Изабелла Свон
Мир свелся к нескольким вещам: его рука, которой он обвил мою талию, его губы в миллиметре от меня, твердая грудь, пряный запах его одеколона. Я замерла, ошеломленная собственной реакцией на него, на его тело, на бархатный голос, который паутиной окутал кожу и не разрешал освободиться.
- Куда это ты собралась милая? – насмешливый голос привел меня в себя. Его губы прильнули к мочке моего ушка и слегка прихватили. Я шокировано распахнула глаза, уставившись на насмешливое лицо.
- Тебя это не касается! – попытка заехать коленом в пах. Он тут же перехватил мою ногу, попутно закинув ее себе на бедро. Уйди от меня, Каллен…
- Чего ухмыляешься? Отпусти меня, гад! – я честно делала безуспешные попытки отодвинуться от него.
- Не так быстро, крошка, - стальные руки обвили мою талию еще сильнее, притянули к себе так, что я едва могла дышать. Тело тут же предательски заныло, ощутив под пальцами твердые мышцы. Эдвард Каллен отнюдь не был хлипким…Ноги внезапно ослабели, внизу живота болезненно заныло.
- И на этом наш словарный запас иссяк? – ехидства в его голосе было, хоть отбавляй. Я рассвирепела. Я тебе покажу словарный запас…
- Bastardo! – все-таки я была наполовину испанкой. И горячий нрав, и богатый словарный запас, наличие которого я демонстрировала сейчас Каллену, перешли ко мне от дражайшей мамочки. – Не смей прикасаться ко мне!
Фирменная улыбочка, казалось, приклеилась к его лицу.
- - Ай-я-яй, такая малышка, и знает такие плохие слова! Кто же тебя научил так выражаться, деточка?
Интересно, сколько лет дают за убийство наследника мегакорпорации в состоянии аффекта?
- Во сколько ты мне обойдешься?
Я замерла на месте, не веря своим ушам.
- Ч-ч-что? – боже, как противно слышать собственный голос. Котенок, и тот пищит громче.
- Я спросил во сколько ты мне обойдешься. – Сухой ровный голос. Никаких эмоций. Он и правда подумал, что я шлюха!
Мне стало так стыдно, что я опустила голову, отчаянно борясь со слезами. Твою мать, пусть я и работаю в стриптиз-клубе, я же не проститутка. Ну, если только бывают проститутки-девственницы.
За все мои восемнадцать лет, я ни разу ни с кем не спала, никому не могла настолько довериться. Видя, какой жизнью жила моя мать, я не могла допустить подобного для себя. Не хотела окончить жизнь, как она. Кстати, я упоминала, что ее забил до смерти очередной клиент?
- Не хотелось бы вас обидеть, мистер Каллен, - слова давались с трудом. – Но мне платят за то, чтобы я убирала здесь и подавала напитки, а не за ЭТО!
Думаешь, сможешь меня купить?
- О, а я уверен, что ты знаешь, как подработать и порадовать клиента!
Я покраснела. Почти все официантки так и подрабатывали. Вертелись вокруг клиентов, укорачивали и без того короткие юбки, дели из рубашек топики и, дождавшись нужной кондиции клиента, тянули его наверх. Там, на втором этаже были специально оборудованы комнаты. Хозяин клуба открыто поощрял «невинные забавы».
- О да, я знаю таких людей как ты! Подонки с голубой кровью! Приходят сюда, чтобы порадоваться, поиздеваться и уйти. Каждый день другие женщины, полные карманы денег и новенькие иномарки… - я открыто изливала свое презрение к таким типам, как он.
- О, да, похоже, нашей девочке просто не смогли доставить удовольствие! Или какой-то парень поиздевался над такой красавицей?
Красавица? О да, для того, чтобы затянуть девушку в постель, лесть – самое лучшее средство. Вот только ты ошибся, красавчик, на меня это не подействует.
- Интересная ситуация получается… - протянул он. – Вообще-то девушки всегда сами вешались мне на шею. А ты, я так понимаю, не хочешь, верно?
Я вытаращилась на него. Наконец-то дошло!
- Н-н-нет…
- Отлично. Тогда я хотел бы попросить тебя об одном одолжении. Исполнишь его, и я тебя отпущу.
Я подозрительно сощурилась. Какого рода одолжение?
- Все зависит от того, какое это предложение.
- О, сложного тут нет, - он хитро подмигнул. – Поцелуй меня.
С ума сошел?
- Н-н-не поняла…
- А что тут непонятного? Ты. Поцелуешь. Меня. Лады?
Я взвилась:
- Да никогда! Слышишь, я тебе не проститут…
Договорить я так и не успела. По моей спине скользнули горячие руки, бедра оказались прижаты к нему, а твердые и теплые губы закрыли мой возмущенный возглас. Поцелуй был необычайно жадным. Он впивался в меня со всей злостью, покусывал, впивался пальцами в талию. Я выгнулась, пытаясь его оттолкнуть, зашипела, упираясь руками, и вдруг замерла. В кармане его брюк лежало портмоне. Так и не осознав до конца, что же я делаю, скользнула рукой и вытащила его. Куда же его деть? Не придумав ничего лучше, я завела руку за спину и обмотала его тряпкой, которую все еще держала в ладони.
Он наконец-то оторвался от меня и поднял голову. Я, словно загипнотизированная, уставилась в его глаза. Только сейчас я смогла разглядеть их цвет – глубокая зелень, настолько темная, что кажется черной.
Он сдернул резинку с моей косы и принялся расплетать ее до тех пор, пока длинные локоны волнами не легли на спину. Я не пошевелюсь, не отвечу, даже не старайся…
Его пальцы скользнули в пушистую копну, а губы снова прильнули к моим. На этот раз он был необычайно нежным. Янеотвечунет…
Он осторожно втянул мою нижнюю губу, скользнул ладонью на талию и погладил меня по щеке. И я сдалась.
Это определенно другая Свон раскрыла губы, жадно встречая его язык…
Это определенно другая Свон скользнула руками по его груди, сплела пальцы у него на затылке…
И уж точно не я дернула за черную ленту, связывающую его локоны, распустила ее и зарылась пальцами в шелковистую копну…
- Ты там, кажется, говорила, что я тебе не нравлюсь?
Нежный Эдвард Каллен исчез. На его место снова пришел избалованный папенькин сынок.
- Ах, ты…
- Уходи, - он повернулся ко мне спиной. – Не хочешь – не нужно. С тобой одна морока, еще хуже, чем с девственницами.
Ах ты гад…
Я развернулась и выбежала.
И только за поворотом позволила себе остановиться и отдышаться, отчаянно прижимая к груди портмоне, которое чудом успела засунуть за пояс юбки.
*****************
Влетев в комнату, я вытащила находку. Открыла и ахнула.
Той сумы, что лежала внутри, мне хватило бы надолго. Я смогла бы заплатить за квартиру, за два месяца учебы в колледже. Но, что еще более главное, я смогла бы уехать отсюда. Уехать из Лас-Вегаса и жить нормальной жизнью.
Надо спешить! Я быстро переоделась, подхватила рюкзак и осторожно вышла из комнаты. Очутившись на улице, я закурила, сгоняя стресс. Пальцы дрожали. Выбросив окурок, и, постоянно оглядываясь, я заспешила в сторону дома.
Не успев пройти несколько кварталов, я услышала за спиной стук каблуков. Я обернулась назад и похолодела от ужаса. Неужели Каллен обнаружил пропажу?
Горло сжали ледяные пальцы паники. Не оглядываясь, я бросилась бежать. Стук каблуков за спиной ставал все громче.
Горячие руки обхватили мою талию, и я заорала, отчаянно пинаясь, отбрыкиваясь и кусаясь.
- Тс-с-с, солнышко, - в голосе Каллена явно звучало торжество. – Ты даже со мной не попрощалась, радость моя, так спешила. А я уже успел соскучиться!
Он перебросил меня через плечо, как мешок с картошкой и направился в сторону бара. Я замолотила кулаками в его твердую от мышц спину, но чувствительный шлепок пониже спины быстро привел меня в себя.
Очутившись возле бара, он сбросил меня с себя, тут же крепко перехватив за руку. На его лице было написано холодное бешенство. Боже, зачем я украла это чертово портмоне?!