Примерно через полчаса я уже подъезжала к дому. Он был всего двухэтажный, но я не сомневалась, что подвал переоборудован в лабораторию. Кладка из «состаренного» белого кирпича придавали особняку благородности, а огромные панорамные окна, практически во всю стену, актуальности и говорили об отменном вкусе хозяина. Перила у лестницы, ведущей к входной двери, были ажурными со странным узором, примерно таким же, какой я видела в Румынии. Но дом, несмотря на его внешнюю отчужденность, внушал чувство уютности, безопасности и именно домашности.

В скольких домах я ни жила, но этот единственный приносил мне такие чувства. Возможно, это из-за расположения, ведь он стоит далеко от людей в лесу Форкса, но что-то мне подсказывало, что не только из-за этого. Меня все еще беспокоило то виденье. Оно было настолько настоящим, что в его правдоподобности я сомневалась только потому, что этого просто не может быть!

Я уже давно закинула подальше мысль о том, чтобы его увидеть и именно поэтому я так болезненно отреагировала на этот мираж. Я всегда пресекала каждую мысль о нем и о том, что связанно с ним. Сначала это было трудно делать, но позже стало проще отвлекаться. И все же каждая ночь не проходила без тщетной борьбы с постоянно возникающим перед глазами его лицом и ожесточенных битв со слезами, после чего я засыпала, но ненадолго.

Каждую ночь меня мучили кошмары, где в главной роли был, конечно же, Кай и его фантазии о моей смерти в диких пытках, которые становились все изощреннее и ужасней с каждым моим приездом в Вольтерру, где я их и узнавала.

Я пыталась выбросить эти мысли из головы, и в этом мне помог Тони. Как только я подъехала к гаражу и вылезла из машины, он вылетел из входной двери и заключил в очень крепкие объятия, крича мне на ухо слова приветствия , выражая радость от моего приезда. Я улыбнулась, потому что тоже была рада его видеть и тому, что он впервые так открыто, выразил свои эмоции, раньше он себе такого не позволял.

Так мы стояли пару минут, пока я не спросила:
- А в дом впустишь?

- А… Конечно, - замялся он, - только я тебе так и не сказал… у меня гости.

Меня очень удивило то, как он это сказал. Я просто не могла понять, почему он так с опаской говорил, но принюхиваться и читать мысли гостей не стала, надеявшись, что он сам скажет.

- Что в этом такого? – недоумевая, спросила я и заверила,- если они нападут, я смогу отбиться, а других причин для беспокойства нет.

Он посмотрел мне в глаза и ответил: - Да, ты права. Я просто не сказал им о твоей сущности. Но я думаю, они все правильно поймут.
А затем он улыбнулся и потащил к дому. Он как истинный джентльмен открыл для меня дверь, и мы зашли, но как только я подняла глаза, то просто застыла.

Этого просто не может быть! Не. Может. Быть. Нет! Нет, нет, нет! Это сон, мираж да что угодно только не то, что я вижу! Нет!

Это мысль насиловала мое сознание, будто вбивала гвоздь в бетонную стену. Я просто не могла пошевелиться. Я не могла понять, что здесь творится. Просто не могла поверить своим глазам. Не могла!

- Познакомьтесь это Андомиэль Мари Свон, моя бывшая воспитанница, - спокойно проговорил Тони.

Его слова заставили вернутся в реальность, которую я просто не хотела понимать. Я не желала верить своим глазам, ушам, обонянию.

Я так и стояла, смотря на них, которые также, находясь в шоке, замерли с лицами, в которых читалось такое же не желание воспринимать действительность.

- Здравствуйте, - чуть слышно неожиданно прошептала я и, сорвавшись с места, вылетела из дома…