BPOV



- Эй, вы еще здесь?

Я не знала. Действительно не знала. У меня было ощущение, что мой безопасный бесчувственный маленький пузырь, который я культивировала на протяжении последних трех лет, только что лопнул и вышвырнул мою задницу в реальность.

- Алло?

Мой агент, Джен, говорила обеспокоенно. Уверена, у нее были для этого все основания.

- Да, я здесь.

- Я понимаю, что это шокирует - получить подобное предложение, но, думаю, это удивительная возможность. Ваша первая главная роль на Бродвее! И абсолютно новая пьеса и отмеченный наградами режиссер.

Это все, для чего я столько работала. Все, что, как мне казалось, я хотела. Жалея, что это так заманчиво. Джен все еще говорила. Быстро и взволнованно. Перспективный драматург. Свежий новый взгляд.

Я едва слышала ее.

Пока она не упомянула о нем снова.

- И я не знаю исполнителя главной роли лично, но слышала о нем много хорошего. Выиграл целую кучу наград European drama awards за время тура театра Lowbridge с «Ромео и Джульетта». Полагаю, он играл Ромео.

- Нет, - проговорила я, мой голос звучал безразлично.

- Он играл Меркуцио. Он ненавидел Ромео. Ненавидел играть романтических героев. Не мог этого делать.

Я чуть не рассмеялась. Знаю его? Да, я его знаю. Ну, знала. Когда-то. Так, как никто другой.

- Мы вместе учились в театральной школе.

- В самом деле? Как тесен мир.

Она говорит так, будто это хорошо. Конечно, она не знает нашей истории. Почему должна знать? Я ни о чем не рассказывала. На самом деле, я уходила от разговора, когда другие люди упоминали его имя. Было легче справиться, когда он был на другой стороне земного шара, но теперь он вернулся и испортил потенциальную работу моей мечты своим присутствием.

Типичный.

Ублюдок.

- Так, я скажу им, что мы договорились?

Кровеносные сосуды в моей голове пульсировали. Я не могла мыслить здраво. Всё воспринималось смутно, и я понятия не имела, что должна была сделать.

- Могу я подумать об этом?

Наступило молчание. А затем:

- О чем тут думать? Это роль мечты на Бродвее с «этим» парнем из актерского мира. Разве не для этого вы столько работали?

Для этого, но его участие поставило все под сомнение. В течение трех лет я работала на износ, но эмоционально была как в ловушке в подвешенном состоянии. Ожидая. Но чего? Чтобы увидеть, смогу ли я, наконец, оставить мои чувства к нему позади? Двигаться дальше без его гигантской тени, следующей за мной при каждом взаимодействие с мужчинами, которые не были им?

Я закрыла глаза и попыталась отдышаться от внезапной вспышки гнева.

Если бы не он, я была бы на седьмом небе от этого предложения. Я бы кричала так громко, что соседи подумали бы, что меня убивают. И вот я здесь, вся в испарине и в сомнениях. Готовая пожертвовать своим счастьем из-за него.

Снова.

Ни за что. Не в этот раз.

- Джен?

- Да?

- Скажите им, что я согласна.

Она лепетала еще несколько минут о контрактах, репетиционных сроках и пресс-релизах, и я издавала звуки, будто слушала ее, но в действительности нет.

После того как мы закончили разговор, я сидела несколько долгих минут и просто смотрела на мой телефон, неверие и тошнота скручивали мои внутренности.

Я увижу его снова.

Мало того, я буду касаться его. Целовать. Представлять, что я влюблена в него.

Да, это не будет неловко и мучительно вовсе.

Я вздохнула и потерла лицо.

У меня было ровно четыре месяца, чтобы подготовить себя к первой репетиции.

Это недостаточно долго.

И это целая вечность.

...
...
...