Я вошла, тихо открыв дверь, надеясь, что Лукас не вернулся домой раньше меня. Бросила ключи на стойку. Я ринулась вверх по лестнице и по пути заглянула в комнату Лукаса. Она была пуста. Завернув за угол, прошла в свою комнату с полной уверенностью в том, что Лукаса все еще нет. Я забралась в кровать и укрылась одеялами. Было еще полчаса до начала занятий. Свернувшись под одеялом, я провалилась в беспокойный сон.
Пронзительный звук будильника вырвал меня из царства Морфея. Я протерла глаза и поспешила навстречу утренней рутине. Подпрыгивая, спустилась по лестнице и увидела сидящего на кухонном столе в ожидании меня Лукаса. При виде его на моем лице расцвела улыбка, вызванная неподдельной радостью. Я быстро обняла Лукаса, и он сжато улыбнулся мне в ответ. Я обдумывала, сказать ли ему о своем раннем визите на кладбище, но решила, что об этом ему знать не обязательно.
-Ты невероятно лучезарная сегодня,- сухо заметил Лукас.
-Да. Сегодня пятница! Последний день перед выходными, - сказала я бодро, но сама почувствовала фальшь в своем голосе. Я решила немного поубавить свой энтузиазм.
-Вижу, что пятница. Как насчет ранних выходных?
-Лукас, мы не можем! Мы и так пропустили полдня вчера!
- С каких пор ты стала так заботиться о посещаемости? Разве это не твой... оу, не знаю, тридцать третий раз, когда ты учишься в одиннадцатом (по американской системе) классе?
Слова Лукаса были сущей правдой. Я честно не знала, откуда появилось столь внезапное стремление к посещению школы. Возможно, это было мое подсознание, толкающее меня к неизбежному. Все-таки Эдвард был моей первой любовью. Неважно, как сильно он меня ранил, часть меня – несомненно, более слабая часть - желала увидеть его. Сейчас, когда он так близко, мне хотелось бы видеть его так часто, как возможно, чтобы наверстать упущенные восемьдесят лет. Мне интересно, сколько времени пройдет прежде, чем он уйдет снова. Я почувствовала внезапную острую боль в сердце. Второй раз будет легче, успокоила я себя.
-И что? Нет ничего лучше новых знаний, - ответила я.
-Верно. Новые знания. Насколько я помню, ты также закончила не один университет, - усмехнулся Лукас. - Это Эдвард, не так ли? Когда ты научишься любить того, кто не сделает тебе больно? - продолжил он.
Удар ниже пояса.
Я вспыхнула, уязвленная тем, что он посмел сказать что-либо вроде этого. Казалось, после возвращения Эдварда, Лукас стал тихим, отдаленным и ужасно грубым. Возможно, потому что он боялся, что Эдвард снова ранит меня.
-Это не Эдвард, Лукас. Это из-за того, что нормальные ученики не могут многократно пропускать уроки и при этом иметь высокий средний бал.
-Хорошо, мы идем в школу. Но ты должна перестать думать о нем.
-Ты не знаешь, о чем я думаю, - коротко ответила я.
-Я не знаю, о чем ты думаешь, но я вижу это по твоим глазам. Всякий раз, когда ты думаешь о нем - или о своей человеческой жизни - твои глаза принимают это далекое выражения. Они уносят тебя так далеко, что иногда я боюсь, что не смогу вернуть тебя обратно.
Я потянулась к руке Лукаса, но он отпрянул от меня. Смущенная, я смотрела на него. Лукас прошептал мне:
-Я не стану твоим Джейкобом, Белла.
Я зашипела на него:
-Не зови меня Беллой. Никогда не смей говорить о Джейкобе снова.
-Прости, - ответил он. - Я не хотел этого говорить. Просто сорвалось.
-Может, ты и не хотел говорить этого, но ты думал об этом. Ты не станешь моим Джейкобом, потому что ты не мое солнце. Ты не мой лучший друг, - я буквально выплевывала эти слова.
Он смотрел на меня с раненым выражением на лице.
Я попыталась забрать свои болезненные слова обратно. Но было слишком поздно. Я уже причинила боль, которую однажды причинили и мне. Лукас ушел, оставив меня одну на кухне. Я звала его, но он не слышал. Сидя в одиночестве, я снова осознавала, что оттолкнула людей, которых любила больше всего.