Глава 15. Диагноз (от лица Эдварда)
Я замер на пороге. Сердце мое в который раз сжалось от боли, которая с каждым днем становилась все сильней. Я не знал, что произошло тогда в палате, но в одном был уверен точно: все это произошло по моей вине. Я проклинал себя за то, что поддался эмоциям и решил попрощаться с ней. Я взглянул на Беллу. Она сидела на стуле и смотрела, не моргая, в одну точку. Глаза были словно стеклянные, из них исчезла жизнь. Руки безвольно лежали на коленях. Румянец исчез с ее ввалившихся щек. Белая тонкая кожа, казалось, стала еще бледней. Это продолжалось уже больше двух месяцев с того вечера. Она пришла в себя, но никого не узнавала, ни с кем не разговаривала и ни на что не реагировала. Просто сидела на стуле и смотрела в одну точку. Чарли и Рене были в отчаянии, и целые дни проводили в больнице, разговаривая с Беллой и ухаживая за ней. Мне и Джейкобу тоже было разрешено навещать ее, несмотря на бурные протесты Чарли. Но Рене надеялась, что это поможет Белле. Но ни меня, ни Джейкоба она тоже не узнавала. Просто сидела и смотрела в одну точку. Но кое-что все-таки изменилось. Я слышал ее мысли и видел все, что творилось в ее голове. Но это еще больше вгоняло меня в отчаяние. То, что я видел в ее мыслях, наполняло меня ужасом. Всегда одна и та же, но не менее страшная картина: темные своды деревьев, под ними ковер изо мха, на нем сидит маленькая испуганная овечка, она оглядывается по сторонам и в эту самую минуту из-за деревьев на нее набрасывается лев. Она пытается бежать, но он догоняет ее в два счета и валит на мох. Овечка не сопротивляется и лев, обнажив клыки, вцепляется ей в шею. Внезапно он поднимает голову, и я вижу вместо него себя. Глаза черны, словно ночь, мышцы напряжены и изо рта струйкой стекает кровь, а вместо овечки лежит растерзанная Белла. Словно наваждение, это видение повторяется вновь и вновь.
- Сынок, – тихо позвал меня Карлайл и положил руку на плечо. После того, что случилось вся семья, осталась в Форксе. Отец снова устроился в больницу, братья и сестры пошли в школу. Элис часто приходила со мной к Белле. Ее очень беспокоило то, что она совсем перестала видеть ее будущее. Ни человеком, ни вампиром. Я тяжело вздохнул, защищаясь от болезненных воспоминаний последних двух месяцев. Сегодня был важный день. Должны были прийти результаты диагностики состояния Беллы из Швейцарии. За это время отец подключил все свои связи в медицине. Но ответ был только один: «Вылечить невозможно». Это звучало как приговор.
- Пришел ответ из Швейцарии, – тихо произнес отец. Я вопросительно посмотрел на него, моля все высшие силы о том, чтобы этот последний шанс стал спасительным.
- Я не открывал конверт. Он у меня в кабинете, - устало произнес Карлайл.
Я тут же вышел из палаты и помчался по коридору. Конверт лежал посередине стола. Чуть помедлив и сделав глубокий вздох, я решился открыть его. Пробежав быстро глазами по бумаге, я опустился на стул. Последняя надежда растаяла как дым.
- Мне очень жаль сынок
Я посмотрел на отца, который плотно закрыл за собой дверь и сел в кресло напротив меня.
- Значит это все? Шансов нет? Она навсегда останется такой? – одними губами отчаянно прошептал я. Я был раздавлен своим бессилием. Казалось, что голова налилась свинцом, и я опустил ее на руки, заблокировав все голоса. Тишина звенящей пустотой обрушилась на меня, и я впервые осознал, что значит полное отчаяние.
- Эдвард, – позвал меня отец, но я не пошевелился, терзаемый бессильной яростью.
- Эдвард… Ее еще можно спасти
Я поднял голову и посмотрел отцу в глаза.
- Сынок, - Карлайл подошел ко мне и обнял за плечи. – Я знаю, что ты не хочешь этого, но только так ей можно помочь. Обрати ее.
Постепенно смысл его слов начал доходить до меня. Я знал, что если бы оставался, хотя бы малейший шанс спасти ее, отец бы им воспользовался. Я посмотрел ему в глаза, и он покачал головой. Значит надежды больше нет. Пару минут я сидел, молча пытаясь осознать всю безнадежность ситуации. Столько усилий я приложил к тому чтобы оставить ее человеком, но судьба не оставляет мне выбора. Но на секунду представив Беллу здоровой, веселой и бессмертной, я уже не мог оторваться от этого образа.
- Карлайл… А это точно поможет? – с надеждой спросил я.
- Я в этом уверен. Сынок, пойми, у нас нет другого выхода. Я не могу оставить ее в таком состоянии. Обречь ее на бессмысленное существование. Я люблю ее как дочь и не позволю мучатся. Но только…
- Что? Что только? – в нетерпении почти выкрикнул я.
- Эдвард не все так просто. У Беллы есть родители. И еще... Наше соглашение с оборотнями…
- С оборотнями я поговорю, а вот Чарли меня вряд ли послушает, - тяжело вздохнул я. Появившаяся надежда начала понемногу угасать.
- Я сам поговорю с ним. Я думаю, мне удастся его убедить.

Карлайл задумался на пару секунд.
- Но будет лучше сначала поговорить со стаей. Я не уверен, что они согласятся.
Я в ярости сжал кулаки. Они не посмеют… А если и посмеют…
- Мне плевать. Я обойдусь и без их разрешения.
Карлайл тяжело вздохнул и подошел ко мне, потом тихо, глядя мне в глаза, произнес:
- Эдвард, пожалуйста, не делай глупостей. Ты сам прекрасно понимаешь всю сложность этой ситуации. Это опасно, прежде всего, для Беллы. Я очень тебя прошу, держи себя в руках. Я понимаю, что ты чувствуешь, но сейчас не время для эмоций. Я верю в тебя сынок.
Я смотрел в золотые глаза своего отца и видел в них только глубокую веру в меня и любовь. Я знал, что он прав и мне надо быть сосредоточенным и осторожным, чтобы еще больше не осложнить жизнь Белле и своей семье. Карлайл сжал мое плечо.
- Мне пора к пациентам.
Мы вместе с отцом вышли в коридор и разошлись в разные стороны. Мне предстояло поговорить с Джейком. Несмотря на нашу неприязнь, я не мог не признать того, что он искренне любит Беллу. Как бы сильно он меня не ненавидел, для нее он желал только счастья. И я очень надеялся, что он согласиться на ее обращение. Не может же он не понимать, что это единственный шанс хотя бы частично вернуть ей нормальное существование? Я очень надеялся, что Джейкоб выслушает меня и примет правильное решение…
-Сынок? – оторвавшись от бумаг, Карлайл обеспокоенно посмотрел на меня. Но увидев, что я улыбаюсь, облегченно выдохнул. Прошло всего два часа после того, как мы расстались, но я знал, что отец переживает за меня.
- Стая согласна. Они сделают исключение для Беллы.
Карлайл встал из-за стола и подошел ко мне.
- Чарли в больнице. Пора мне поговорить с ним.
Отец вышел за дверь, прошел по коридору и остановился почти в самом его конце возле палаты Беллы. Затем тихонько постучал в дверь и попросил Рене позвать Чарли в коридор. Я опустился в кресло и принялся слушать.
- Здравствуйте, Чарли, – вежливо поздоровался Карлайл.
- Доктор Карлайл? Есть какие-то новости? - с надеждой спросил Чарли.
- Да, но я даже не знаю, как вам сказать об этом. Пришел ответ из Швейцарии. В общем… - Карлайл напряженно замолчал.
- Что? Говорите! – в нетерпении почти выкрикнул Чарли.
- Беллу можно вылечить, но… Но вам придется с ней расстаться на пару лет. Это закрытый пансионат, туда не пускают даже близких родственников. Разрешены только звонки, да и то только после полугодового пребывания там,– тихо и спокойно произнес Карлайл.
Я слышал, как сердце Чарли замерло на несколько секунд и дыхание остановилось.
- Это ей поможет? Это вернет мою девочку к жизни? – отчаянно зашептал Чарли.
- Да. Поможет.
Мысли Чарли путались, я с трудом мог разобрать их. Молчание затягивалось, и я начал нервничать.
- Чарли, я пойму, если вы откажитесь.
- Нет. Она моя единственная дочь и если там ей помогут, я готов на все, - тихо произнес Чарли. - Только надо будет немного подождать, пока я продам дом и соберу деньги на лечение.
- Чарли, это не к чему. Там работает мой хороший друг, он согласился взять Беллу на льготных условиях. И я поеду с ней, чтобы следить за ее состоянием и убедиться в том, что в пансионате достойные условия. Я обещаю позаботиться о ней.
- Когда можно будет ее отправить?
- Нужно пару дней на подготовку документов и на выписку. А потом можно сразу ехать. Надеюсь, Рене не будет против?
- Нет. Я поговорю с ней. Спасибо, Карлайл, - тепло поблагодарил Чарли.
- Не за что. Я тоже люблю Беллу как дочь, - отец пожал ему руку.
Я застыл в немом оцепенении, не веря, что все получилось. Еще пару дней и … Тут меня накрыл ледяной страх. Вдруг я убью ее вместо того чтобы помочь? На секунду мне показалось, что лучше кому то другому сделать это. Но … Я сам должен был обратить ее. Ведь это единственное чем я мог помочь ей…
Прошло три дня. Все это время я охотился, пытаясь насытиться как можно больше. Сегодня Беллу выписывали, и Карлайл должен привезти ее к нам. С самого утра я не находил себе места, блуждая по всему дому. Наконец, я услышал звук подъезжающей машины и бросился на улицу. Через пару минут отец остановился возле меня. Я открыл дверцу, вытащил Беллу из машины и на руках отнес в комнату. Вся семья столпилась у меня за спиной, наблюдая за тем, как я укладываю Беллу на кровать, поправляю ей волосы. Я погладил ее по щеке и повернулся к ним. Страх вновь овладел мною.
- Ты справишься сынок, - тихо сказал Карлайл и жестом попросил всех выйти.
- Эммет, Джаспер и Карлайл не уходите далеко, – попросил я.
Братья молча кивнули и вышли за дверь. Белла неподвижно лежала на кровати и смотрела в одну точку. Казалось, что она даже не заметила, что ее увезли из больницы. Я подошел к ней и взял за руку, она даже не пошевелилась. Запястье было таким тонким, что мне казалось, что я могу его сломать. Когда я нес ее в комнату, она в моих руках была, словно пушинка, казалось, что она похудела как минимум на двадцать фунтов. Я заглянул в ее глаза и, в который раз, провалился в их безнадежную, непроглядную темноту. Сердце болезненно сжалось. Я сделал над собой усилие, присел на кровать и мои губы коснулись ее шеи.