Вылетев из дома, я бежала так быстро, как только могла. Я бежала по сумрачному лесу, следуя за только взошедшей первой звездой. Она, как и я, пыталась показать себя храброй и бесстрашной, но тоже обожглась, когда ее накрыло темное облако, которому она даже не сопротивлялась…

Мимо меня проносились вековые сосны, тянущиеся к луне. Сегодня также как и семь лет назад новолуние, только теперь Я бегу от себя, от своей сущности, от самого дорогого мне человека…
Мне было нестерпимо больно видеть природу, которая показывала все мои ошибки и неудачи.

Поэтому рухнув на землю, я не стала сдерживать слезы, которые душили меня из нутрии. Мне хотелось, чтобы вся эта боль, сдерживаемая мной все эти годы и делавшая вид, что ушла, не разгоралась и не нападала на мое и так давно разбитое, стертое в пух и прах сердце. Я просто уже не могла противостоять ее, она была в сотни раз сильнее и настойчивее, чем раньше. Но она не убивала, а наоборот давала тот так давно желанный глоток воздуха, точнее мук, который заставлял почувствовать себя живой, настоящей, а не призраком делавшим все для того, чтобы другим была намного лучше, чем ему…

Я столько лет старалась жить для других, что начала верить в то, что я и правда на это способна. Но как оказалось это не так. Я всегда жила только ради него и всю мою новую с огромным трудом выстроенную реальность, разбил один лишь взгляд на самое родное и единственно любимое лицо.

Увидев его, я была готова прыгать от счастья, но осознание реальности пришло ровно в туже секунду. Поэтому я и замерла, увидев их. Я была не готова ко всему. Я не знала, что будет дальше.

Я не знала? А сейчас знаю?! Нет! Я снова и снова врала себе! Я не знаю ничего, кроме того, что они здесь…

Но дальше продолжить размышлять я просто не могла. У меня не хватало сил на то , чтобы разобраться с настоящим, не то, что с будущим. Мне сложно думать даже над прошлым, но надо.

Я столько лет мечтала увидеть его, а сейчас…

А что сейчас? Я все также сильно люблю его и мечтаю быть с ним, но…

Я его простила, но …

Да, теперь есть НО! Я не верю ему! Я впервые в жизни именно боюсь поверить. Я просто не смогу пережить эту боль еще раз. Не смогу…

Придя к этой мысли, я ужаснулась. Я не знала, а захочет ли он. И вообще, кроме взгляда наполненного болью и неверием ,ничего о нем не знала! Я не знала как он жил все эти семь лет, что он почувствовал на самом деле, увидев меня, и самое главное я не знала, были ли его слова ложью.

Я всегда пресекала каждую мысль о том, чтобы прочитать их мысли или просто как-нибудь узнать как они живут. Я знала, что сделав это, я обязательно приду к ним и стану просить принять меня. Поэтому мне и плохо сейчас от того, что я ничего не знаю.

С такими мыслями я пролежала до утра и, встретив рассвет, поплелась домой. Зайдя, ко мне сразу же бросился Тони и начал расспрашивать. Но я с трудом остановив его тираду, попросила сначала отдохнуть, а потом пообещала рассказать все новости и причину моего странного побега.

Мне повезло, дома были только Карлайл, Эсми и Джаспер, поэтому я смогла спокойно принять душ и поспать пару часов. Но когда я проснулась домой пришла остальная часть семьи Калленов, и пришлось вести разговор с Тони при всех.

- Извините за то странное поведение Арвен и предлагаю познакомится заново, - начал Эн, - Итак, это Андомиэль Мари Свон, моя бывшая воспитанница.

Совладав со своими эмоциями, я одела дружелюбную улыбку.

- Здравствуйте, можно просто Арвен. И искренне рада знакомству, - ответила я, обводя их всех взглядом, но ни на ком не задерживаясь.

На их лицах был написан шок, в мыслях сущая путаница. Они сравнивали меня с той Беллой, которую знали и… любили? Я была поражена. Я ожидала чего угодно, но только не этого! Все, даже Розали мысленно просили прощения и глубоко сожалели о том, что уехали тогда. Это было не мыслимо. Но прислушавшись, я сложила весь этот пазл.

И оказалось, что именно Эд заставил их уехать, фигурируя это тем, что мне будет лучше без него. Я сначала разозлилась, но позже увидела все эти семь лет их жизни. Никто не смеялся, не улыбался, по-настоящему. Все ходили строя на лице примерно нормальное, обыденное лицо, но все замечали изменения, последствия переезда. И всем было ужасно больно видеть друг друга в таком состоянии, но больнее всего им было лицо… Его лицо. Боже, я до сих пор не могу произносить его имя, даже в мыслях.

Они видели его лишь раз в два, а то и в три месяца сначала, но после моих похорон он сдался и вернулся жить к ним. Точнее сначала пытался отправится в Вольтерру, но его поймали и посадили в комнате под постоянным надзором и в течении года он сдался, но превратился в призрака. Так как в доме было лишь его тело, никаких эмоций и даже действий. Как он однажды сказал, когда Эм пытался вытащить его на охоту: « У меня нет души! Она все, что было! Моей душой, сердцем и смыслом!» Это подвергло всю семью в шок тогда, он впервые за несколько месяцев заговорил. Но дальше все пошло как и ранее. Отвечал кратко и только на заданные в слух вопросы. Забросил музыку и проводил практически все время в соей комнате, глядя в окно на горизонт.

Он выглядел несчастным и никто ничего не мог сделать…