Я столкнулся в коридоре с Карлаилом. Он смотрел на Саманту, и думал о том, как можно ее спасти. Он был явно чем-то встревожен, на секунду у него в голове пронеслась мысль, о том, что он бы мог ей помочь, сделав бессмертной.
- Даже не думай об этом. Она смерилась со своей судьбой.
- Эдвард, я не могу позволить ей умереть… Я смогу ее спасти…
- Карлаил, Саманта готова к смерти, она ее не боится, а наоборот, для нее смерь – это избавление. Вчера я видел ее приступ, я чувствовал ее боль. Это ужасно.
- Я избавлю ее от боли…
- Забудь об этом. – Я перехожу на крик - Ты не имеешь право так с ней поступать. Не смей!
Карлаил молчал. Он не хотел сдаваться.
Черт, мы с ним привязались к этой девушке, и он не может ее отпустить.
- Ты меня ненавидишь? - Начал мой отец, после минутной паузы. - За то, что я с тобой сделал?
- Нет. – Я немного успокоился. – Конечно, нет. Ты неотъемлемая часть моей жизни, но я не рад, что живу этой жизнью.

Я иду по коридорам больницы. Черт, как же мне плохо. Это был не самый приятный разговор моей долгой жизни.
Если бы мне дали возможность выбирать: стать вампиром или умереть. Я бы выбрал второй вариант.
Я никогда не обвинял Карлаила в том, что он со мной сделал, но я всегда был против этого. Когда он привел Роуз, и я не услышал биение ее сердца, я вспылил.
После смерти, душа человека отправляется в потусторонний мир, и там она приобретает бессмертие.
Как он может лишать человека его души? Неужели он не понимает, что быть вампиром это не круто, а скорей наоборот?
Он же и сам стал вампиром не по своей воли. Он при жизни боролся со злом, и истреблял его. А сейчас он порождает зло.
Мы – бездушные изгои. Мы не можем общаться с людьми, не можем дружить, любить. Почему Элис и Джаспер, Розали и Эммет вмести? От большой любви? Нет. Просто у них нет другого выбора. Конечно, они привязались друг к другу, и возможно даже полюбили, но это все же не их выбор.

А сейчас Карлаил задумывается о том, чтобы обратить Саманту.
Этого нельзя допустить.
Неужели он не видит что это самый чистый человек на земле, ее сердце и душа огромны.
Они бесценны.

***
Карлаил.

Ближе к вечеру я поднялся к Саманте.
Она сидела на подоконнике и читала.
- Что это у тебя? – Поинтересовался я.
Она повернула ко мне обложку книги, а сама уставилась в окно, смотря на капли дождя.
Данте Алигьери. Божественная комедия.
Как же много проблем принесла моей семье эта книга…

Эдвард прочитал ее, когда ему было лет сорок, после обращения. Тогда-то он и начал задумываться о наличии души у вампиров.
Я помню день, когда он пришел ко мне.
- Карлаил, как ты думаешь, вампиры могут попасть в ад или рай.
Я не знал, что ему ответить. Мой настоящий отец был священником, он искренне верил что ад и рай предназначен для людей. В них нет места сверхъестественным существам. Ведьмы и колдуньи продают душу дьяволу, навсегда теряя ее, она не становиться бессмертной, а полностью исчезает.
Мои мысли не ускользнули от Эдварда, он утвердительно покачал головой.
- Сегодня я прочитал «Божественную комедию». Куда попадает душа вампира? Я не нашел ей место ни в одном из кругов ада, но и в раю нам тоже нет места. Мне кажется, это связанно с тем, что у нас просто нет души. Возможно, первые три дня невыносимой боли, это уничтожение ее в нас?
- Я не знаю, Эдвард.
Тогда я не смог помочь сыну, потому что не знал ответы на его вопросы. Сейчас я верю, что мы не делаем ничего плохого, никому не причиняем вреда. Но тогда зачем я стал хирургом? Что я пытаюсь искупись?
Я запутался.
Иногда мне кажется, что Эдвард прав. Но я стараюсь подавить в себе это чувство, показывая пример детям, объясняя, что только по поступкам можно судить о добре или зле.
Но у вампиров нет религии, законы людей нам не подходят.

- Карлаил, что ждет нас после смерти? – голос Саманты вывел меня из задумчивости.
- Я верю, что ты попадешь в рай.
- Да, нет, я не про это. Я не особо верующая. Просто мне нужно знать, что будет потом. Вечная мгла? Пустота? Переселение души в другое тело? Или что-то еще?
- А что если смерти нет? Представь, что когда твое сердце перестанет биться, ты все еще будешь жить. Вечно. Не меняясь, не старея…
- Интересная точка зрения, конечно. Но, простите, я в сказки уже не верю, да и вам не советую.
- А если это не сказки?
- Тогда скажите это пятилетнему мальчику, который умер вчера здесь. Вы думаете, он все еще жив? Нет. Его больше нет. Но вы в чем-то правы, он приобрел бессмертие, его душа где-то обрела покой. Я хочу верить именно в этот вариант.
Я не нашел что ей ответить.
- А ты сам не религиозный? – Ее внимание было приковано ко мне.
- Нет, мой образ жизни не позволяет мне верить в спасение души.
- Ты что серийный убийца? И сколько же на тебе трупов? – Саманта произнесла это шепотом, чуть наклонившись вперед и прищурив один глаз.
- Четверо. – Быстро ответил ей я, смотря в окно.
- Ты меня пугаешь, когда, вот так, не задумываясь, отвечаешь на подобные вопросы.
- Не волнуйся, тебя я не трону. – Подмигнул я ей.
- Ну спасибо, даже дышать проще стало.
Надеюсь, я смогу сдержать это обещание.