Эдвард

Так я и стоял с колотящимся разбитым сердцем и с большим чувством вины, чем могло вместить мое тело.
Я обманул ее надежды.
Я затащил ее во весь этот кошмар, когда был вампиром, и теперь...
Когда я стал человеком, обманул ее надежды.
Они были в ее доме, в ее чертовой комнате.
А затем я, конечно же, не сказал ей, что собираюсь делать дальше... я солгал, точнее не все рассказал, но все же это была ложь.
И не было времени сказать ей, да и что мог я добавить, кроме... я отдам свою жизнь за тебя?
Это бы не закончилось ничем хорошим, потом она, может быть, возненавидит меня, но, по крайней мере, она будет жива для того, чтобы ненавидеть, и это единственное, что имеет значение.
Я вбежал в дом, прежде чем чувства вины и боли смогли меня парализовать, я побежал к единственному решению, которое у меня было, единственному оставшемуся способу спасти ее.
Эсме и Карлайл все еще были в гостиной, они держались за руки и быстро перешептывались.
-О, Эдвард, - грустно вздохнула Эсме, увидев мое состояние.
-Я в порядке. Я буду в порядке. Карлайл... мне нужно, чтобы ты снова это сделал. Мне нужно, чтобы ты забрал меня снова.
Эсме зажала ладонью рот и замерла.
-Что? Нет. Нет, Эдвард, по тысяче причин... нет, - ужаснулся Карлайл.
-У меня нет времени это обсуждать, Карлайл. Честно, и так три дня трансформации делают все слишком...
-Эдвард, не думаю, что ты переживешь еще одну трансформацию. Это не игра, а ты не можешь перепрыгивать из одной формы в другую...
-Я знаю. И смерть - это тот риск, который я с радостью на себя возьму. Человеком или вампиром я пойду к ним, Карлайл. И думаю у меня, куда больше шансов в качестве вампира... но с твоей помощью или без нее, так или иначе, мое сердце перестанет для нее биться, буду ли я трупом человека или вампиром, решать тебе.
Лицо Карлайла стало сердитым и печальным одновременно, и я знаю, что это было ужасно подло с моей стороны... но это был единственный способ.
-А что с Волтури? - спросил Карлайл, пытаясь загнать меня в угол.
-А что с ними? По видениям Элис они не появятся раньше конца следующей недели, к тому времени я стану вампиром... И даже если они появятся раньше, я не могу просто сидеть и ждать их. Я остался только для того, чтобы ты обратил меня. Я и не собирался их ждать.
-Эдвард, я не знаю, смогу ли сделать это снова. Не знаю, смогу ли снова забрать твою жизнь. Ты здоров, это просто...
-Карлайл, ты же сам всегда повторяешь, что и у вампиров есть души...
-Эдвард...
-Без меня они проиграют. Элис это видела. Как только я решил снова стать вампиром, она увидела, что мы одержим над ними победу. Она увидела, что все мы останемся живы. Без меня они умрут.
-Так вот что означал ваш короткий обмен фразами... ты принял решение.
Я коротко кивнул.
-Но... Эдвард, видение Элис основано на твоем намерении стать вампиром. Что если ты не переживешь трансформацию?
-Тогда я и в другом случае не выживу, - ответил я, раздражаясь, он попусту тратил время, мы двигались по кругу. - Если я не обращусь, мы умрем. Если я успешно пройду трансформацию, мы выживем. Есть только один путь.
-Почему все сводится к тебе? - спросила Эсме, приводя свой ключевой аргумент. - Что если мы с Карлайлом выйдем сражаться...
-Этого будет недостаточно. Ты разве не понимаешь, кем я буду? Я буду опытным вампиром с силой новообращенного. Меня невозможно будет остановить.
-Почему ты так уверен, что тебя не победят инстинкты, и ты не потеряешь контроль?
-Жажда крови, скорее всего, будет сильной, - ответил я, пытаясь заставить себя не думать об этом, о том, что это может означать для нас с Беллой. - Но... Я почти уверен, что сохраню навыки, дар...
-Что если нет?
-У меня все равно будет больше шансов, чем если я останусь человеком! Я больше не могу об этом спорить... времени нет. Если ты этого не сделаешь, я просто развернусь и пойду к ним сейчас же...
-Я сделаю, - сказал Карлайл, и моя грудь наполнилась облегчением и страхом.
-Карлайл..., - начала было Эсме.
-Мы не можем потерять их всех, Эсме. Не можем, - голос его звучал смиренно... печально.
Она, ужаснувшись, кивнула.
-Эдвард, пойми, я не знаю, сработает ли это... А если да, я понятия не имею, какой будет эта трансформация...
-Тогда давай сейчас и узнаем.
-За более чем 100 лет я так и не смог решить, поступил ли я верно по отношению к тебе тогда, Эдвард... И я не знаю, правильно ли собираюсь поступить сейчас... Ведь ты этого всегда хотел? Стать человеком?
-Карлайл... Я люблю, - просто сказал я, потому что это было правдой и заставит его понять.
Эсме грустно улыбнулась, и это казалось, убедило Карлайла.
-Думаю... думаю, я предпочел бы быть во сне. Если у вас есть что-то...
-Конечно, конечно, Эдвард, - сказал Карлайл.
Пять минут спустя я лежал на диване, ожидая укола, который бы погрузил меня в сон, проклятый сон.
Карлайл затянул жгут на моей руке, а Эсме склонилась надо мной, слабо шепча.
-Ты самый храбрый, самый самоотверженный человек, что я знаю, Эдвард... Я горжусь, это честь для меня, что я могу считать тебя своим, - произнесла она и прижала ледяные губы к моему лбу. - Я тебя люблю.
Затем она исчезла из моего поля зрения.
Я ждал.
Когда меня лишат слез, тепла, голода, пота, боли, слабости, силы, человечности... Но любовь всегда остается, я знал наверняка, что всегда смогу любить Беллу... а это единственное имело значение.
Карлайл слегка встряхнул шприц один раз... второй.
Я зажмурил глаза. Мой разум мчался, хватаясь за каждое воспоминание, каждое чувство... я хотел все это испытать... в последний раз.
Несдерживаемый бег в этой чертовой школе, тихие залы в моем тихом сознании, холодная вода, струящаяся по горлу, пробуждение утром, тяжелая боль от усталости и то теплое облегчение, которое приносит сон, тот всплеск адреналина, который только смертный человек в состоянии испытать...
Образы Элизабет, как грузовые вагоны, проносились в моей голове, быстрые болезненные вспышки, и я сожалел о том, что не позволял себе чаще думать о ней, когда была такая возможность.
Я помнил ее аромат, ее смех, ее слезы и ее изможденное серое лицо в то утро, когда она умерла....
А затем повсюду была Белла.
Чувствовать рядом ее теплое тело, вдыхать ее запах, не чувствуя боли... только желание, целовать ее, полностью отдаваясь чувствам, позволять ей целовать меня в ответ так сильно и так долго, как ей этого хочется, крепко сжимать ее, даже не задумываясь о том, что могу причинить ей вред..., моя плоть внутри нее, вместе чувствовать сладкую томящую боль, о существовании которой я и не подозревал... и какая-то крохотная часть меня была рада тому, что три дня я этого помнить не буду, потому что я бы не смог вынести сознание того, что все это я потеряю.
Но во всем виноват я сам. Поэтому секс, поцелуи, объятья ничего не значили по сравнению с тем, что она просто останется жива.
С закрытыми глазами я представил ее улыбку, теплую и манящую.
Я представил ее большие карие глаза, в которых всегда таилось отчаяние.
Я буду там, Белла... обещаю.
Я не могу снова обмануть твои надежды.
Держись, Белла, держись... Я иду за тобой.
Затем я почувствовал укол в руку, и мое видение стало расплывчатым, оно зарябило и расплылось, и я мысленно пообещал ей, что скоро мы увидимся.
-И снова прощай, Эдвард... сынок, - донесся шепот Карлайла, а затем я услышал, как он тихо молится Богу за меня, за себя,...за всех нас.
А потом я уже не слышал ничего.

_______________________________

Форум