- Вау, здесь есть над чем задуматься, не так ли, Эдди? – ухмыльнулся Эммет.
- Думаю, что да, - улыбнулся Эдвард.

Меня совершенно не беспокоило то, что у меня совсем не было ответа на этот вопрос.
Я пыталась разобраться во всем этом, когда солнце показало свои первые лучи. Крошечный океан снаружи превратился из черного в серый, и жаворонок запел где-то совсем близко - может быть, у него было гнездышко среди кустов роз.
«Ты скучаешь по этому?» – спросила я Эдварда, когда жаворонок закончил свою песню.
Мы говорили не впервые, но кто-то один из нас никогда не мог правильно поддержать разговор.

- Действительно? Звучит так, будто вы только и делали все это время, что разговаривали, - ухмыльнулся Эммет.

«Скучаю по чему?» – прошептал он.
«По всему этому – по теплу, нежной коже, вкусному аромату… ведь мне не пришлось ничего потерять, и мне просто хочется знать, стало ли это для тебя большой утратой».

- Я действительно не думаю, что потерял что-то из этого, - проговорил Эдвард.

Он тихо и ласково рассмеялся.
«Будет трудно найти кого-нибудь, кто бы был сейчас счастливее меня. Возможно, это и было рискованно. Не многие получают все, что они хотели до последней мелочи, плюс все то, на что и не надеялись, и все в один и тот же день».

Эдвард выглядел так, будто был согласен с заявлением книжного себя.
- Да, она действительно сделала это, - улыбнулся сыну Карлайл.

«Ты избегаешь ответа?»
Он снова прижал свои руки к моему лицу.
«Ты теплая», - сказал он мне.
В каком-то смысле это действительно было так. Для меня его руки были теплыми. Это не было похоже на прикосновение обжигающей, как огонь, кожи Джейкоба, оно было более приятным. Более естественным.
Затем он стал водить пальцами вниз по моему лицу, очерчивая линию от подбородка, по моей шее, а затем, дальше к моей талии. У меня даже слегка закатились глаза.
«Ты мягкая».
Его пальцы на моей коже были похожи на атлас, и я могла понять, что он имеет в виду.
«А что касается запаха, то не могу сказать, что совсем его потерял. Ты помнишь запах тех путешественников на нашей охоте?»

- То, что ты делал… это удивительно… - произнес Джаспер. – Или я должен был сказать, что ты собираешься сделать. Быть так близко с человеком, когда это причиняет тебе нестерпимую боль.
- Опять возвращаемся к боли, - ухмыльнулся Эммет. – Могу поспорить, ему понравилось, когда Белла…
- Достаточно, - процедила Эсми, прежде чем Эммет смог сказать слишком много.
- Это того стоило, - произнес Эдвард.

«Я очень сильно стараюсь не вспоминать».
«Представь как это на вкус».
Мое горло заполнил огонь, как будто натянулся шнурок, пропуская горячий воздух в воздушный шар.
«О».
«Совершенно верно. Поэтому ответ – нет. Я исключительно счастлив, так как ничего не потерял. Ни у кого нет столько, сколько сейчас есть у меня».
Я уже собралась проинформировать его об одном изъяне в его утверждении, но мои губы неожиданно стали очень занятыми.
Когда маленький пруд окрасился под лучами восходящего солнца в жемчужный цвет, я придумала ему другой вопрос.
«Как долго это продолжается? Я имею в виду, у Карлайла и Эсми, Эммета и Роуз, Элис и Джаспера – они же не проводят весь день, закрывшись в своих комнатах. Они все время на людях, полностью одетые. Эта… тяга когда-нибудь ослабевает?»
Я прижалась еще крепче к нему – фактически полностью слившись в одно целое – чтобы показать, про что я говорю.
«Сложно сказать. Все разные, и, конечно, ты больше всего отличаешься от других. Обычный молодой вампир настолько одержим жаждой, что больше ничего не замечает. Что, кажется, к тебе совсем не относится».

- Она никогда не хотела быть нормальной, - пробубнил Эммет, и Каллены засмеялись.

«Тем не менее, по прошествии своего первого года обычный вампир начинает узнавать и про другие свои потребности. Ни жажда, ни любое другое желание по-настоящему никогда не исчезают. Просто укрощенная сущность уравновешивает их, учит смирению и расстановке приоритетов».
«Как долго?»
Он улыбнулся, немного поморщив нос.
«Розали и Эммет были хуже всех. Прошло целое десятилетие прежде, чем я смог приблизиться к ним ближе, чем на пять миль».

- Простите, - произнес Эммет совсем не извиняющимся голосом. – Хотя это длилось всего одно десятилетие…
Эдвард закатил глаза.

«Даже Карлайл и Эсми с трудом их выносили. В конечном счете, они избавились от этой счастливой парочки. Эсми также сделала для них дом. Он был грандиозней, чем этот, но, в конце концов, Эсми знает вкусы Роуз, и она знает, что нравится тебе».

- А ваши вкусы, мальчики, никого не интересовали, - хихикала Элис.

«А по прошествии десяти лет?»
Я была полностью уверена, что у Розали и Эммета не было ничего общего с нами, но, хоть это и звучало самоуверенно, у меня бы это заняло больше десятилетия.
«И все снова стали нормальными? Такими, как сейчас?»
Эдвард снова улыбнулся.
«Ну, я не знаю, что ты имеешь в виду под словом «нормально». Ты видела мою семью при свете дня, когда они придерживаются довольно человеческого поведения, но ночами ты спала».
Он подмигнул мне.
«Остается огромное количество времени, когда ты не должен спать. Это весьма просто уравновешивает твои… интересы. По этой причине я лучший музыкант в семье, вот почему – за исключением Карлайла – я прочитал больше всего книг, изучил больше всего наук, могу разговаривать на большинстве языков… Эммет говорил тебе, что я знаю так много, потому что читаю мысли, но правда в том, что у меня было много свободного времени».

- О-о, - выдохнул Эммет. – В этом ты прав.

Мы вместе рассмеялись, и наш смех интересным образом повлиял на наши тела, которые снова сплелись, эффективно завершая этот разговор.

- Интересно… - начал Эммет с огромной ухмылкой.
- Конец главы, - Эсми передала книгу Джасперу, свирепо посмотрев на Эммета.