Все вместе, мы наблюдали, как подъезжали близкие и дальние друзья наших родителей, родственники и просто знакомые и сослуживцы. Никогда бы не подумала, что у наших родителей столько друзей… наверно я никогда особо не интересовалась их жизнями, мы были как параллельные прямые, идущие рядом, но не особо затрагивая жизни друг друга.
Спустя 20 минут народ перестал подъезжать, мы со Стасом уже устали принимать соболезнования и выдавать фальшивые улыбки на вопрос как мы. Брат держался молодцом. Последнее время мы очень отдалились друг от друга, все-таки слишком большая разница в возрасте, но в детстве он заменил мне отца, который пропадал на работе и в командировках ,совсем не бывая дома. Банальная история, родители говорят, что делают все для нас, но в результате становятся собственным детям чужими людьми…
Я стояла, и наблюдала, как священник что-то говорит, совсем не слыша его слов, в голове прокручивались воспоминания самых счастливых моментов из детства, когда вся семья была в сборе и, казалось, что нет никого счастливее нас, казалось, что так будет всегда. Но «всегда» однажды подходит к концу, и остаются лишь воспоминания, которые причиняют одновременно и боль и радость.
Я слышала, как Стас принялся за свою речь, и с дрожью думала о том, что следующая я.
Кажется, люди не сразу замечали, что рядом с могилами родителей, маленькая могилка, где покоится мой малыш, так и не увидевший мир. Может быть так и лучше, здесь слишком много зла и несчастья….
Я почувствовала, как Иво положил руку мне на талию и притянул ближе к себе. Моя очередь…
- Где бы вы сейчас не были, я знаю, что вы счастливы. Но я хочу, чтобы вы знали, несмотря, ни на что, вы были, есть и навсегда останетесь в наших сердцах. И вы останетесь с нами, пока бьются сердца…, я чувствовала, что не могу говорить дальше, рыдания рвались из груди, но я должна была быть сильной должна закончить…, - Я никогда не держала тебя на руках, но я чувствую тебя, - я сделала паузу и обвела глазами людей. У всех на лице отразилось непонимание.
- Ты не сказал ни слова, но я слышу тебя, - я снова остановилась, и, закрыв глаза, продолжила, - Я не знала тебя, но я люблю тебя.
По моим щекам лились слезы, но мне было все равно.
Я открыла глаза, и забыла, как дышать. Напротив меня стоял человек, которого я больше всего в жизни хотела увидеть, но, ни за что бы не призналась в этом.
В его глазах была боль, раскаянье, любовь и слезы. Он плакал. Плакал из-за осознания того, что ЕГО больше нет…

Роберт

Мое сердце разрывалось от того, что я видел. Моя любимая, моя единственная, стояла рядом с незнакомым молодым человеком, он успокаивал ее. На его месте должен быть я…хотя нет, если бы не я этого всего бы вообще бы не случилось. Мы бы не хоронили нашего ребенка и ее родителей, не было бы этой стены и боли меду нами. Я с трудом уговорил Алексу взять меня с собой в Москву, я думал, что нужен ей…Боже мой, я во всем виноват, но я все равно не мог видеть его рядом с ней.
Я замер, когда услышал ее голос. Ее слова были пропитаны болью и отчаянием, но когда она заговорила про нашего ребенка, я больше не мог сдерживать эмоции. Я чувствовал, как слезы скатились по щекам, но мне было плевать. И тут она открыла глаза и посмотрела прямо в мои глаза.
И тут мое сердце разорвалось. Она отвела взгляд и спрятала лицо на груди незнакомого парня рядом с ней. Удар ниже пояса…
Каждый бросил горстку земли в ямы, и спустя несколько минут все закончилось.
С трудом, но я все-таки пробрался к ней.
- Марианна, умоляю, постой.
Она замерла, услышав мой голос, но остановилась и повернулась ко мне. Краем глаза я заметил, как Алекса с ребятами со злостью смотрели на меня, но сейчас это не имело значения.
- Марианна, я не представляю, как могу искупить свою вину, но я буду пытаться, даже зная, что ты будешь отвергать меня, я люблю тебя и не отступлюсь…, - я сделал паузу и заглянул в ее глаза, -Я люблю тебя, - прошептал я.
Слезы, от которых ее глаза начали блестеть еще больше, не скрылись от меня. Она глубоко вздохнула…
- Роберт…ты же знаешь, что произошло…и..я не уверена, что смогу быть рядом с тобой, - она зажмурилось и потерла виски, - Я любила тебя…и люблю, но я не готова, сейчас не время…и я не уверена больше в нас…в тебе. – она замолчала, и на секунду замешкавшись, приблизилась ко мне и коснулась моих губ своими. Они были холодными и мокрыми от слез, но такими родными. И в эту секунду я понял, что для меня просто не может существовать другой женщины, она создана для меня…
Она отстранилась, и не глядя мне в глаза, прошептала.
- Прощай.
Я видел, как Марианна подошла к своему брату, попрощалась с ним, и вернувшись к Иво, обнявшим ее за талию, они подошли к своей машине, и сев в нее уехали. Она уехала от меня. Снова. Но я был бессилен. Я потерял сердце вместе с ней.