Жизнь скучна.

Жизнь, в которой ничего нельзя делать. Нельзя бывать на солнце. Нельзя пить кровь животных. Нельзя быть учителем университета и учить юное поколение.

Нечего делать.

Каждый день он должен сидеть здесь, пока его друг, его компаньон сидит один дома, где нечего делать, кроме как читать.

Книги, книги, книги и затем ещё раз книги.

Неудивительно, что он читает романтическую литературу. Он с удовольствием поспал бы. Романтическая литература – это не совсем хорошо. Все эти... эмоции. Эта любовь. Везде. По книгам выходит, что любовь забавная вещь, но он не мог себе этого представить. Двое людей, которые испытывают друг к другу такие сильные чувства, что не могут жизнь друг без друга, две половинки одного яблока - как сказал Платон*.

Но он никогда не видел людей, испытывающих такое сильное чувство. Может быть, именно поэтому они и пишут – они никогда не испытывали этого.
А затем появилась Эсме.

Она всё изменила.

Он увидел мир с другой стороны. С точки зрения женщины. Конечно, у него была мать, когда он был человеком, но эти условности уже изменились. С Эсме он мог быть ребёнком, которым он не был. Он мог делать разные вещи, и было бессмысленно скрывать что-либо: ведь они собирались прожить вместе вечность.

Он не беспокоился об этом.

Эсме будет жить с ними очень, очень, очень долго.

Он всегда интересовался ей. С тех пор как, Карлайл пришёл однажды ночью домой десять лет назад, думая о шестнадцатилетней девочке, о которой он заботился в больнице. Он думал о ней как о ангеле: чистое существо, которое заслужило всё только потому, что оно существует.

Шли годы, и в его мыслях больше не появлялась та девочка, но хранились воспоминания, которые всплывали в самое неподходящее время. Воспоминания были жестокими, как и эти.

И затем воспоминания пришли. Вбегая в комнату телом на руках, Карлайл отодвинул его, чтобы приготовить комнату для женщины.

Он оставался с прекрасной девочкой всё время, не покидая своего поста, восхищаясь её красотой и мучаясь чувством вины. Даже когда они спорили, он всё равно наблюдал за ней.

И затем она проснулась. Тьфу, плохо. Она была в истерике, и это причиняло боль им обоим. Достаточно странно, что она помнила Карлайла. У нее были хорошие воспоминания о нем.

Они отправились на охоту, и в это время произошло что-то важное.

Впервые за две сотни лет Карлайл открылся кому-то. Исключая Эдварда, но он читал его мысли, так что это не считается. Эсме смогла заставить Карлайла открыться ей.

И в этот день она изменилась. Она стала более открытой, и у Эдварда появился шанс лучше узнать её. Разговор о книгах, песнях, музыке. И затем он показал ей дом. Очевидно, он не мог сократить тур до минимума. Он не хотел, чтобы она чувствовала себя одинокой в этом доме.

Но они нуждались в ней. Двое мужчин не могут жить одни. Смех, счастье, оживление, которое женщина вносит в дом несравнимо и незаменимо.

И они нуждались в этом.

После общения с ней он мог понять, что ей нравится... Карлайл. Он знал это.

Она восхищалась им всем своим сердцем, считала его лучшим человеком среди живущих на Земле. Он был идеален для неё.

И он знал, что Карлайл думал о ней.

Он думал, что она самая добрая женщина на Земле, неповторимый цветок, который нуждается в заботе, защите от всего зла в этом мире.

Отец, друг, - как сказали бы некоторые.

Но Эдвард знал лучше.

Он видел как, они смотрели друг на друга, он слышал, что они думали друг о друге.

Эти двое любили друг друга. Но была одна проблема.

Они не знали этого.

Он должен был сделать что-нибудь. Но что?

Их любовь была слишком глубоко, чтобы можно было выбросить ее на поверхность.

Как ему дать понять Карлайлу, что он ей нравится? Как объяснить ей, что она нравится Карлайлу? Вот задача.

Эта идея появилась у него поздно вечером, когда они были на кухне, когда он почти закончил свой рассказ о Деревянном Столе.

Момент был очень удачным. Если он всё сделает в подходящий момент, план будет превосходным.

С начала она заметила, что вопросы были странные. Но Эдвард всегда всё хорошо скрывал. Он любил частную жизнь.

Всё было подобрано с величайшей тщательностью, входы и выходы, вопросы и книга.

Всё шло по плану. Ситуация была замечательной.

Он использовал книгу, которую он читал до этого и начал рассказывать о ней, пытаясь подчеркнуть ключевые пункты.

И затем, он услышал его.

Он был в машине по дороге домой.

Один, два, три.

Сейчас.

- Ты так и не ответила мне, - сказал он резко.

-Что? – спросила она.

- Что ты думаешь о Карлайле? – спросил он её, медленно проговаривая каждое слово. «У Эдварда странная точка зрения, будто все остальные в сравнении с ним умственно отсталые» - услышал он её мысли.

Он не понимал, как она не услышала его. Он создавал так много шума. Но, проникнув в её мысли, он понял. Она была полностью сосредоточенна на своём ответе, чтобы обращать внимание на посторонние звуки.

- Это не так, - сказал он, немного оскорбившись. – Так ты собираешься ответить мне? – надавил он.

«Что это?» - подумал Карлайл, заходя в дом. Он тихо прошёл по холлу мимо гостиной, думая, что это Эсме с Эдвардом разговаривают, и не желая мешать им.

Так и было, пока он не услышал, что они говорят о нём. Он остановился в коридоре, рядом с симпатичной и гладкой стеклянной вазой. Он прислушался, ловя каждое слово.

- Я думаю, что он самый лучший мужчина в мире. Смотри, что он делает в больнице, дома. Он всегда рядом, он никогда не сердится или не бывает нетерпеливым. Он всегда добрый. Возможно, он Бог во всём, что он делает, ты при этом не чувствуешь себя хуже его. Он слишком деликатный, чтобы заставить окружающих чувствовать себя неудобно, - закончила она, смутившись своих собственных слов.

Эдвард видел его. Понимание медленно охватывало его. Он нравится ей, она восхищается им, в ней есть .. как они сказали бы в наше время? Страсть? Да, точно это.

Он сделал это.

Но когда он понял все, он испытал потрясение, радость, гордость и, к сожалению, человечность, так как в этот момент он потерял равновесие и разбил вазу.

Отлично.

Нет, это не о вазе, конечно.

Эдвард и Эсме вбежали в холл увидел расширенные глаза виновато смотря на вазу. У него было такое выражение лица как у ребёнка, которого поймали на том, что он написал в штаны.

Он был убит.

Она была испугана.

О, хорошо, что, по крайней мере, теперь один из этих двоих станет достаточно храбрым, что сделать движение.

Он смотрела на книгу, которую всё ещё держал в своих руках, а затем на вазу.

К счастью, он не любил. Он действительно не понимал этих дураков. Они отдавали свою жизнь, свою любовь, свою ревность другому ... для чего? Чтобы стать слабым?

Ему повезло, что он не любил.

Он обещал себе, что никогда не будет вести себя так же, как и они.

Фактически, он ничего не сделал. Эдвард никогда не был влюбленным дураком. О, не так сильно.
______________________________
*Платон - древнегреческий философ.

Вот и глава от лица Эдварда. Что вы думаете о нём? Надеюсь, что вы выскажите свои мысли.

Жду Вас На Форуме)