Кейт слегка покачивалась из стороны в сторону, тихо, с явно просачивающимся в голосе отчаянием напевая колыбельку, пытаясь успокоить, очевидно, безутешного ребенка, лежащего на ее руках.

— Пожалуйста, детка. Засыпай. Если ты разбудишь папу, ему это не очень понравится, — пробормотала Кейт, через плечо поглядывая в сторону Рика.

Она и правда надеялась, что он не проснулся.

— Ну же, малыш, чего ты хочешь? Ты не голодный, ты не мокрый, тебе не жарко и не холодно, я с тобой и разговариваю, пою и покачиваю тебя, а ты не засыпаешь, — со слезами на глазах вздохнула Кейт.

Она уже почти час как пришла в детскую, была середина ночи, а она в течение трех дней работала над делом, но у нее на доске до сих пор не было зафиксировано никаких зацепок по нему.

Она остро нуждалась во сне, а ее кричащий маленький сын, похоже, нет.

— Чего еще ты хочешь от меня? — снова спросила она плачущего ребенка.

Единственным ответом, который она получила, стала секунда умиротворения, пока пара ярко-зеленых глаз замерла, уставившись в ее собственные, прежде чем на них навернулись слезы и хлынули ручейками по лицу ее сына.

Кейт опустилась на пол, крепко прижимая сына к груди, раскачиваясь вперед-назад и позволяя себе заплакать.

— Кейт? — уставший, хрипловатый спросонья голос Касла раздался в темноте и прервал плач матери и сына.

Кейт пораженно подняла взгляд, но не ничего не сделала, чтобы стереть слезы или укрыться от него.

— Мне так жаль, Рик, — душераздирающе зарыдала она. — Я очень старалась убаюкать его. Честное слово.

Лицо Рика озарилось участием при виде изнуренной жены, сидящей сгорбившейся фигуркой на полу детской комнаты, пока их крайне расстроенный сын изо всех сил надрывался в ее руках.

— Ох, милая, — утешал Рик, присаживаясь с ней рядом, успокаивающе кладя свою большую ладонь на спину сына, кажущуюся особо большой на фоне крошечного ребенка, а другую поднес к лицу Кейт, чтобы аккуратно вытереть ее слезы.

— Прости, — всхлипывала она, сотрясаясь в рыданиях.

Рик решительно покачал головой.

— Не извиняйся передо мной, Кейт. Никогда не проси прощения за то, что не можешь его усыпить, дорогая. Тебе не нужно извиняться передо мной. — Она снова зашлась в рыданиях, и Рик вздохнул.

Он присел рядом с ней и осторожно забрал из ее рук ребенка, расстраиваясь из-за того, что, когда он прислонился к колыбельке, она продолжила раскачиваться из стороны в сторону, пытаясь успокоиться, пока сам Рик укачивал их малыша.

— Эй, — тихо пробормотал он, одной рукой придерживая крошечное тельце на сгибе локтя, в то время как другая лежала сверху, поглаживая подбородок ребенка. — Что за шум, м-м? Почему ты не засыпаешь с мамочкой?

В надежных объятиях Рика крики ребенка перешли в похныкивания.

— Теперь намного лучше, да? Меньше громких протестов.

Он широко улыбнулся и почувствовал, когда Кейт встала и фактически выбежала из комнаты.

— Теперь, как насчет того, чтобы рассказать мне, что происходит, и позволить это исправить, чтобы я мог пойти за твоей мамой?

Он медленно встал, крепко при этом держа ребенка, а затем стал покачивать их сына из стороны в сторону.

Через несколько минут маленький мальчик задремал.

Рик вздохнул, радуясь, что наконец-то наступила тишина, и сожалея о том, что ему еще предстоит сделать.

Он осторожно уложил уже успокоившегося младенца обратно в кроватку и вышел из детской, чтобы найти свою жену.

Он нашел ее, прислонившуюся к стене прямо у комнаты, руками она сжимала голову, ее плечи сотрясались от силы тихих рыданий, заставляя тело дрожать.

— Иди сюда, — пробормотал Рик, прижимая ее к своей груди.

— Я так старалась убаюкать его, чтобы он снова заснул. Я пыталась не позволить ему разбудить тебя, — всхлипывала она ему в плечо.

— Я заметил. Ты отключила радио-няню, — прошептал он ей на ухо.

— Только после того, как услышала, что он плачет. Я бы не оставила его, — быстро защищалась она.

— Эй, я знаю это. Даже и не думал иначе. Но, Кейт, он наш сын. Я тоже могу просыпаться, когда он капризничает. Ты измотана. Ты вернулась домой всего три часа назад.

— Ты и сам только лег. У тебя срок сдачи через два дня, Рик. Ты должен высыпаться. Ты не можешь всю ночь возиться с хнычущим младенцем.

Рик вздохнул и притянул ее ближе.

— Я не думаю, что особо ему нравлюсь.

Рик снова вздохнул.

— Теперь ты неразумна. Ему всего четыре месяца.

— И он успокаивается только с тобой, — запротестовала Кейт. — Он просто плачет, когда это пытаюсь сделать я, — фыркнула она, с силой стискивая кулаками его футболку.

— Кейт, моя любимая, могу я дать тебе совет? — Она быстро кивнула, все еще прижимаясь к его груди.

— Это было бы прекрасно, — выдохнула она. Рик усмехнулся.

— Дети могут чувствовать страх, — прошептал он, возвращая ее назад, в ее глазах играла странная смесь радостного изумления, любопытства и раздражения. — Нет, в самом деле. Он успокаивается только со мной, потому что я вхожу в детскую и остаюсь спокойным. Я делал это раньше, поэтому теперь мне уже не так страшно. — Кейт откинулась на его грудь.

— Я в ужасе, — призналась она тихо. Рик нежно сжал ее, прежде чем обхватить всю ее руками.

— Я знаю. И он знает. Он реагирует на твою обеспокоенность, и это заставляет его нервничать. Он не может сказать тебе об этом, и поэтому общается единственным доступным ему способом – плачет.

— В этом… и правда есть смысл. — Рик хмыкнул.

— Спасибо, — он рассмеялся, целуя ее спутанные локоны. Она столько раз проводила руками по волосам, что ей придется помыть голову еще раз перед выходом на работу. — Нормально? Срок сдачи через два дня, но я и раньше его пропускал. В любом случае, я почти закончил – осталось максимум три страницы и посвящение.

Она снова отодвинулась, на ее лице отчетливо виднелся вопрос: почему он говорит ей это?

— Кейт, ты измотана. Позволь мне позаботиться о тебе, о вас обоих. Я знаю, просить тебя отойти от работы бесполезно, но как насчет того, чтобы просто сосредоточиться на текущем деле, пока не закроешь его? Просто ешь, работай и отсыпайся ближайшие дни. Алексис уехала из города до следующего уикенда, и мамы не будет рядом некоторое время, пока она со своим новым невероятным ухажером.

— А ты? — спросила она, с едва слышимой в голосе нервозностью.

Он с такой любовью тепло ей улыбнулся, что ей снова захотелось плакать.

— Кэтрин Касл. Я люблю тебя, ты нужна мне, и я хочу тебя, — тихо сказал он ей. — Но я взрослый мужчина. Я могу побыть поваром и нянькой несколько дней, если тебе необходимо побыть просто детективом Беккет.

— Ты уверен? — Касл кивнул.

— Всегда, — он тепло улыбнулся. — Теперь, ребенок пока что спит. Почему бы нам не пойти немного поспать, пока мы можем себе это позволить, м-м? Тебе снова нужно на работу через четыре часа, если ты собираешься работать, и будь я проклят, если позволю тебе уйти из дома без достойного завтрака и поцелуя на прощанье.

Она нежно улыбнулась.

— А вот и моя Кейт, — радостно вздохнул он. — Я на время подумал, что потерял тебя.

Она покачала головой, продолжая улыбаться.

— В кровать, миссис Касл?

Она сонно кивнула, но не сдвинулась ни на дюйм.

Касл улыбнулся и наклонился, чтобы подхватить ее под колени.

Он отнес ее вниз по лестнице в их спальню.

Она уснула тут же, как он лег в постель и притянул ее на свою половину.

— Спокойной ночи еще раз, Кейт, — прошептал он, нежно целуя ее в лоб. — Я люблю тебя.

Перевод Shantanel