Если Эмиль не может простить, тогда зачем все это? Зачем? Мне не нужны его жертвы. Мне не нужна Тень.

Лучше все разорвать. Разорвать в клочья.
Я устала. Слишком больно. Невыносимо больно.

Я не хочу так мучиться.

Натянув рюкзак на плечи, оглянувшись по сторонам последний раз, я вышла из купе.

«Прощай, Эмиль».

- Ты куда? – неожиданно раздалось у меня за спиной.

Мурашки по коже. Снова боль. Снова слезы выступают на глаза. Едва удерживаясь на ресницах.

Отпусти.

- Габи… - робко позвал. Подошел впритык.

Глубокий вдох. До боли прикусить язык и начать…

Резкий разворот.

Глаза в глаза.

- Эмиль. Я так больше не могу. Слышишь, не могу. Не хочу… Если не можешь быть мне любимым, то… и Тень мне не нужна.

Молчание.
Тяжелое немое молчание.

Значит, согласен?

Резкий разворот.

Шаг вперед.

Но вдруг его рука кандалами уцепилась мне за запястье.

Настойчиво потянул на себя.

Шаг в купе.

Я невольно пошагала за ним.

- Эмиль, - обреченно прошептала я.

Но почему не отпустить? Я прошу лишь капельку сострадания…

Лишь капельку…

Двери захлопнулись за мной.

Ловким движением отпустил мою руку.

Легким толчком в плечо облокотил на двери.

Подошел ближе, немного наклонившись надо мной, рукой нырнул к замку.

Щелкнул затвор.

Глаза в глаза.

И что ты от меня хочешь?

Но не успела я это в себе проговорить, как вдруг его руки неожиданно обняли меня за талию.

Прижали к себе.

В следующее мгновение такие любимые мне губки коснулись моих. Коснулись, срастаясь в неистовом блаженстве.

Я невольно застонала.

Невыносимо. Нереально.
Задыхалась.

Голова пошла кругом от передоза.

Эмиль все крепче и крепче прижимал меня к себе, руками уже проворно забираясь под футболку.

И снова невольный стон.

Неожиданно Готье подхватил меня на руки и развернул спиной к окну.

Шаг наощупь. Я уперлась в стол.

Чай печально затанцевал в стакане, вырываясь за края,… расплескиваясь по столешнице.

Но нам не до этого.

Его руки все властней и властней сжимали меня.
Губы страстно целовали, сводя с ума. Лишая рассудка.

Едва дышала.

Страстные поцелуи в губы, в щеки, в шею. Я чувствовала, как его язычок вырисовывал на мне полукруги, заставляя стонать от безумия.

Еще мгновение – и, уложив меня на мягкий бархатистый матрас сидения, жадно стянул с меня футболку.

Страстные поцелуи в грудь. Властные прижимания к телу.

Я содрала с него куртку.

Рубашка… Не было сил и времени играться с пуговицами. Стянула ее с него и жадно прижалась губами к телу.

Эмиль. Эмиль. Мой Эмиль.

Сумасшествие, сладкое сумасшествие, страстное безумие. Шальные поцелуи и неистовый экстаз.

***
Вы были хоть раз на седьмом небе?

А я была…

***
Тело все болело от напряжения. Сладкая боль. Сладкая усталость.

Мы лежали, обнявшись, сильнее тулясь друг к другу, словно от этого зависела наша жизнь.

Слиться. И никогда больше не расставаться. Никогда.

- Эмиль, робко позвала я. Мне важно, важно было это услышать. – Ты меня простил?

Секунды молчания. Тяжелой тишины.
- Ты проиграла пари, - неожиданно раздалось у меня за спиной. Некий глупый смешок. Некая «умная» шутка.

Передернуло. Моментально обернулась и уставилась в глаза.

Сердце печально сжалось и ойкнуло.

В горле запекла обида.

Милая улыбка плясала на его лице.
- Да шучу я, шучу, - не выдержал моего немого шока Готье. – Шучу. Это я его проиграл. Давно уже проиграл. – Робко, нежно коснулся своей тыльной стороной ладошки моей щеки. Нежно гладил, всматриваясь в глаза. Всматриваясь мне в душу. – Как школьник влюбился. И до сих пор без ума.

Пристыжено опустила взгляд.
Покраснела.

Эмиль улыбнулся. Радостно улыбнулся и поцеловал меня в губы.

***
И снова я лежу в его объятиях, лежу на его руке, всем телом притуляясь к его телу. Прижимаясь к Эмилю.

Нежно гладила рукой его плечо.

Мечты… Мечты… Седьмое небо.

Счастье.

Но зло не дремлет.

И снова дурные мысли. И снова я не могу остановиться.

Не могу.

- Эмиль…

- Да.

- А ты когда-нибудь поддавал меня гипнозу?

Неловкая тишина. Глаза в глаза.

Тяжелый вздох.

- Нет, - наконец-то выдавил из себя Готье. Отвел взгляд в сторону. – Ты так ничего и не ела.

- Не хотелось, - поспешно ответила я, тоже желая сменить тему, убрать неловкость из-за моего безумия, неугомонности. – Но сейчас… с удовольствием.

Радостно улыбнулась я.

Расселась на своей «постели». Ноги спустила вниз, жадно наступивши сверху на свои кроссовки.

Да уж, пол не теплый…

Остатки чая. Мокрые булочки, что едва не сваливаясь с края.

Разбросанный по полу рафинад.

Но из-за бешеного голода все это было за милую душу – жадные глотки холодного чая и божественные кусочки сладкой «восьмерочки».

- Может, тебе еще принести?

- Нет, нет, - торопливо ответила я. – Мне и этого хватит, - бубнила я с переполненным ртом.

И хоть мое положение мне позволяло лишь всматриваться в противоположную стену, но я все же замечала на себе пристальные взгляды Эмиля.

- Не смотри так на меня, - наконец-то не выдержала и с наигранной злостью прорычала я, едва дожевала очередную «порцию» булки.

- Почему? – ехидно улыбнулся Готье.

- Я стесняюсь.

Рассмеялся. Добродушно рассмеялся.

Но снова пожирающие взгляды. Снова не мог оторвать глаз.

- Ну, хватит, - пробубнила я, едва не давясь крошками и кусками пережеванного.

Вдруг его лицо невольно скривилось. Глаза стали серьезными. Тяжелый вздох.

- Я соврал тебе.

Дикий кашель вырвался наружу. Едва я осознала, что услышала, как коварная крошка проскочила в дыхательные пути.

Все еще пытаясь справиться с «назойливой гостьей», я развернулась к Эмилю и вопросительно уставилась в лицо.

Пару прощальных взрывов спасательного кашля.

- Что? – прорычала, как смогла из-за изодранного горла, да и еще напханного булкой рта.

- На счет гипноза. Был один раз.

Я выжидающе молчала. Боялась даже вздохнуть, а не то, что дожевать оставшееся.
- Помнишь, как ты вышла с больницы. Как пришла на пары… раньше времени. Как пришла ко мне.

Я понимающе кивнула.

- Ты пришла тогда ко мне, вся растерянная, в истерике. Такая влюбленная… Такая искренняя. Я пытался тебя остановить, я пытался тебе врать о своем отношении к тебе. Я пытался сделать тебе больно, невыносимо больно, что бы очнулась. Одумалась. Но ты как танк: проще застрелить, чем остановить…- нервно ухмыльнулся. – Я… В общем, - тяжело сглотнул, - в общем, я заставил тебя все забыть. Забыть свои чувства. Я сделал тебя мне другом, закупорив твои чувства на замок…

И опять вранье…

- И зачем все это? – бубнила сквозь напханный рот, все еще боясь жевать.

Нервно скривился.

- Я боялся. Я боялся своих чувств. Твоих чувств. Боялся искренности. Боялся отношений. В конце концов любви. Настоящей любви, а не интереса или привычки.

Шок. Шок и растерянность.

Оцепенение спало.

Я наконец-то прожевала свою булку и тяжело сглотнула.

Но ком в горле все равно торчал. Сдавливал и не давал свободно дышать.

Боль сжимала грудь. А страх ежил кожу.

Я не выдержу еще таких сумасшедших откровений…

- Прости меня, - робко прошептал Эмиль и уставился мне в глаза.

Снова тяжело сглотнула комок слюны. Тяжело выдохнула.

- Теперь мы квиты, - едва слышно прошептала я.

- Я простил тебя без мести. А ты сможешь?

Пристыжено отвернулась.

Покраснела.

- Конечно… да. Но просто мне нужно все это еще переварить, понять, принять…

- Я понимаю.

Неловкая тишина.

Я все еще смотрела бессмысленно на стену, едва не забывая дышать.

- Жуй давай, - послышался шуточный голос Эмиля, но все же вперемешку с неловкостью и болью.

Я, соглашаясь, невнятно кивнула.

Взяла в руки свой чай.

- Нам скоро уходить, - задумчиво прошептал Готье.

- Скоро? До Сиэтла еще час.

- Ты выйдешь не в Сиэтле. Ромул, наверняка, уже ждет, пока ты сойдешь с этого поезда. Так что добираться будешь обходными путями.

- А ты разве не поедешь со мной?

- Я буду рядом. Но на расстоянии. Ты главное не выдавай наше примирение. Пусть думает, что ничего не было. Что я тебя ненавижу. Что бросил. Это на руку. Ври, непременно ври. И остерегайся.

Нервно сглотнула.

- Не бойся, я не дам тебя в обиду, - ласково прошептал Эмиль и поцеловал меня в плечо.

Я благодарно улыбнулась.

***
Через пятнадцать минут поезд остановился на невзрачной, как для пригорода Сиэтла, станции.

Солнце скатилось к горизонту, покрасив небо в яркие краски. Розовый, фиолетовый, синий, голубой. Невероятный закат.

Но любоваться не было времени.

Меня ждет Гудвин в Сиэтле.

Мне нужно его найти. А дальше попытаемся вместе сбежать куда-то еще. Куда-нибудь, где Ромул меня не найдет. Туда, где ему я буду недоступна. Он должен бросить поиски. Это мой единственный шанс.

Эмиль заботливо завернул меня в свою куртку, пока мы добирались до шоссе и искали такси.
Минуты счастья добегали до конца.
Снова разлука. Невыносимая разлука… До боли, до слез, до истерики…
***
Ну, вот и все.

Дверки захлопнулись.

Таксист надавил на педаль.
Тронулись.

Я обернулась. Прощальный взгляд.

Эмиль мило улыбался, нарочно дразня меня своими насмешливыми складочками на щечке…
______________________
Форум