Ветер, легко проникавший сквозь щели в деревянных стенах, принес два детских голоса и этот упоительный запах. Нет, эти два аромата! Они окутали меня и манили к себе. Каллен говорил о фантастических вещах, рассказывая сумасшедшие истории о вампирах – бред, в который я должен был верить. Через строчку он повторял все предложения по два раза – это раздражало. Я то и дело глубоко вздыхал, стараясь подавить свое нетерпение. Ммм, какой запах! Два неровных прерывистых стука. Аромат на кухне тоже еще не прошел. МАЛО!
– Хватит! Я хочу еще! – Прервал я поток бурных фантазий врача-безумца. Это придает сил, и, возможно, выпив еще, я смогу найти способ как отделаться от него, или хотя бы сбежать из дома. ПОЙМАТЬ этих двоих.
– Хорошо, сейчас, только не дыши, – он тревожно принюхался, быстро ушел и тут же вернулся со стаканом. Я не помню, как его осушил. Опять мало.
– Еще! – Потребовал я.
– Больше нет, – грустно ответил он и сглотнул. Это переполнило чащу терпения, раздражение выплеснулось наружу.
– Как это нет?! Я ХОЧУ ЕЩЕ! Я чувствую ее! – Закричал я. Рот наполнился обильной слюной.
– Я понимаю, я тоже голоден, нужно немного подождать, и мы сходим поохотиться. Эдвард, потерпи немного.
– Я не могу ждать! Я ХОЧУ сейчас! – Там на улице пахнет вкуснее, чем здесь.
– Подожди. Эдвард, стой!
Сам не успел заметить как я, вскочив с кровати, оказался у стены, ударил в центр одной из досок, она с хрустом подалась, легко пропуская мой кулак наружу на улицу.
– Эдвард, посмотри на меня, перестань дышать! – Каллен обхватил меня поперек туловища, оттащил от стены, и бросил на кровать, та тихо скрипнула, просев под моим весом. Я быстро поднялся и бросился к выходу, но он уже стоял, заслоняя собой проход, раскинув руки и слегка наклоняясь вперед.

– Святая дева! Юджин, что это за шум? Мне страшно! Пойдем скорее отсюда.
– Да, пожалуй ты права, уже пора. До свидания, мама, приду в следующую пятницу, ты прости Мэри, она глупая.

Я сжал кулаки и решил снова попытаться пробить стену. И вдруг этот Юджин сказал что-то про свою мать. Мама! Что с ней, где она? Я ведь так и не узнал ничего?! Что все это было, что я делал? Как я себя вел? Что тут устроил? Я замер, слушая отдаляющиеся шаги и неровные ритмы двух сердец. Ведь это бьющиеся сердца.
Карлайл все еще охранял выход, не меняя своего положения, сосредоточенно следил за мной, пытаясь угадать, что я сейчас сделаю. «Да, это будет непросто». Чувство вины охватило меня. Я как будто увидел себя со стороны, словно посмотрел на себя его глазами. Взлохмаченный, с безумным взглядом, оскалившись, стою посреди комнаты в чужом доме. Босиком, в штанах от больничной пижамы, разошедшихся по швам в некоторых местах, в полосатой рубашке, лопнувшая местами ткань которой открывала мое бледное тело, сжимаю кулаки, собираясь напасть на страдающего психическими расстройствами человека, спасшего мне жизнь. А чем я собирался ему отпалтить? Поломал мебель и разбил стену, чуть не набросился на него с кулаками.
– Я прошу прощения. Не понимаю, что произошло, и как это все случилось. Не могу объяснить, почему я себя так вел. Прости, меня, – так и не смог посмотреть ему в глаза.
Он облегченно вздохнул: «На «ты»! Это очень хорошо». Подошел ко мне и ободряюще похлопал по плечу.
– Все потому, что ты – новообращенный, так бывает со всеми. Это нормально, продлиться 2-3 года, но ты будешь тренироваться, работать над собой, сможешь усмирять свои инстинкты, научишься контролировать эмоции.
– Инстинкты? Это будто был не я, кто-то другой, я бы никогда тебя так грубо не перебил и не испортил бы… так значит то, что ты мне сейчас рассказывал – это не бред и сказки, это правда? Тот стук на улице – удары сердец? Я хотел выпить их крови? Я действительно вампир? – Я вжал голову в плечи, осознав, что за этим словом скрывается гораздо больше, чем я привык думать. И все же сомнения еще оставались. Боялся, что он меня просто искусно разыграл, а я попался. Или может, это было бы лучшим вариантом развития событий. Просто розыгрыш и все? И никакой крови, утоляющей жажду, никаких осколков, которые не ранят, никаких досок, которые легко можно разбить, не получив даже царапины. Я вжал голову в плечи еще сильнее и глазами изучал деревянные узоры на полу.
Он усмехнулся: «Он думал, что я сумасшедший! А чего надо было ожидать, это вполне нормальная реакция!»
– Глупо было надеяться, что ты мне сразу поверишь!
– Нет, я не из-за этого. Ты говоришь странно: то сам с собой, то со мной, то обо мне! Раньше я кажется такого за тобой не замечал.
– Говорю сам с собой?! Хм, знаешь, я тоже за собой такого не замечал.
– Ты не понял. Я имею в виду, ты говоришь что-то, а ко мне не обращаешься, ну или повторяешь по два раза одно и тоже, сначала для себя, потом для меня.
– По два раза? Это интересно! «У него дар?! Надо провести эксперимент. Эдвард!».
– Что? Какой эксперимент ты хочешь провести? – Может сейчас выясниться страшная правда: мое выздоровление – врачебная ошибка с побочными эффектами!
– Это поразительно! Ты понимаешь, что ты делаешь? Ты знаешь, какой у тебя дар? – Взволнованно тараторил он.
– О чем ты говоришь? Какой дар? – Я сам уже начал волноваться и внимательно смотрел на него. Глаза такие черные, как пропасти, зрачки почти не различимы, но все равно полны неподдельного интереса. Губы плотно сжаты.
«Эдвард. Ты не понимаешь, что читаешь мои мысли? Я ни одного из этих слов сейчас не произнес вслух!» – Мы неподвижно стояли, глядя в глаза друг другу. Никто из нас не говорил ни слова! Его губы ни разу не дрогнули! Телепатия. Ведь не сам же я все это придумал. Этого не было раньше, раньше я не мог такого. Кажется не мог.
– Откуда этого взялось? Я ничего такого не умел.
– Все вампиры обладают развитыми навыками хищника: силой, ловкостью, скоростью, но у некоторых есть еще особое свойство – дар – то, что не умеет никто другой, что-то уникальное, какой-то талант. Ты – телепат, сын! – Он потупился. – Прости, ты все слышал и ни разу не спросил меня на этот счет. Да, это очень неловко получилось, я уже несколько раз, так тебя называл, не знаю, нравиться ли тебе это, – он замер и снова внимательно на меня смотрел. Я смутился. Теперь, когда выяснилось, что он психически здоров, а его рассказы о вампирах уже не так сомнительны, он, действительно, был тем, кем я считал его с самого начала – моим спасителем. Он спас мне жизнь, я не должен его обижать.
– Я понимаю, что в определенном смысле ты тот, кто дал мне новую жизнь, потому, думаю, что это нормально, если ты будешь считать меня своим сыном. Хотя ты еще слишком молод, наверное, чтобы иметь таких взрослых детей. Но…
– По-моему, 200 лет весьма солидный возраст! – Он шутит? Я нервно рассмеялся, но я еще не закончил свою мысль. – Прости, я тебя перебил, просто очень давно так не волновался, как эти последние три дня. Не каждый день у меня появляются дети! – Счастливая улыбка расцвела на его губах
– Ну да, но у меня ведь есть еще мать, – он внезапно посерьезнел и помрачнел. – Карлайл?

Извините, что долго не выкладывала. Сессия, однако, :(. Спасибо за то, что уделили время этой главе «ДО и ПОСЛЕ». Надеюсь, что поделитесь впечатлениями.