– Да? – отозвалась я, посмотрев на него, он заглядывал в салон с противоположной стороны.

– Я иду платить за бензин, тебе что-нибудь нужно? – поинтересовался он.

– Хм... если у них есть кофейный аппарат, было бы неплохо выпить стаканчик, – ответила я, решив воспользоваться лишней возможностью выпить любимый напиток. – Только крепкий и без сахара, пожалуйста.

– Окей. И подними стекла. – Сказав это, он ушел.

Я поспешила выполнить его просьбу, не испытывая ровно никакого желания рисковать, а так хотя бы создавалась иллюзия безопасности. Мне показалось, что этот водитель, который скрылся за стеклянными дверьми с табличкой 24/7 был истинным, как и Эдвард. Только сейчас я неожиданно заметила, что, уходя, он не заблокировал двери и ключ остался на месте. Доверяет мне?

Беги, Белла, это твой шанс, - раздался тихий соблазнительный шепот в моей голове. - Убегай. Немедленно!

До этого момента я не задумывалась о новой попытке бегства. Не уверена, потому ли, что я смирилась со своей участью, или же потому, что не выпадало подходящей возможности. Прежде обстоятельства складывались не в мою пользу, и только сейчас у меня появился реальный шанс сделать ноги. Вопрос лишь в том, осмелюсь ли я на это... думала я, глядя на Эдварда через стеклянные двери, пока тот стоял у кассы, не подозревая о том, что было у меня на уме.

Сейчас или никогда, - пронеслось в моей голове.

Охваченная, невесть откуда взявшейся отчаянной решимостью, я действовала быстрее, чем приходило понимание того, что я делаю. Это был как порыв, безудержный, неугасаемый, сильный и... бездумный.

Я отцепила ремень безопасности и быстро перебралась на водительское сидение. Пристегиваться я не стала, чтобы не тратить время, которого у меня и без того было слишком мало. Я провела ладонями по гладкой коже руля, ощутив невероятной силы прилив адреналина в кровь. Безумие в чистом виде. Здравый смысл кричал мне «что я делаю?», но остановить меня было уже невозможно. Одной рукой я обхватила ключ, воспоминая последовательность действий Эдварда. Водить я, конечно же, не умела, но это занятие не показалось мне слишком сложным, я была уверена, что смогу повторить все безошибочно.

Если развить высокую скорость, он не сможет догнать меня, и в конечном итоге я смогу оторваться, - размышляла я.

Угнать машину Эдварда было безумием, но в любом случае, отступать было поздно - пока я размышляла, пальцы на ключе и ноги на педалях действовали. Воздух наполнился ревом двигателя, и машина резко сорвалась с места, что привело меня в глубочайший восторг. Я готова была по-детски захлопать в ладоши, если бы мои пальцы не сжимали руль мертвой хваткой, а тело не было зажато в напряжении. В остальном же я была горда собой. Трудно было поверить в то, что теперь я была свободна. Но надолго ли это?

Беги, Белла, беги... У тебя есть шанс. Главное – не останавливаться.

Я рассмеялась, хрипло и громко, как законченная истеричка – нервы находились пределе – и посмотрела в боковое зеркало заднего вида – заправка осталась позади. Ха-ха, прощай, Каллен! Но когда я вернулась к наблюдению за дорогой, крик ужаса застыл глубоко в горле.

Нет, на меня не ехала встречная машина, и обрыв или железное ограждение не маячили впереди. Это было хуже, гораздо хуже. Впереди стоял Эдвард. Его прекрасные черты исказила гримаса гнева, челюсти плотно сведены и сжатые кулаки, опущенные вдоль туловища, испепеляющий яростный взгляд... он выглядел как дьявол. Я не успела что-либо предпринять, окаменев от страха. Я собью его или что!? Паника охватила меня кольцом, сдавливая легкие. Это было настолько безрассудно!

Когда бампер практически коснулся его ног, Эдвард молниеносно выставил руки ладонями вперед и без особо труда остановил машину. Колеса заскрипели по асфальту, раздался скрежет металла. Меня бросило на руль и только чудом удалось не вылететь наружу через ветровое стекло.

Ну все, хана тебе, Белла, - где-то на грани сознания пронеслась полная отчаяния мысль. – Допрыгалась, теперь он точно убьет тебя. Ну что, довольна собой? Получила то, что хотела? Гордишься своей глупостью? Браво, потрясающее шоу. Не слышу аплодисментов.

Хотелось заплакать от слабости, но я не могла даже пошевелиться, лежа грудью на руле. Соизмерив масштаб гнева, который теперь обрушиться на меня, я пожелала быть мертвой прямо сейчас. Звук открываемой дверцы заставил меня вздрогнуть и выпрямиться по струнке смирно.

– Тебе не кажется, что угнать мою машину было плохой идеей? – убийственно спокойный низкий голос Эдварда производил впечатление в стократ мощнее, чем разъяренные рычание, он впился в меня взглядом, от которого внутри все покрылось толстой коркой льда, я смотрела на него в исступлении и не могла промолвить ни слова. – Ведь я предупреждал тебя, не делай глупостей, а ты не послушалась. Проигнорировала мое предупреждение. Снова. Думала, я не сдержу свое слово? – шипел он.

– Нет-нет, ¬– я предприняла жалкую попытку оправдаться, но Эдвард и этого не позволил, резко оборвав меня:

– И правильно, потому что я никогда не бросаю слова на ветер – тебе стоит запомнить это навсегда. Если я сказал, значит сделаю, – он приблизился, протягивая ко мне руки, что заставило меня попятиться назад, он говорил не спеша, но так, что душа уходила в пятки от звука его голоса. – Или ты думала, что сможешь безнаказанно попытаться сбежать и вообще – сбежать? Неужели думала, что я позволю тебе сделать это..?

Эдвард загнал меня в самый угол, прижав собой к дверце с противоположной стороны, нависая надо мной, как воплощение ужаса. Сердце пустилось вскачь, меня затрясло от страха, потому что Эдвард зачем-то потянулся к моей голове с абсолютно безумным выражением на лице – в нем полностью отсутствовал здравый смысл.

Спасите! Помогите!

– Прости, прости... не делай мне больно, прошу тебя, – слова полились из меня невразумительным потоком. Господи, а ведь все так хорошо начиналось. Я оцепенела и, кажется, даже перестала дышать, боковым зрением следя за тем, как его рука коснулась моего лица, нежно (!) погладила щеку, скользнула по волосам...

А он все говорил своим холодным, как лезвие ножа, голосом...

– Ты выводишь меня из себя Белла. Ты постоянно это делаешь, – шептал он, гладя меня по голове, пробираясь к «хвосту». – Глупая. Наивная. Девочка, – с последним словом он накрутил мои волосы себе на ладонь и резко дернул ею вниз, заставив меня закричать так громко, что должно быть, было слышно на самом берегу океана. Боль была ужасной, я вся, казалось, превратилась в эту боль.

Слезы фонтаном брызнули из глаз, я не могла произнести ни слова, дрожа всем телом. Незаметно, как мне казалось, для Эдварда я потянулась к запертой двери, на ощупь пытаясь отыскать ручку, как будто это имел смысло в моем тяжелом положении. Я понимала, что ничего не добьюсь этим, но я не могла не ничего не делать. Распознав мои намерения, Эдвард грубо обхватил мою руку своей рукой и завел ее за мою спину, что причинило еще больше боли, похоже, он не заботился о том, что может сломать мне кости. Я снова закричала, ощущая во рту соленый привкус слез.

– Кричи сколько хочешь, никто тебе не поможет! – Эдвард рычал в мое лицо, натянув волосы еще сильнее. Я думала, он сорвет их с моей головы вместе с кожей, и не было ни единого шанса, что он отпустит их прямо сейчас. Я провинилась и должна быть наказана. Это неизбежно.

– Нет, нет, не надо..! – слезно умоляла я.

– Как будто ты могла убежать от меня! – раскатом грома на меня обрушился этот властный голос. – Тебе никогда не сбежать, Белла, никогда!

– Я... не... буду, – прошептала я слабо, чувствуя себя такой маленькой и абсолютно беспомощной.

– Скажи это Белла, – приказал он, сильнее натягивая мои волосы, что заставило еще один громкий крик вырваться из горла. – Вслух!

Я приказала себе собраться с силами и сказать то, что он требовал от меня, потому что только после этого он отпустит меня. А, может, и нет, может, и не отпустит.

– Я больше не буду так делать, – сквозь слезы пропищала я, наклоняя голову назад, пытаясь таким образом уменьшить натяжение моих волос. – Обещаю.

– Конечно, ты не будешь, – приторно-сладким голосом согласился мой мучитель, однако я знала, что не могу доверять ни одной его интонации. Эдвард выпустил мою руку из стального своего захвата, отпустил волосы, уменьшив поток моих рыданий, пульсирующая же боль не утихала, а только усилилась. Я съежилась, вжимаясь в сидение, притянув к себе колени и спрятав в них лицо, жалея себя. Зачем, зачем я сделала это, ведь понимала, что наказания не избежать... теперь было поздно винить себя.

– Прости, пожалуйста, – прошептала я еле двигающимися губами.

– Просмотри на меня, – спокойно попросил Эдвард, он приподнял мой подбородок пальцами, заставляя меня смотреть в его темные, почти черные глаза. – Не советую тебе испытывать мое терпение, оно не безгранично, – предупредил он четко.

– Я сожалею, я не хотела этого делать или... нет, – я покачала головой, прикрыв глаза, – хотела, но.. не хотела. Не знаю, что на меня нашло, просто.... ох, – я замолчала, не находя слов, одинокая слезинка выкатилась из уголка глаза, скатилась по щеке и приземлилась на руке Эдварда. Он по-прежнему смотрел на меня с напряженно сведенными бровями, но ярость его потухла.

– Я прощаю тебя на этот раз, – уступчиво сказал он и следом пригрозил, – но если что-нибудь подобное повторится снова, я обещаю тебе много боли и долгую, мучительную смерть. Ты ведь этого не хочешь?

Я яростно замотала головой.

– Вот и отлично. Умница, Белла, это правильное решение. Надеюсь, впредь ты будешь вести себя разумно.

__________________________________________________________________________________