Сообщение от: Елена Гилберт
Дэймон, мне нужно поговорить с тобой.
В полдень у меня. Будь там.

Нахмурившись, Дэймон перечитал сообщение, тщательно изучая каждое слово в поисках скрытого смысла. Он не видел Елену в течение последних трех дней – не то, чтобы он считал – и, по словам Стефана, она подхватила какой-то тяжелый грипп.

- Она не говорит мне, что с ней, а когда я звоню ей домой, отвечает Дженна. Всегда, - жаловался Стефан. – И каждый раз, как я спрашиваю о Елене, Дженна просто говорит, что она неважно себя чувствует.

И сообщение, которое Дэймон получил от Елены всего десять минут спустя после этого разговора, лишь больше привело его в замешательство. Он прочитал его, убрал телефон в карман, схватил куртку на ходу и вышел из дома.

Слов «не говори Стефану» не было в сообщении, но Дэймон не дурак. Он понял намек, как только прочел sms. Чего он не мог понять, так это почему Елена хотела увидеть его, а не Стефана. И самое важное, почему она не хотела, чтобы Стефан знал об их встрече.

***

- И что же случилось с принципом «Я потерял тебя навсегда»? Я думал, ты ненавидишь меня, - произнес Дэймон ненавязчиво, перекидывая вторую ногу через подоконник.

Он заметил, как Елена подпрыгнула от неожиданности, и его губы изогнулись в ухмылке, когда шок на ее лице сменился негодованием.

- Перестань так делать, Дэймон, - предупредила она. – Я серьезно. И не мог бы ты пользоваться дверью, как любой нормальный вменяемый человек?

- А кто хочет быть нормальным? – парировал он. – И кстати, ты очень ловко увильнула от ответа на мой вопрос, но сейчас не об этом. Так что ты хотела? – Он подошел к комоду, с любопытством изучая содержимое его ящиков, когда почувствовал, как она переместилась вправо от него.

- Ну, - Елена замешкалась, и, взглянув на нее, Дэймон увидел смятение в ее глазах. Он молчал, ожидая, что она продолжит.

- Ну? – произнес он, наконец, когда стало понятно, что говорить она не собирается.

- Дэймон, дело в том, - начала Елена и подошла ближе к нему. Дэймон замер, так как уловил в воздухе какой-то странный незнакомый аромат. Это была необычная сладковато-кислая смесь с ощутимым металлическим привкусом и чем-то еще, что он не мог описать, не мог подобрать подходящего слова, чтобы описать. Все, что он знал в тот момент, так это то, что этот аромат овладел всеми его чувствами, окутывая его, как никакой другой запах, приятно щекоча в животе, заставляя подкашиваться коленки.

Дэймон тяжело сглотнул, стоило свежей волне этого абсолютно незнакомого, божественного аромата ударить в ноздри. Боже милостивый, его возбуждает какой-то запах?

Он взглянул на Елену, которая продолжала рассказывать что-то, что он уже не слушал, и нахмурился. Странный аромат, трехдневное отсутствие Елены, ее нежелание видеть Стефана…

Что-то щелкнуло в его голове.

- Елена, - произнес Дэймон, удачно прерывая ее. Она посмотрела на него с любопытством, и он снова с трудом сглотнул. – У тебя сейчас месячные?

- Что?

Она явно была не готова к такому рода вопросу, если высокий тон голоса можно считать за намек. Дэймон наблюдал за тем, как ее щеки налились румянцем, и глаза озарились негодованием.

- У тебя сейчас месячные? – повторил он невозмутимо.

Елена открыла рот, но тут же закрыла его.
- Что за вопросы ты задаешь, Дэймон? Ты не можешь просто –

- Просто ответь на вопрос.

Ей не понравилась странная напряженность в его голосе, и она сделала шаг в сторону. Не осознанно накручивая локон волос на палец, Елена покраснела.
- Эм, да. И именно поэтому я попросила тебя прийти. Я не могу выйти из-за того, что у Стефана… проблемы с кровью. И я подумала, ты можешь помочь мне, как-то уладить это.

- Что ж, ты ошибалась.

Елена моргнула в замешательстве.
- Прости, что?

Потирая лицо руками, Дэймон старался не поддаваться лихорадке, вызываемой запахом крови Елены.
- Стефан идиот, - пробормотал он себе под нос. – Поверить не могу, что он не рассказал тебе.

- Не рассказал, что? Дэймон!

Ее дыхание участилось одновременно с сердцебиением. Дэймон медленно развернулся к ней лицом, встречаясь с ее глазами. Он видел, как она нервно перебирает пальцами под его пристальным взглядом, слышал, как быстро застучало ее сердечко. Он пытался – отчаянно пытался – сфокусироваться на чем-нибудь, кроме этого восхитительного аромата, исходящего от нее.

- Елена, - начал Дэймон, не прерывая зрительного контакта, - ты разве не знала, что женщина во время менструации усиливает сексуальное желание вампира?

Он видел, как ее невероятно большие на тот момент глаза расширились еще больше, и непроизвольно отвисла нижняя челюсть. Кровь прилила к ее щекам, и он бы определенно отметил всю комичность происходящей ситуации, если бы не собирал в кулак последние крупицы своей силы воли, чтобы не наброситься на нее прямо там и не воспользоваться ею.

Одна только мысль об этом заставила Дэймона плотнее стиснуть зубы, так как вся кровь в его теле хлынула вниз.

- Что?

Ее возмущенный крик вырвал его из целомудренных мыслей, и Дэймон заставил себя сосредоточиться. Елена стояла красная как рак, с головы до пят. Рот был слегка приоткрыт, а волосы были немного спутаны, добавить к этому запах ее крови, и получится невероятно притягательная картина –

Сфокусироваться.

- Это теперь твое любимое слово, Елена? – поинтересовался он, сгримасничав, и скрестил руки на груди. – Потому что это все, что я слышу с тех пор, как вошел.

Елена проигнорировала его последние слова.
- Но как такое вообще может быть? – спросила она, жестикулируя руками. – Я находилась рядом со Стефаном и тобой и раньше во время менструации, и не было ничего необычного.

- Мы не были наедине, - заметил Дэймон.

Елена замерла.

- Елена, когда у тебя раньше были месячные, ты была окружена людьми. Попробуй догадаться, у скольких девушек менструальный цикл совпадает с твоим. Конечно, вампиры могут отличать различные ароматы, но когда нас окружают миллионы запахов, они все смешиваются, и запах женских менструаций теряется на фоне.

- Но сейчас, - Дэймон замолчал. – Сейчас я наедине с тобой, в комнате, где закрыты окна и двери. Где практически нет посторонних запахов, перебивающих твой. Очень легко отличить.

Елена медленно кивнула.
- То есть он сильнее для тебя сейчас. И это означает, что ты… твое желание… усиливается? – спросила она, запинаясь.

- Браво. Ты в состоянии сложить дважды два, - он закрыл глаза, случайно вдохнув ее запах снова.

- Ты сделаешь мне больно?

Его глаза тут же распахнулись.
- Господи, нет. Елена, ты вообще меня слушала? Во время месячных ты не усиливаешь мою жажду, ты усиливаешь мое желание! – его глаза потемнели. – И я бы никогда не причинил тебе вреда. Думал, ты знаешь это.

Елена покраснела и отвела взгляд. Закусив нижнюю губу, она подумала, что доверяет Дэймону, он не обидит ее, но она не была уверена, может ли она доверять себе. Она должна спросить.

- Дэймон?
- Ммм? – он крепко сжимал зубы, делал все, что в его силах, чтобы не дышать. Если он снова вдохнет ее аромат, он не уверен, что сможет остаться в здравом уме.

Он осознавал, что может уйти, просто выпрыгнуть из окна и убраться подальше оттуда, прежде чем он сделает что-то, о чем пожалеет. Но он так же понял, что не может. Аромат словно приковал его к этому месту, лишив возможности двигаться.

Дэймон осознавал, что он, возможно, в любом случае не ушел бы, даже если бы захотел. Да, он был мазохистом.

- Что это… желание… делает с тобой? Что ты хочешь сделать со мной?

Он в удивлении уставился на Елену, едва сдерживая стон, когда заметил, как она облизнула губу. Только не сейчас. Он гордился своим выдающимся чувством самоконтроля. Но сейчас он мог его потерять – или, учитывая данные обстоятельства, он мог потерять его в любой момент.

- Мне хочется на стену лезть, - признался Дэймон. – Мне хотелось бы притвориться, но я не могу. Я хочу сделать с тобой такое – такое, что ты даже представить себе не можешь – но не могу, и это медленно сводит меня с ума.

Елена тяжело сглотнула. То, как он говорил, то, как блестели его глаза едва удерживаемой страстью, согревало ее до глубины души, и вдруг стало тяжело дышать.

- Что ты хочешь сделать со мной, Дэймон? – прошептала она. – Что ты хотел со мной сделать?

Его взгляд тут же устремился на ее лицо. Он внимательно изучал его, пока не заметил вновь приобретенное знание, с уверенностью горящее в ее глазах. Она поняла, что ее менструация не создавала нового желания в нем, а лишь усиливала уже существующее.

Она отнеслась к этому вполне спокойно, подумал Дэймон. Никаких криков или летящих предметов, или проклятий. Лишь тлеющий взгляд и напряженная линия идеальных губ.

Его глаза почернели, и Елена не сдержала удивленного вздоха, когда серо-голубая радужка вдруг сменилась бушующей тьмой.

- Позволь показать тебе, - прошептал он, чуть более хриплым голосом, чем ожидал. Дэймон медленно подходил к ней, и она не предприняла не единой попытки отступить. Она не отводила взгляда от его глаз, ее сердце бешено колотилось в груди, пока расстояние между ними продолжало неумолимо сокращаться.

Он предоставлял ей возможность отказаться. И если бы таковым было ее решение, он бы не стал ей препятствовать, и Елена была благодарна за предоставленное ей право выбора. Но она не хотела отступать. И она не стала.

Не разрывая зрительного контакта, она прошептала:
- Покажи мне.

В то же мгновение он обрушил свои губы на ее.

Он поймал губами ее судорожный вздох, когда разряды электричества легким покалыванием прошлись вдоль ее позвоночника, и за закрытыми веками заискрились звезды. Она слышала, как он застонал, и почувствовала, как он притянул ее ближе, почувствовала его готового бойца. Шок от осознания всего происходящего заставил ее испустить тихий стон, и она прикусила губу Дэймона.

Зарычав, он языком разомкнул ее губы, и Елена ощутила, как земля уходит из-под ног, когда их губы снова сомкнулись.

- Дэймон!

Одна его рука легла на ее талию, помогая ей устоять на ногах, другая заскользила вверх по спине, сжимая в кулак прядь ее волос. Елена обвила руками шею Дэймона, прижимаясь к нему, порождая в его груди стоны.

Он уложил ее на кровать, и, нависая над ней, переместил поцелуи в область шеи.
- Черт возьми, Елена, - простонал он, осыпая ее поцелуями между слов. – Ты чертовски сексуальна.

Ее кожа горела под его пальцами. Ей казалось, будто кто-то зажег миллионы огоньков по всему ее телу. Она стянула с него рубашку прямо через голову и позволила ему сделать то же самое, тяжело дыша и отчаянно ловя ртом воздух, когда его губы возобновили изучение ее шеи. Он оставлял на чувствительной коже невесомые поцелуи и постепенно пробирался вниз, пока не дошел до ее бюстгальтера. Там он остановился и двинулся в обратном направлении, пока не достиг ее губ. Дэймон занял их продолжительным поцелуем, и Елена чуть не захныкала, когда его бедра стали искусно раскачиваться в унисон с ее. Она была как бомба, готовая взорваться, а Дэймон был ее таймером.

Не спеша губы Дэймона стали перемещаться вдоль ее скул. К тому времени они уже оба задыхались от нехватки воздуха, раскрасневшиеся и распаленные, в опасной близости от полного воспламенения.

Он снова начал целовать ее шею и остановился.

Затем ее аромат заполнил все его существо, и, зарычав, Дэймон почувствовал безошибочную боль в области десен, когда его клыки удлинились.

Медленно, он склонил голову, и, окутав шею Елены своим теплым дыханием, Дэймон укусил.

И бомба взорвалась.

Перевод: FoxyFry
Редактура: Эlиs