Дочь Аро. Глава 9.

- Итак, от кого оно? – переспросила я.
- Это от… Майки Долтона.
- И чего же он хочет?
Отец подергал воротник своей рубашки.
- Ну… Он просит разрешения на… на ммм…
- Разрешения на что? - я очень быстро потеряла терпение. Не имею привычки перебивать, но когда он произнес имя Майки Долтона, тем более рядом с «просит разрешения», все хорошие манеры испарились.
- На свидание с тобой. А затем и на бракосочетание. Он сказал, что уже обсуждал это с тобой, и, получив мое разрешение, хочет провести с нами неделю в конце лета, чтобы вы могли узнать друг друга лучше, ну, и начать, так сказать, отношения.
- Отношения? – я усмехнулась, - вообще-то у меня уже есть одни.
- Белла, я понимаю. Но пока Эдварда нет, я подумал…
- Извини? То есть ты подумал, что, пока Эдварда нет рядом, я буду с кем-то встречаться за его спиной и обманывать?
- Нет, я имел в виду…
- Все хватит! Я люблю Эдварда, пап. Я люблю его, а он любит меня. И это никогда не изменится, тем более, когда он не здесь.
- Все, что я сказал, это…
- Ты не слушаешь меня!
- Нет, это ты меня не слушаешь! Я просто пытаюсь объяснить. Так что вспомни о манерах и дай мне слово вставить.
Я подавила новую вспышку гнева, а он воспринял это, как разрешение продолжить.
- Как я уже сказал, я предлагаю тебе дать ему шанс. Я и сам не особенно симпатизирую Майки Долтону, но я лишь хочу, чтобы у тебя был выбор. Чтобы ты посмотрела, может, есть лучше...
- Нет! - отчаянно закричала я, - НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ! И еще раз НЕТ!
- Белла, сейчас же успокойся. Успокойся! УСПОКОЙСЯ! Ты с ума сошла? НЕТ! Я понимаю, что ты несчастна и не принимаешь эту идею, но…
- Это еще мягко сказано!
- Но, - продолжил он железным голосом, явно разозленный моим упорством. Но кто может меня обвинять? - Он приедет, и с этим ничего не поделать.
- Что ты имеешь в виду, говоря, что ничего нельзя сделать? Мы Волтури, в конце концов!
- Белла, - предупредил он меня, - только потому, что мы те, кто мы есть, мы не можем отказать ему в визите. Мы должны поддерживать статус и репутацию.
- Прекрасно. Пусть приезжает, - бросила я. - Только никто не заставит меня быть здесь.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Если он приедет сюда, я отправлюсь к Калленам! И буду там до тех пор, пока он не уберется!
- Я запрещаю тебе!
- Я не могу остаться здесь, учитывая его намерения.
- ИЗАБЕЛЛА МЕРИ АРОМАНИ ВОЛТУРИ! ТЫ НИКУДА НЕ ПОЕДЕШЬ! А ПРЯМО СЕЙЧАС ПОЙДЕШЬ В СВОЮ КОМНАТУ И НЕ ВЫЙДЕШЬ, ПОКА Я НЕ ПОЗВОЛЮ!
- Вот и отлично! - вскочила я на ноги.
- Стой, - приказал отец, - телефон! - он протянул руку. Я достала телефон из кармана, резко вложила в его руку и, хлопнув дверью, отправилась в свою комнату. Войдя, я закрыла дверь и буквально рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Я проплакала всю ночь и даже утро. В конце концов, рыдания остановились, но из комнаты я так и не вышла. Я не хотела разговаривать ни с кем, кроме Эдварда.
Я провела в комнате неделю, даже когда отец разрешил выйти. Я покидала свое убежище только для охоты, а затем снова возвращалась и закрывала дверь. Все оставили меня в покое. Только Макс и Бен сторожили дверь с тех пор, как я перестала выходить. Так продолжалось две недели. Весь мир казался холодным и тусклым. Как только отец посмел требовать от меня подобного, да еще и теперь, когда у меня был Эдвард. Эдвард. Я не разговаривала с ним с того дня. Я скучала по его бархатному голому, музыкальному смеху, но больше всего по тому комфорту и непринужденности, которые он мне дарил. Я понимала, что должна позвонить ему, отправить е-мейл, написать по почте или сделать что-то еще, но просто не могла сдаться и выйти. Знаю, глупо, он ни в чем не виноват. И я уставилась в потолок, чувствуя, как подбирается очередной приступ рыданий.

Дочь Аро. Глава 10.

Это был шестнадцатый день моего заточения. Я была полностью погружена в страдания, когда раздался стук в дверь.
- Войдите! – крикнула я. В дверях показался Макс.
- Деметрий просил передать это тебе, - и он вручил мне пакет.
- Спасибо, Макс, можешь идти, - он закрыл за собой дверь. А я вышла на балкон. Было солнечно, но это не имело значения, ведь меня здесь никто не видел. Пакет оказался почтовой посылкой. Ярлык гласил:
Для Мисс Беллы Волтури,
Замок Вольтера,
Вольтера,
Италия.
Внутри было письмо и диск. Надпись на конверте заставила отложить все остальное в сторону: Моей Белле.
От нетерпения я чуть не порвала его, открывая, прекрасно зная отправителя.

Любимая!
С тех пор как ты заперла себя в комнате, отказавшись выходить, я не могу слышать твой сладкий голос, и это разрывает меня на части. Ты не берешь трубку и не отвечаешь на е-мейлы, которые были моим последним средством связи.
Я знаю, что за все это нужно сказать спасибо твоему отцу. Так и не дождавшись звонка, я позвонил сам. Трубку снял он и рассказал мне все про письмо Майка Долтона и твою вспышку гнева (хотел бы я на это посмотреть!).

Я рассмеялась вслух, несмотря на то, что чувствовала себя ужасно, поняв какие страдания ему причинила. Но он даже в такой ситуации, находясь так далеко, сумел развеселить меня. Мое сердце раздулось от нежности.

Кстати, о птичках. Не беспокойся. Позволь Майки приехать и просто скажи ему отстать, иначе ему придется иметь дело со мной! Плюс, ты думаешь, что Джас с Эмом останутся в стороне, позволив мне веселиться в одиночку? Ты им как сестра.
Я доверяю тебе, Белла. А он не посмеет ничего тебе сделать в присутствии твоей семьи. Так что выйди из комнаты и позвони мне! Я так соскучился по твоему прекрасному смеху. Я не смогу жить без тебя, Белла. Я люблю тебя больше, чем эту жизнь. И это чувство вечно.
С любовью,
Эдвард xxx
P.S. Я приложил к письму кое-что, что заставит тебя улыбнуться.

На другом листе бумаги была копия электронного авиабилета на декабрь для семи человек! Он проведет со мной Рождество и Новый Год! Гигантская улыбка расплылась на моем лице. Я прижала письмо к груди и стала наслаждаться солнечными лучами. А потом вспомнила о диске и, вернувшись в комнату, расположилась на кровати. Потом вставила диск в плеер. Зазвучали нежные звуки фортепиано. Далее она переросла в колыбельную, лучшую из всех, что я слышала. В самом конце я с сожалением вздохнула. Следом заиграло новое произведение, гораздо более веселое, но очень мелодичное. Это была песня. Вступление показалось очень знакомым. А затем вступил самый волшебный голос. Эдвард. И я вспомнила эту песню. Michael Bublé’s «Everything».

Ты падающая звезда.
Ты автомобиль, скрывающийся на горизонте.
Ты линия на песке, когда я ухожу слишком далеко.
Ты бассейн в августовский день,
Ты великолепная тема для разговора.
И ты застенчива,
Но это очень мило.
Улыбаясь мне, ты точно знаешь, что делаешь,
Детка, и не притворяйся, что ты не знаешь, это правда.
Ты можешь увидеть ее, когда я смотрю на тебя.
И в этой сумасшедшей жизни,
И в это сумасшедшее время,
Ты, только ты, ты заставляешь меня петь.
Ты каждая строка,
Ты каждое слово,
Ты все.
Ты карусель,
Ты талисман,
Ты зажигаешь меня, заводишь,
Ты загадка,
Ты будто из космоса,
Ты каждая кинута каждого моего дня.
Я не могу поверить, что я твой.
И я целую тебя, потому что могу.
Что бы ни встретилось у нас на пути, мы преодолеем все.
Потому что на это способна наша любовь.
И в этой сумасшедшей жизни,
И в это сумасшедшее время,
Ты, только ты, ты заставляешь меня петь.
Ты каждая строка,
Ты каждое слово,
Ты все.
Ла – Ла – Ла - Ла – Ла - Ла - Ла
Ла – Ла - Ла – Ла – Ла – Ла - Ла
И в этой сумасшедшей жизни,
И в это сумасшедшее время,
Ты, только ты, ты заставляешь меня петь.
Ты каждая строка,
Ты каждое слово,
Ты все.
Ты каждая песня,
Которую я напеваю,
Потому что ты для меня все.
Ла – Ла – Ла - Ла – Ла - Ла - Ла
Ла – Ла – Ла - Ла – Ла - Ла – Ла – Ла - Ла - Ла - Ла - Ла

На несколько мгновений я перестала дышать. Мне просто болезненно необходимо позвонить ему. Но для начала следует вернуть телефон. Я поднялась и вышла из комнаты, полностью игнорируя возгласы Макса и Бена. Я направилась прямо в кабинет отца, даже не потрудившись постучать. Он сидел за столом, разбирая бумаги, и просто обомлел, подняв взгляд. А затем улыбнулся.
- Белла, - выдохнул он.
- Пап, я прошу прошения за свое поведение, это было ребячеством. Но я успокоилась и готова принять твои аргументы. Теперь, когда я признала свою неправоту, я могу получить телефон обратно?
- Конечно. Мне тоже очень жаль. Я знаю, как тебе тяжело находиться вдали от Эдварда, так что приношу свои извинения, - он встал и раскрыл свои объятия. Я обошла стол и крепко прижалась к нему. - Тебе стоит позвонить Эдварду. С тех пор, как я рассказал ему о произошедшем, он звонит каждый день, чтобы узнать, не вышла ли ты. Он очень беспокоится, - я кивнула, и он поцеловал меня в макушку. С телефоном в руке я вернулась к себе, села на балконе и набрала его номер. Ответили после первого же гудка.
- Аро? - поинтересовался мелодичный голос.
- Ну, если ты предпочитаешь разговаривать с моим отцом, я могу пригласить его.
- БЕЛЛА!
- Да, я так виновата, Эдвард. Только Бог знает, через что тебе пришлось пройти. Мне, правда, очень стыдно!
- Ох, Белла, все хорошо. Просто я так счастлив снова услышать твой голос, - я просияла от его искренности. И тут я кое-что поняла.
- Подожди, а разве ты не должен быть в школе?
- Хм… Да ты знаешь…
- Эдвард Каллен, ты прогуливаешь?
- Да, - прошептал он.
- Как долго?
- Последние два дня.
- Эдвард! Тебе следует быть в школе!
- Я там и есть. Только не на уроке. Я сижу в машине.
- Не похоже, что это в первый раз.
- Абсолютная правда, - захихикал он.
- Я получила твою посылку.
- Правда?
- Да. Спасибо. Музыка очень красива, и, ты прав, дополнение заставило меня улыбнуться.
- Я знал, что так и будет, - я услышала звонок на заднем плане.
- Что это было?
- Звонок на ленч.
- Думаю, стоит позволить тебе съесть кусок вкусной пиццы и нормально пообщаться с семьей.
- Наверное, стоит.
- Позвони мне после школы, и чтобы больше никаких прогулов.
- Хорошо, Белла. Я люблю тебя.
- И я люблю тебя. Пока.
- Пока, любимая, - я положила трубку и растянулась на балконе, пролежав там до захода солнца.

---

Перевод: Blueberry Sky
Редакция: KleО

Будем рады видеть Вас на Форуме

Предыдущая глава || Следующая глава