Форкс. От лица Беллы
Черные тучи. Ветер, портящий идеальную укладку и дождь, пытающийся смыть водостойкую тушь. Вечная влажность и портящие замшевые туфли капли. Все это звучит неприятно, но мне нравится. Впервые получаю от этого удовольствие, и меня совершенно не беспокоит, как я при этом выгляжу, а уж тем более - кто и что обо мне думает. Вот это меня почти никогда не волновало, но теперь…мне хотелось извиниться перед Эдвардом, хотя на данный момент лучше вообще не попадаться ему на глаза, по словам Чарли, да и исходя из чувства самосохранения.
С папой я, кстати, помирилась, не сразу, но это того стоило. Он был моей крепостью и защитником, и его мнение меня волновало и Ника. Как-то совершенно незаметно это произошло, он стал для меня важен. Глупо, сказала я бы себе год назад, но не сейчас. Я привязалась впервые к кому-то, и это меня беспокоило, как никогда. Одно дело играть с чужими чувствами, другое – со своими, потому что их практически невозможно контролировать, бороться с ними, особенно при моем импульсивном характере.
Я села в машину и выехала со школьного двора. Дождь сильнее хлестал в стекло, а я думала - насколько круто изменилась моя жизнь, и насколько ещё изменится. Эдвард, Бри, их любовь и моя. Да, я влюбилась, как маленькая безмозглая дурочка. Я влюбилась в Ника, и подтверждениями служили: мой учащенный пульс, ритм сердца, да и идиотская улыбка, появляющаяся у меня при виде Ника. Нет, этого не должно быть. Страсть да, но не любовь. Нет, подумала я. Никогда не позволю, чтоб чувства владели мной, а не я ими. Никогда не позволю затуманить мой разум. Моя мать пострадала когда-то от этого. Она любила, а её бросили, но я не она. Никто не посмеет бросить меня. Только я решаю это и больше никто. Только я руковожу своей жизнью и выкину эти чувства, как ненужную вещь. От этих разумных мыслей мне стало ясней мое будущее и моя судьба, но вот радости никакой не появилась.
От дальнейшего хода моих размышлений меня отвлекли настойчивые гудки машины, ехавшей за мной. Я взглянула в зеркало заднего вида и увидела мерседес Ника. Что ему нужно и вообще, какое право он имеет следовать за мной. Со злости я припарковала машину к обочине и быстро выскочила из машины. Капли дождя били мне в лицо, и я чувствовала, как моя блузка начала промокать.
-За чем ты едешь за мной? - набросилась я на вышедшего из машины Ника.
-Поговорить, - спокойно сказал он.
-О чем? – выпалила я, а сама старалась отвести глаза, чтоб не видеть его лицо.
-О том, почему ты меня игнорируешь?
-Я тебя не игнорирую! – зло закричала я. – Просто не хочу с тобой говорить!
-Почему? – упрямо настаивал он, а дождь до сих пор продолжал идти, не сбавляя темп.
-Просто не хочу или тебе как маленькому надо все объяснять?
-Да, надо, - сказал он и, заложив руки за спину, в ожидании смотрел на меня.
-Просто не хочу, потому что…, - но продолжить я не могла. Что я должна была сказать, что боюсь себя, своих чувств и того опустошения, которое могла мне принести любовь. Боюсь открыть сердце и получить в ответ равнодушие. У меня не было опыта в любовных делах, только в интрижках, а с Ником я хотела чего то другого, сама не знаю чего, но большего, а это большее было мне непонятно.
Я взглянула на него и поняла, что не могу ничего сказать, ответить.
-Я жду, - сказал Ник, но я не собиралась удовлетворять его любопытство.
Я резко побежала к машине, но он опередил и загородил путь к двери.
-Ник, пропусти, - молящее попросила я.
-Нет, пока не скажешь!
-Почему ты не отпустишь меня? Почему?
-Может по той же причине, что и ты не хочешь говорить.
Я посмотрела в его глазах и увидела в них то же, что и творилось в моей душе, и в этот момент мне стало наплевать на все. На все страхи и сомнения, на всю пустоту моей жизни и глупость. Передо мной стоял тот человек, который мог изменить мою жизнь и меня. Он мог сделать меня счастливой и несчастной. Мог уничтожить и вознести, но это было не важно.
Я просто потянулась к нему и поцеловала, забыв обо всем и о будущем. Все будет потом, а сейчас только мы и капли дождя, стекающие по нашим лицам и придававшие нашему поцелую необычайные ощущения.

Калифорния. От лица Бри
Все утро прошло спокойно, непримечательно и до обыденности нудно. Как и вся моя жизнь последнюю неделю. Палата. Врачи. Процедуры. Таблетки и усталость. Как все надоело! Ужасно. До боли знакомо и невыносимо. Стареющие на глазах родители и невозможность что-либо делать для них. Хотя нет, я могла держаться до последнего, встречать врачей, которых приводил мой папа и отвечать на их вопросы. Правда, если это могло что-то изменить, но это было нереально, фантастично, глупо.
Я взглянула на журнал, в ожидании ещё одного врача, которого папа вчера сумел уговорить приехать в Беверли-Хиллз. Я знала, что визит будет бесполезным и ничего не даст, но говорить родителям не хотела.
Я подняла голову, услышав голоса, и увидела входящих в палату родителей, а за ними Карлайла.
Сказать, что я была удивлена – значит, ничего не сказать. Я была ошеломлена, убита, да попросту шокирована. Ну не смешно ли, что отец Эдварда стоит сейчас напротив меня и смотрит со вселенским терпением. Тот человек, жизнь сына которого я разрушила. Да он должен был меня ненавидеть, а не жалеть.
-Карлайл, - сказала я.
-Здравствуй, Бри, - сказал он и улыбнулся.
-Так вы знакомы?! – вмешался в разговор папа.
-Да, - сказал Карлайл. – Бри – девушка моего сына.
-Была, - ответила я с болью.
-Что? – ответила родители и ошеломленно переводили взгляд с Карлайла на меня.
Я должна была им все объяснить, но не сейчас. Потом, сначала Карлайл.
-Мам и пап, я хотела бы поговорить с Карлайлом. Наедине, пожалуйста.
Они с опаской посмотрели на меня, боясь, что это вызовет волнение.
-Со мной все будет в порядке, - ответила я на их немой вопрос, сама не веря своим словам.
Родители вышли, а Карлайл молча сел рядом с моей кроватью.
-Простите, - начала я. – Я не хотела причинять боль вашему сыну. Как он?
Карлайл внимательно посмотрел мне в глазах и только через пару минут ответил.
-Плохо, - сухо сказал он.
От этих слов мое сердце словно остановилось, а мозг лихорадочно стал соображать. Плохо. Я сделала самому любимому человеку больно. Я.
-Бри, прекрати.
-Что?! - переспросила я.
-Прекрати анализировать и убиваться, лучше скажи почему?
-Что почему?
-Почему ты не позволила Эдварду быть рядом.
-Почему не позволила видеть, как я умираю, как моя жизнь медленно уходить? Чтоб видеть каким несчастным становится он от бессилья? Как я высасываю жизнь из него? Чтоб он проводил все время в больнице? Чтоб видеть как он и мои родители убиваются?
-Бри, - спокойно сказал Карлайл и сжал мою ладонь.
-Я не могла Карлайл. Он забудет меня, он человек и время вылечит его боль, я надеюсь, - сказала я не уверенно.
-Время. Боюсь, ты ошибаешься.
-Так должно быть. Он должен быть счастлив! – выпалила я.
-Должен, но жизнь несправедлива.
-Мне ли не знать, - ответила я.
-Бри, послушай, а если бы ты могла жить вечно? Ты бы согласилась? Вечность с Эдвардом?
-С Эдвардом? Но это невозможно!
-Но если бы прилетела, допустим, волшебная фея?
-Фей не существует.
-Бри ответь мне просто – ты бы согласилась.
-Карлайл, я не ребенок, и понимаю, что чудес не бывает, а если и бывают – то за них приходится платить. Что бы мне пришлось заплатить за вечность? – спросила я, сама не понимая суть разговора.
-Только своей жизнью. Просто стать другой.
-Другой? – все ещё не понимая, ответила я. – И видеть, как мои близкие покидают мир, видеть, как они исчезают, а я продолжаю жить.
-Но?
-Нет, Карлайл. Нет. Жизнь на земле дана, чтоб пройти её, сделать и испытать все, что возможно и уйти. Это закон природы, а вечность – это противоестественно, а значит и плохо, хотя я могу ошибаться, но я верю в Бога, и то, что он мне дал такую жизнь – значит так нужно.
-Бри, то есть ты бы не согласилась?
-Нет, - сказала я, хотя это ведь был просто разговор, но у меня было такое чувство, что для Карлайла он значил много.
-Хорошо, Бри. Это твое решение, а теперь я скажу тебе о своем – я останусь с тобой, пока ты будешь в больнице или пока не передумаешь.
-Но у вас же дела и Эдвард. Вы ведь не скажите ему?
-Боюсь, что он скоро узнает.
-Но вы ведь ещё ничего ему не говорили? Не надо, пожалуйста.
-Бри, я не говорил и не скажу.
-Но как же он узнает тогда?
-Элис
-Элис, - непонимающе переспросила я.
-Да, она, - сказал он и вышел из палаты, оставив меня наедине с моими раздумьями