Саундтрек
Я не знаю, сколько часов подряд я мерил шагами этот больничный коридор. Упрямая, как сто ослов, моя любовь категорически запретила мне заходить, пока все не закончится.
По-моему, я замучил уже половину врачей больницы, допытывая их, как там Белла. Один из них пообещал надеть на меня смирительную рубашку, если я не перестану донимать персонал. Плевать.
Я хочу быть там, с Беллой, держать ее за руку. Но… Но кто может осмелиться спорить с моей драгоценной фурией, особенно когда у нее схватки?
Особых трудов мне стоило убедить нашу сумасшедшую банду не приезжать в больницу и дождаться моего звонка. Выдержать их вопли и причитания без того, чтобы ненароком кого-то не убить, пожалуй, я сейчас не в состоянии.
Да сколько же можно? Мне кажется, с момента, как я привез Беллу в больницу, прошла неделя. Или месяц. Или целая вечность!
Как трогательно она старалась не показывать мне свою боль, боясь причинить мне страдания. Лучше бы уж врезала клюшкой для гольфа или оттаскала за волосы, или хотя бы выругалась всласть. Пожалуй, мне стало бы легче…
Когда я уже был готов разрушить в этой больнице что-нибудь ненужное, только бы унять рвущуюся наружу тревогу, ко мне, наконец, направился, выйдя из кабинета, врач.
- Поздравляю, у вас девочка! – широко заулыбался он и принялся трясти мою руку.
Внутри будто бы распрямилась тугая пружина. Разом схлынувшее волнение опустошило меня, заставив предательски задрожать руки и ноги.
- Не переживайте так! – воскликнул доктор. – С вашей женой и дочкой все в порядке. Вы можете их увидеть.
Пробормотав слова благодарности, я ринулся в палату. Белла, бледная, замученная, с влажными от пота волосами, но счастливой улыбкой, она держала на руках нашу дочь. Красота моей жены ослепляла, в ее лице, казалось, появилось что-то новое, завораживающе прекрасное.
Я подошел к ним медленно, будто боясь, что эта картина, на которой изображено в малейших деталях мое личное счастье, вдруг растает без следа, оставив лишь пустую раму.
Без лишних слов я поцеловал женщину, которая подарила мне всю себя, без остатка. Которая подарила мне дочь. Которая подарила мне любовь и веру в сказку. Которую я люблю больше жизни.
- Я люблю тебя, - хриплым шепотом произнес я, проведя пальцем по щечке нашей дочери. Хрупкому, крошечному подтверждению того, что чудеса бывают. И даже в кромешной тьме, в которой оказались когда-то мы с Беллой, может появиться робкий лучик солнца, превратившись в мощный поток света, сжигающий тени и дарящий надежду.

Дорогие читатели, спасибо вам за то, что были с нами. Спасибо вам за поддержку, комментарии и добрые слова!