Глава 25

BPOV

Я смотрела в его глаза, не в силах сдвинуться с места. Они будто гипнотизировали, затягивая меня в водоворот боли, счастья, неверия. Я ожидала от себя каких угодно эмоций, но не чувствовала ничего, кроме острой, всепоглощающей нужды в мужчине, который замер в нескольких метрах от меня. Не имея понятия, зачем он здесь, почему эта красивая женщина стоит на моем крыльце в рождественскую ночь, почему я, черт возьми, не могу справиться со своей зависимостью… я была парализована. Холодный влажный ветер обдувал мое лицо, растрепывал волосы, заставлял тело сотрясаться мелкой дрожью, но мне было все равно.

- Вы выглядите странно, ребята, - напомнила Таня о своем присутствии.

Я заставила себя отвести взгляд от Эдварда и повернулась к ней, все еще сохраняя молчание.

- Я собираюсь оставить его здесь, пока вы не разберетесь со всем этим… недоразумением. Ты в силах позаботиться о нем?

Я неопределенно кивнула, все еще не понимая, зачем она говорит все это.

- Белла? Ты вообще меня слышишь? Если с ним что-то случиться, Каллены убьют нас обеих. Я не хочу умирать в мучениях. Так что, пожалуйста, обещай мне.

- Обещаю, - глухо сказала я.

Звук моего голоса будто оживил Эдварда, он вздрогнул и медленно подошел к нам.

- Я лечу обратно в Америку и объясню все твоей семье, - кивнула Таня Эдварду. – Лучше бы вам выяснить все до утра, потому что, уверена, завтра здесь будет худшая версия твоей сестры в гневе.

- Ты успеешь вернуться в Чикаго до утра? – хрипло спросил Эдвард.

Я судорожно глотнула воздух от звука его голоса, который преследовал меня во снах. Эдвард бросил на меня взгляд, полный боли, заставивший мой желудок сжаться.

- Нет, но не волнуйся, я собираюсь хорошо провести время, - она показала нам небольшой клочок бумаги, где был написан адрес моего дома. Замысловатый почерк показался мне знакомым, но сомнений не осталось, когда Таня перевернула листочек. На оборотной стороне красовались номер моего начальника и небольшая подпись:

«Я сражен. Аро»

Таня тихо захихикала, на что Эдвард покачал головой.

- Удачи, - просто сказал он.

- Это тебе удачи, - она многозначительно посмотрела мне в глаза, будто пытаясь сказать что-то, чего я не знала, и развернулась.

- Таня? – окликнул ее Эдвард, когда она открыла дверь такси. Таня подняла на него взгляд. – Спасибо.
Мягко улыбнувшись, она нырнула в салон, оставляя нас наедине с неопределенностью. Я не могла заставить себя посмотреть на Эдварда, когда он находился настолько близко, что я буквально чувствовала исходившее от него тепло.

- Могу я войти? – тихо спросил он.

Я молча вошла в дом, оставляя дверь открытой, в надежде, что Эдвард поймет мое беззвучное согласие. Я не могла выдавить ни слова, пораженная его присутствием. Его мягкие осторожные шаги за моей спиной отбивали глухой ритм моего сердца. Оно, как ни странно, не колотилось, наоборот – удары были тихими и рваными.

- Почему ты здесь? – озвучила я главный вопрос, не оборачиваясь.

Заглянув в его глаза, я бы рискнула попасть в плен эмоций, броситься в его объятья, забыть обо всех стенах, которые я выстроила за последние две недели. Я внушала себе, что Эдвард в прошлом, а теперь он здесь, и каждая клетка моего тела вопит о необходимости прикоснуться к нему.

- Чтобы все исправить, - отозвался он.

- Это невозможно, - холодно сказала я.

- Я должен хотя бы попробовать, - тихо сказал Эдвард.

Я смотрела перед собой, не мигая, думая о том, каким лишенным света и тепла был мой новый дом, особенно сейчас, когда здесь был Эдвард.

- Зачем? – я все-таки обернулась и посмотрела на него.

Мне казалось, все цвета вокруг высосали, на безжизненном фоне будто светился изнутри Эдвард: зелень его глаз, насыщенность красных губ, бледность лица буквально ослепляли меня.

- Потому что я помню.

Его слова выбили весь воздух из моих легких, мои губы задрожали, а глаза защипало от зарождающихся слез. Эдвард дернулся, намереваясь подойти ко мне ближе, но я остановила его жестом руки.

- Это невозможно, - повторила я разбито.

- Невозможно? – Его голос сорвался. - Почему?

- Потому что этого… - я провела дрожащей рукой между нами, - больше нет. Твоя совесть чиста. Тебе незачем говорить все это.

- Но это так! – надрывно сказал Эдвард. – Я помню каждую секунду, Белла. Я не могу поверить, что ты прошла через этот ад без меня.

Его лицо было перекошено от боли, в глазах плескалась вина.

- Ты чувствуешь себя виноватым, поэтому ты здесь, - отчаянно сопротивлялась я. – Ты не мог вспомнить.

- Девочка умерла в моих руках, а ее отец избил меня, - спокойно сказал он.

Я сдержала порыв подбежать к нему и утешить. Я больше не имею на это право. Физически ощущая, как рушится моя моральная защита, я постаралась взять себя в руки.

- Твоя семья сказала тебе, - продолжала настаивать я.

- Я говорил с тобой, когда ты была в коме.

- Элис говорила мне об этом. Она могла сказать и тебе.

- Она сказала тебе? – возмутился он.

- В больнице, когда ты был без сознания. Неважно.

Он скривился.

- Зачем, по-твоему, я здесь? Ты нужна мне. Ты не должна страдать из-за того, чего больше нет. - Он подошел ко мне вплотную, опьяняя своим присутствием, ослабляя мою решимость, и прошептал: - Я помню все, Белла… Я люблю тебя.

- Нет, - прошептала я, больше не сдерживая слезы.

Эдвард попытался обнять меня, но я его оттолкнула.

- Ты спасла Розали! - отчаянно прошептал Эдвард.

- Что? – пораженно спросила я.

- Ты вытащила ее из завалов. Без тебя она бы, вероятно, была мертва.

- Откуда ты… - Я не рассказывала об этом ни единой живой душе. Я почти не говорила об аварии с того самого дня. Эдвард не мог этого знать.

- Ты бормотала это во сне однажды. Элис могла знать это?

- Я не… Почему ты… - растерялась я.

- Я решил, что ты скажешь мне, когда будешь готова, - тихо сказал он, снова раскрывая руки для объятий.

- Ты не можешь! – сорвалась я. Слезы горячими дорожками потекли по моим щекам. – Ты не можешь просто взять и вспомнить! Я боролась за себя! Я сделала так, как ты хотел! Оставила тебя в покое, начала новую жизнь! Без тебя! – я кричала, обливаясь слезами, дрожа всем телом. Эдвард схватил меня и с силой прижал к себе. Я уткнулась носом ему в грудь, продолжая кричать, но мой голос срывался каждый раз, когда я наполняла легкие таким родным запахом. - А теперь ты здесь и думаешь, что это все исчезнет? Каждый день здесь был адом. Каждый день я говорила себе, что ты больше не со мной, что я не должна думать о тебе. Я старалась жить без тебя! Ты не можешь просто сделать вид, что этого не было, Эдвард!

- Тшш, моя девочка, - шептал он, укачивая меня в своих объятьях. - Я знаю... прости меня... я люблю тебя...

Я плакала в его руках, пока силы не оставили меня, и мое измученное тело не обмякло. Эдвард подхватил меня, не давая упасть, и сел на диван, удобно устроив меня на своих коленях. Я прижалась к нему, боясь, что он исчезнет, растворится и вновь оставит меня одну.

- Не делай так больше никогда... - прошептал он, целуя меня в волосы. - Не убегай от меня... Я больше этого не выдержу...

Я молчала, наслаждаясь теплом его тела, ударами его сердца напротив моего уха, его теплым дыханием, щекотавшим мою шею. Я подняла голову, наконец напрямую встречая его взгляд, который на этот раз светился отчаянной любовью. На его губах играла печальная улыбка, и я знала, почему - я видела свое отражение в его глазах и выглядела идентично. Снова живая. Снова дома. Снова рядом с ним. Его взгляд упал на мои губы, и я незамедлительно притянула его лицо еще ближе. Мы нуждались друг в друге, и я больше не собиралась сопротивляться этому притяжению. Его прохладные губы накрыли мои, и я растворилась в забытых ощущениях, о которых могла только мечтать, которых, как я думала, в моей жизни больше никогда не будет. Наш поцелуй был наполнен отчаянием и горечью пережитого, его руки были везде, удерживая меня рядом. Я притягивала его еще ближе, хотя это было невозможно, нуждаясь в подтверждении того, что он действительно здесь, со мной, что все это - не плод моего измученного страданиями воображения.

- Это были худшие дни в моей жизни, - признался он, когда мы оторвались друг от друга. - Когда Элис сказала, что ты уехала... во мне будто что-то умерло. Сердцем я всегда тебя помнил.

- Ты не виноват. - Я покрывала поцелуями его лицо. - Ты ни в чем не виноват.

Я почувствовала, как Эдвард напрягся в моих руках, и поняла, о чем он думал. Я не знала, смогу ли помочь ему смириться со смертью той девочки, но я буду стараться изо всех сил.

- Мы справимся с этим, я обещаю. - Я погладила его по щеке.

- Я знаю, любимая, - тихо сказал он. - Сейчас это не важно.

- Я люблю тебя, - сказала я, смотря прямо ему в глаза.

- И я люблю тебя, - прошептал он, проводя тыльной стороной ладони по моей щеке.

---

Очень жду вас на форуме!