Я стала избегать его. Жалела, страдала, но продолжала это делать. Боялась ли я его? Наверное. Скорпиус долгое время был моим идеалом. Для меня он стал слишком особенным.
Мне еще с самого начала было известно, что Малфой не так прост, как мне хотелось бы. Он не способен любить, но может получить всегда, что захочет. Увы, я не могу отрицать это. После всего, что случилось, я до сих пор уверена, что он может вернуть меня, если у него возникнет такое желание. Однако эта мысль просто безумна.

"Альбус устало присел на скамью возле Роуз, и тихо начал жевать булочку с малиновой начинкой:
– Ну, фто тампф Макфгонафгалф говорфила? – пробурчал брат, не успевая глотать очередной кусок.
– Сначала прожуй, а потом спрашивай, – строго заключила девушка и продолжила читать реферат по астрономии. В последнее время, она мало спала, от этого под ёе глазами появились темные круги.
– Что-то ты грустная, – Поттер взлохматил волосы сестры и довольно улыбнулся.
– Ты мне, кстати, так и не сказал, чем тебя Малфой подкупил, – прошипела Роуз.
Улыбка Ала погасла.
– Ничем.
– Врешь.
– Нет, правда ни... – начал он, но кузина посмотрела него, осуждающим взглядом, и, тот замолк.
– Ну, хорошо, – вздохнул Ал, – он сказал, что расскажет Алисе Лонгботтом о моих чувствах.
– Чувствах? – не поняла Роуз.
– Мне нравится Алиса, – спокойно ответил Альбус, – правда, она об этом даже не догадывается.
– Алиса?! – Роуз удивленно смотрела на брата, – Она же... Она же дочь Невилла!
– Да, я знаю. Сейчас ты скажешь: "А он друг наших родителей и что с того?» - Ал фыркнул и демонстративно отвернулся. – Скорпи видел, как я на нее смотрел из-за угла.
– Тряпка, – отозвалась девушка и сложила на груди руки, думая: "А сама я – то кто?" – ты ей и в подметки не годишься.
Альбус надулся:
– Хорошего же ты обо мне мнения!
Роуз строго посмотрела на брата:
– Хорошего. Что бы знал, как продаваться Скорпиусу Малфою.
– Я не продавался!
– Неужели?
Ал хмыкнул, но предпочел молчать. Разве можно переспоришь сестру, которая умнее всех на курсе?"

Я догадывалась, что не все так просто. Малфой испугал его. Разве можно доверять после этого слизеринцам? Донна права – им дозволено все.
Боюсь, что в следующий раз я просто не смогу ему отказать. Ведь я очень слабохарактерная, когда дело касается его. И если он снова посмотрит мне в глаза, боюсь, лишусь последних остатков гордости.

"Роуз бросила маленький снежок в кузена и залилась смехом. Наконец, она чувствовала себя как обычная школьница. Альбус делал все, чтобы девушка снова начала смеяться, он так хотел, чтобы все стало на свои места.
– Роуз, – позвал ее знакомый голос.
Гриффиндорка повернулась и увидела Элвина Ленса.
– Эл! – весело отозвалась девушка и пошла навстречу парню.
– Можно тебя на минутку? – улыбнулся он и протянул ей руку.
– Да, – неуверенно ответила Роуз и последовала за парнем. Альбус проводил сестру взглядом и решил отправиться в замок на обед.
Когда они отошли, Элвин повернул девушку к себе и, сжимая ее ладони в своих руках, сказал:
– Роза, ты хочешь со мною встречаться?
Девушка сильно испугалась:
– Эл, я...
– Она встречается со мной, – прервал девушку Скорпиус, подойдя поближе, притянул гриффиндорку к себе.
– Роуз, это правда?
– Да, – не дожидаясь ответа Роуз, заявил Малфой, – Ленс, ты же знаешь, что все к чему я прикасаюсь, принадлежит мне.
Элвин побледнел:
– Но, ты, ничего мне не говорила...
– Вот, ты, и узнал, – лениво протянул Скорпиус.
– Глупости, – тихо сказала девушка, вырываясь из рук Скорпиуса.
– Глупости?! – прошипел слизеринец.
– Глупости, – повторила девушка. Эл посмотрел на Роуз и протянул ей руку, но Скорпиус уже среагировал."

Мне не хватало воздуха. Тело била мелкая дрожь, разум отключился.
Он целовал меня.
Что я ощущала? Приятное тепло и нежность его губ. Казалось, сердце вот-вот вырвется из груди.
– Нет! - резко крикнула я, – Не трогай меня! Не надо!
Не дожидаясь ответа, я поспешила скрыться. Ноги принесли меня к портрету «Полной дамы» и сразу же обмякли, отчего я рухнула на пол.
– Пароль? – спросила Полная дама, но ничего не ответив, я только тихо заплакала. Мне нужно было подумать. Как-то слишком быстро он обратил внимание на меня. Как? Почему?
Поздно. Он нашел меня.
Скорпиус прижал меня к себе и посмотрел в глаза:
– Почему же ты убегаешь?
Я отвернулась:
– Пусти меня.
– Нет.
– Пусти!!!
Но Малфой только сильнее сжал мои руки, и я заплакала. Мне уже было все равно.
– Почему ты всегда говоришь мне гадкие вещи?! - я чувствовала, что мой голос срывается, что слезы текут по моим щекам.
– Потому что... – Скорпиус смотрел в пол, потом резко отпустил меня и схватился за свои длинные волосы, как бы желая прийти в себя, – Потому что...
– Ты ненавидишь меня, верно? Ты сам мне это говорил! Всегда ненавидел! Я же дочь грязнокровки! Ты должен ненавидеть меня! – я уже не пыталась сдержать слез, и голос охрип. Скорпиус поднял голову и снова посмотрел мне в глаза. При других обстоятельствах, я бы сказала, что они полны боли, но разве Малфои чувствуют боль?
Я отвернулась и направилась к входу в башню, но он схватил мою руку, сильно дернул и прижал к стене, наклонившись к моему лицу вплотную.
– Да, – процедил он – я ненавижу тебя. Терпеть не могу! Ты мешаешь мне жить! Ты отравляешь меня! Черт!
Я чувствовала что задыхаюсь, что сил нет стоять, еще немного и упаду.
– Я уйду, – спокойно сказала и отвернулась, – уйду, чтобы больше не мешать тебе. Я уже говорила это.
– Замолчи! – заорал Скорпиус и резко повернувшись, обнял мое лицо своими ладонями и сильно и почти больно поцеловал. Очень дико, словно пытаясь показать мне, что он сам чувствовал. Я высвободила свои зажатые им руки и обвила его шею, пытаясь еще сильнее прижать его к себе.
Когда мы успокоились, я быстро отошла от него:
– Оставь меня.
– Нет, – хрипло отозвался Скорпиус.
– Ты же знаешь, что я так не хочу.
– Все будет не так.
Я удивилась:
– Откуда тебе знать? Я и так потеряла свою гордость.
– Ты, не потеряла, – тихо сказал он. – А подарила. Мне.
Как-то неожиданно я улыбнулась:
– Но, ты, же никогда ничего не обещаешь, верно?
– Да.
– Значит, без гордости и обещаний?
– Верно.
Мы, наконец, посмотрели друг другу в глаза. Я не знала, жалеет ли он. Не знала, думает ли он так на самом деле, но мне показалось, что что-то изменилось.
Возможно, он никогда не станет полностью моим, но он уже пообещал мне, говоря, что все будет "Без обещаний".