JPOV

Очередной день в колледже не задался с самого утра. Элис была недовольна отсутствием видений, а Кейт раздражала меня своим присутствием, своим поведением, своими поцелуями, своими прикосновениями, на которые я был вынужден отвечать. Остальные члены моей семьи, словно чувствуя мое внутреннее напряжение, меня избегали. А Белла испепеляла холодящими душу, полными немого разочарования и беспощадного гнева взглядами, стоило нам пересечься в любом месте на территории колледжа: будь то коридор, учебная аудитория или площадка перед кампусами. И я успел проклясть Элис на всех известных мне языках, за то, что моя обожаемая сестренка отправила меня на историческое отделение: каждый второй предмет в расписании совпадал у меня с Беллой. Наши безмолвные диалоги ранили меня куда сильнее, чем я хотел бы этого и убеждать себя в том, что я поступаю так ради её же безопасности, с каждой секундой проведенной рядом с ней было все сложнее. В кафетерии мы заняли привычный столик в отдалении, и я, поставив блок на возможности Эдварда и Джаспера, пытался расслабиться и подарить себе несколько минут счастья, наблюдая за своей девочкой. Сегодня она была задумчивой и очень печальной. Её что-то беспокоило, и она то и дело вздыхала, прижимая руки к груди в попытке защитить себя. Мне хотелось подойти к ней, прижаться губами к её губам, обнять её и пообещать, что вместе мы справимся с любой проблемой, что я всегда буду рядом. Но я не мог позволить себе этого. Поэтому я лишь молча, наблюдал как она, поджав губы, изредка бросает взгляды на меня и Кейт. В эти мгновения я хотел убить Кейт, убить всех, кто заставляет её страдать.
Конечно же, она не знала о том, что произошло накануне. И не догадыва-лась, что мои отношения с Кейт, не что иное, как фарс, что мое окаменелое сердце навсегда принадлежит ей, что лишь она одна может сделать меня счастливым, только она и никто другой. Но она не знала и о том, что я намного, намного опаснее, чем она себе представляет, чем вообще это возможно представить. Опаснее вампира, опаснее оборотня. Уникальный гибрид двух самых опасных рас на планете, я пугал самого себя. Она не знала, что моей воли было достаточно, чтобы прогнать самих Вольтури, не знала, что еще вчера её сердце должно было остановиться. Страдания Беллы сводились к элементарной женской ревности. Но и этого мне так не хотелось. Я хотел, чтобы она была счастлива. Счастлива со мной! Но это было невозможно, и поэтому мы оба и, я, и она истязали себя, мучаясь в утопии своих противоречивых чувств.
- Вау!!! Джейк, я, конечно, понимаю, что ты теперь ну просто охренеть какой одаренный, но, может, будешь развлекать своими талантами дома!!! - воскликнул Эмметт, смотря куда-то в сторону. Я скинул блок, и в мою голову ворвались вихри мыслей и эмоций окружающих. Передернув плечами, я попытался сосредоточиться, и, посмотрев на источник негодования Эмма, шумно выругался на наречии квиллетов. Он обернулся на звук моего голоса и просиял своей кривоватой ехидной улыбкой. Только этого мне не хватало для полного счастья!!! Не, ну какого хера? И чего ему не сиделось в своем гребанном Нью-Йорке?! Приехал, чтобы в очередной раз испортить мне жизнь?! Он, что не понимает, что хуже уже просто нельзя? Мать твою за ногу, ну почему именно сейчас, а?!
- Это не иллюзия, - одновременно с Эдвардом произнесли мы, и я добавил, смор-щившись, смотря, как он направляется к нам. – Это мой брат-близнец Тейлор Блэк. Похоже, что он решил сделать мое существование еще более незабываемым.
Белла, Ли и Дэвид успели уйти из кафетерия до появления Тея и я, выдохнув, по-зволил себя расслабиться, настолько насколько позволяла мне нынешняя ситуация. Белле не обязательно знать о его существовании, в конце концов, удавалось же нам водить всех за нос тринадцать лет подряд, избавляя мир от знания, что на самом деле нас двое. Уж слишком разными мы были, да и это было его решение: жить в Нью-Йорке у тетки, его никто не прогонял. Он сам выбрал свою жизнь, сам решил, что сможет убежать от своей судьбы. Но он ненавидел за это именно меня, как будто бы я виноват в том, что он родился такой сволочью?! Когда наша мама умерла, к ней на похороны съехалась вся родня. Наша тетка предложила отцу забрать нас на время к себе, чтобы ему было проще. Билли предложил нам обоим уехать в Нью-Йорк. Тейлор согласился, а я остался с отцом. Тогда нам обоим было по пять лет. Возвращаться обратно Тей не собирался, он быстро приспособился к жизни в большом городе, стал заниматься музыкой, приобрел друзей в известных кругах и стал считать легенды племени сказками. И, в конце концов, Билли был вынужден смириться с тем, что Тейлору там лучше. В кругу семьи все реже стали о нем вспоминать, а наши общие знакомые все меньше интересовались моим братом. К тому времени, как Билли стал тесно дружить с Чарли Своном, и я потерял голову от Беллы, от Тейлора остались лишь воспоминания, а его звонки сократились до одного в пол-года. Приезжать в Ла-Пуш он считал невозможным и не необходимым. Его бурлящая жизнь в Нью-Йорке вполне заменила ему нас с отцом и сестрами. Наши редкие поездки к нему все больше убеждали меня в том, что мы с Тейлором похожи, как кошка и собака. Он был самовлюбленным, самонадеянным, самоуверенным, напыщенным… Этакий нарцисс, любимец женщин, заядлый тусовщик. Выращенный женщиной, у которой никогда не было своих детей и, не имея не в чем отказа, Тейлор превратился в полного придурка и закоренелую сволочь, которую кроме денег, секса и славы мало, что волновало в этой жизни. В последний раз мы виделись с ним, когда я ездил к нему один в позапрошлом году. Мы подрались и вылили друг на друга ушат грязи. И брат пообещал больше никогда не появляться в моей жизни. А сейчас ему просто больше не к кому пойти. По-видимому, гордость не дала ему спокойно покаяться отцу, и он решился подействовать на нервы мне. Я знал, что он обратился совсем недавно, его с головой выдавал запах и повадки оборотня.
- Дерьмово выглядишь, Джейк, да и пахнешь тоже, - проговорил Тейлор, распахивая полы своего черного плаща, под которыми его идеально натренированное тело облегала белая классическая рубашка, небрежно расстегнутая на пару верхних пуговиц, строгие шелковые черные брюки не терпели складок, а его дизайнерские туфли могли бы сойти за зеркало. Он грациозно опустился на стул, который предусмотрительно пододвинул от ближайшего столика к нашему. Тейлор Блэк всегда был излишне идеален, в противовес мне, конечно же.
- Ты тоже, знаешь ли, не французскими духами пахнешь, Тей!!! – прошипел я. Мои глаза заволокла красная пелена, и я натянул очки, закрывающие половину моего лица.
- Да? – наигранно удивился мой обожаемый братец. – Нужно поменять парфюм! Похоже, что Kenzo просто не мой формат.
Я покачал головой, пытаясь сосредоточиться. Тихо, тихо, Джей… Ты же в колледже. Здесь люди. Вдох-выдох… Какой нахуй, вдох-выдох! Надеясь отвлечься, я напрягся и прорычал:
- Что. Ты. Здесь. Делаешь? - желая стереть его самодовольную улыбку с моего зеркального отражения.
- Ты удивлен, братишка? А теперь представь мое удивление в прошлую субботу, когда я, выйдя из клуба подышать воздухом, почувствовал, как жуткая боль пронзает каждую клетку моего тела и, услышав хлопок, обнаружил, что я больше не я, а гигантская двухметровая дворняжка. В ту минуту, я подумал, что сошел с ума! Понимаешь, я подумал, что я – псих! Я не знаю, сколько времени мне потребовалось, чтобы вернуть себе прежний облик, но, оказавшись в своем теле, я понял, что все то дерьмо, о котором мне рассказывал Билли, правда. Я собрал вещи и свалил в резервацию. Наш старик поведал мне, что мой старший братец стал пиявкой и свалил со своей новоиспеченной семейкой подальше от исторической родины, и что я как младший наследник рода должен занять твое место в стае бродячих псов. Сам понимаешь меня такая перспективка не особо устраивала. Да и к тому же Улей отлично справляется и без меня, и, покопавшись в сознании стаи, я выяснил, что ты спокойненько учишься в Дартмуте и, вуаля, я здесь! – он развел руки в театральном жесте, довольный своей тирадой.
- И зачем ты здесь? – уточнил я, вчитываясь в его мысли. Тейлор был на самом деле намного больше растерян, чем хотел это показать. Ему было страшно, он до сих пор не отошел от того, что с ним произошло.