ІІ
-А, мистер Каллен, рады приветствовать! Надеюсь, Вам у нас понравиться!
Мистер Баннер сказал вошедшему что-то о формуляре, но я не слышала ничего, казалось мое сердце теперь стучит в ушах.
В тот же миг, когда я взглянула на него, я поняла, что и Лорен и Джессика ошибались, он не был красив. Он был божественно красив! Высок и строен, он отличался от остальных бледной кожей и пронзительными зелеными глазами. Но было в нем еще то, что заставляло не просто пропустить сердце удар, что, то более волнующие, почти таинственное. “Прекрасно, Белла! Ты рассуждаешь почти как Стенли!” – одернула я сама себя.
Способность слышать ко мне вернулась только после фразы учителя “Займите свободное место”. Парень прошел мимо рядов парт, и приветливо улыбнувшись, сел на соседний стул. В классе поднялся гул от перешептывания. Мистер Баннер стал раздавать лабораторные карточки.
- Привет. Я Эдвард. Эдвард Каллен, - воспользовавшись моментом, представился мой новый напарник.
- Белла Свон, - только успела я вымолвить, как учитель призвал расшумевшихся учеников к тишине.
В коробках на лабораторных столах были предметные стекла с клетками корня репчатого лука. Вместе с соседом по парте необходимо разложить их по порядку, в соответствии с фазами митоза, причем без помощи учебника. Через двадцать минут Баннер проверит, как мы справились.
— Леди желает начать? — криво улыбнулся Эдвард.
Я смотрела на него, как зачарованная, не в силах вымолвить ни слова.
— Если хочешь, начну я, — проговорил он уже без тени улыбки, видимо, приняв меня за слабоумную.
— Нет, нет, все в порядке, — густо покраснев, сказала я.
Я вставила первый препарат и настроила микроскоп на сорокакратное увеличение.
— Профаза! — объявила я, мельком взглянув в окуляр.
— Можно посмотреть? — попросил Эдвард.
В полном недоумении я наблюдала, как парень изучает препарат.
— Профаза, — согласился Каллен.
Эдвард аккуратно вписывал результат в таблицу. Я тем временем искоса продолжала смотреть на него. Теперь я заметила на его левой щеке тонкий шрам. Видимо я засмотрелась.
-Что? – спросил он, улыбаясь. Потом, видимо поняв причину моей реакции, продолжил. – Этот шрам я получил, когда мне было 8 лет. Меня укусил соседский доберман, - он говорил об этом и улыбался.
“Еще немного и я влюблюсь”, - промелькнула мысль в голове.
- Отец много раз предлагал “убрать” шрам, но он мне совершенно не мешает.
Затем вставил второй препарат и рассмотрел его. — Анафаза, — провозгласил он, тут же заполняя вторую колонку.
- Твой отец имеет отношение к медицине? – поинтересовалась я, заглядывая в окуляр. Черт побери, он прав - анафаза!
- Да, он практикующий нейрохирург. Но он так давно в медицине, что за такое время у него появились друзья и знакомые в разных ее областях, – он снова улыбнулся. - Собственно я здесь из-за отца. Он начнет практику в Форксе, как только утрясет бумажную волокиту в Сакраменто.
“Сакраменто”, - я улыбнулась, вспомнив, как Джессика не могла запомнить название города. По сравнению с ним Форкс настоящая глушь!
- Да уж! Твой отец настоящий миссионер! – слова бесконтрольно слетели с языка, который я тот час же прикусила. К моему удивлению, Эдвард не обиделся, и даже тихонько рассмеялся.
- И не говори! Но думаю, нам следует продолжить лабораторку. Осталось немного времени.
Он ловко переменил приборное стекло.
- На что поспорим, что это интерфаза?! – он заговорщицки подмигнул мне.
На этот раз я не смотрела в окуляр и секунды.
— Интерфаза!
Парень мельком взглянул на препарат и занес результат в таблицу. Я и сама могла сделать запись, но почерк у Эдварда оказался настолько изящным, что мне не хотелось портить страницу своими каракулями.
Мы закончили раньше всех. Я видела, как Майк с соседкой в немом отчаянии смотрят на коробку с препаратами. Еще одна пара тайком листала учебник.
К нашей парте подошел мистер Баннер, очевидно, обеспокоенный тем, что мы не работаем. Увидев заполненную таблицу, он удивился и стал проверять ответы.
Мистер Баннер скептически посмотрел на меня, потом на Эдварда.
— Ты уже делал эту лабораторку? — догадался он.
— Да, но не на луковом корне, — Каллен кивнул, будто ожидал, такого вопроса.
— На сиговой бластуле?
— Да.
— Ну, — задумчиво протянул мистер Баннер, — очень удачно, что вы сели вместе. — Пробормотав что-то еще, он ушел к своему столу.
Мы перебросились еще парой ничего незначащих фраз о климате Форкса, о его вечных дождях. Оказывается, Эдварду по душе была такая погода. Внезапно прозвенел звонок, ученики, выходя из класса, бросали на нас косые взгляды.
-Встретимся за ленчем? – вдруг сказал Эдвард.
Я улыбнулась и кивнула.
Буквально через секунду на меня налетела Джессика.
- Ты видела его? Видела уже?
- Да, Джесс. У нас общий урок биологии. И теперь он мой новый напарник по лабораторным.
Веселое настроение подруги мгновенно улетучилось, жизнерадостная улыбка покинула ее пухленькие губы. Я вовсе не хотела ее расстраивать или сердить. Просто я сказала правду.
- Оу… - только и сказала подруга.
Кое как отсидев тригонометрию, а потом и испанский, сразу после звонка, я направилась в столовую. За нашим привычным столиком уже сидели Джесс, Майк, Эрик и Анжела. Я осмотрелась – Эдварда нигде не было. Кивнув, своим друзьям, я направилась к столу раздачи. Есть совершенно перехотелось, поэтому я не заметила как на моем подносе оказался салат, яблоко и минеральная вода.
- Приятного аппетита.
От неожиданности я подпрыгнула.
- Эдвард! – взвизгнула я, и тут же устыдившись своей реакции, опустила глаза.
- Эмм… - протянула я, - ты не присоединишься ко мне и моим друзьям. Они будут рады, - я кивнула в сторону нашего столика.
Джессика неприветливо сверлила нас взглядом и о чем-то перешептывалась с остальными.
-Или не очень рады, - едва слышно прошептала я.
- Знаешь, как-нибудь в другой раз, - Эдвард примирительно улыбнулся.
- Ну ладно… - разочаровано выдохнула я, собравшись идти к своим.
- Белла, - вдруг окликнул он меня, - а почему бы нам не перекусить вместе?
Я посмотрела на него, не шутит ли? Понимая, что делаю ошибку, и то, что Джесс никогда мне этого не простит, я кивнула.
Мы сели за столик друг напротив друга.
- О, скажи, что на нас не пялиться вся школа, - тихо сказал он.
Я обвела взглядом столовый зал. Каждый, абсолютно КАЖДЫЙ, смотрел в нашу сторону!
- А чего ты хотел? – улыбнулась я. – В нашей школе давно никого новенького не появлялось! Да еще и на такой машине!
- Откуда ты зн… Прости, глупый вопрос. Постой, а чем тебе не нравиться моя машина?!
Он так натурально удивился, что я рассмеялась.
- Всем нравиться! Просто, у нас не так много учеников, которые могут себе позволить машину, выпуска следующего года!
- Черт! Отец немного переборщил, - раздосадовано подытожил Эдвард. – Теперь ты думаешь, что сынок богатеньких родителей, - он попытался скрыть улыбку.
- Меня мало интересуют материальные возможности человека.
- Я так и думал, - теперь Эдвард улыбнулся открыто.
- Главное, - продолжила я, - чтобы средства были заработаны честно, - теперь была моя очередь улыбаться.
Эдвард удивленно вскинул брови.
- Мой отец – детектив, - пояснила я, - во мне с детства воспитали уважение к законам.
- Чудно. Надеюсь, ты не сомневаешься в честности моих предков?
- Нет, конечно.
Какое-то время мы молчали. Потом Эдвард заговорил:
- Итак, ты говоришь, что твой отец полисмен? А чем занимается твоя мама?!
Я привыкла отвечать на подобные вопросы давно заученными фразами, но в этот раз мне было тяжелее, чем обычно.
- Она… Она… - я низко опустила голову и тяжело вздохнула.
- Прости. Я понимаю как тяжело сказать это слово, - он легонько коснулся моей руки. Меня словно током пронзило. Его рука была чуть прохладная, но от этого прикосновения мне стало тепло.
- Я открою тебе секрет, - он поддался вперед и заговорил шепотом, - меня усыновили.
Не знаю, что в этот момент выражало мое лицо, но у меня в душе появилось острое, почти физически ощутимое, чувство поддержки и сопричастности.
По законам драматургического жанра прозвенел звонок.
Я поднялась из – за стола.
- Какой у тебя сейчас урок? - спросила я.
- Ммм… Физкультура, кажется. Мне разрешили, не идти на первое занятие, - он опять улыбнулся.
“Ну, разве можно быть таким красивым?!”, - подумала я.