- Она страдает.

- Она привыкнет.

- Эдвард не принял её.

- Принял.

- Но не в том качестве.

- Я думал, ему будет проще.

- Ему проще в своём одиночестве.

Молчание.

- Ему нужен кто-нибудь.

- Да, Карлайл, но это не она. Ты не можешь решать за других.

- Знаю.

- Не кори себя.

- Я не могу.

Молчание.

- Она привыкнет?

Молчание.

- А ты? Ты привыкла?

- У меня есть ты. У меня всегда был ты.

Я стояла возле окна в своей комнате Бог знает сколько времени. И смотрела на нескончаемую зиму.

А Бог знает?

Знала ли я несколько месяцев назад, что ждёт меня? Знал ли Карлайл, на что обрекает меня, обрекает каждого из нас, меняя естественный ход вещей?

Выходит, теперь он - мой создатель?

Спор внизу продолжался. Это было унизительно. Ещё унизительнее было то, что моя несостоявшаяся пара и мой недовольный тюремщик находился рядом со мной и тоже слышал каждое, сказанное слово. И даже больше. Слышал их мысли.

С одной стороны я была рада, что мне не доступно это.

Могла бы я выдержать подобное? Знать слишком много - тяжёлое бремя. Быть тем, чем я стала - тоже бремя.

Бесцельное, бесполезное существование. Но пока что у меня была цель.

Ройс и его друзья.

Эта мысль постепенно формировалась в моём сознании, пока не приняла форму определённого, чёткого плана, ставшего самоцелью.

- Не стоит, Розали, - прервал мои мысли Эдвард.

- Я всё равно сделаю это, - упрямо повторила я.

- Это может стать началом конца. Возможно, ты не вернёшься к прежнему существованию... после.

Мы не называли нашу жизнь жизнью. По какому-то молчаливому согласию. И это вовсе не было игрой слов. Каждый из нас, глубоко внутри себя чувствовал эту разницу. Я ещё чувствовала вкус нового дня, сменяющего ночь. Но для Эдварда и других эти рамки стёрлись. Наверное, меня ждёт та же участь.

- Я смогу, ты недооцениваешь меня.

Он хмыкнул. - Может, это ты переоцениваешь себя?

Я посмотрела, как я надеялась, презрительно, зная, что моё новое, ещё более идеальное лицо может передать эмоции недоступные простым людям. Но зачем ему читать по моему лицу, когда он может преспокойно залезть ко мне в голову?

- Твои мысли не трогают меня, - он пожал плечами.

- Я разговариваю только вслух, - с нажимом ответила я. - Прекращай копаться у меня в голове.

- Тогда думай вслух, - Эдвард ухмыльнулся.

Я снова отвернулась к окну, чувствуя, как солнечный свет скользит по моей блестящей от его прикосновений коже. Но он не грел меня. Хотя я не потеряла возможности чувствовать его ласку.

- Не надо ненавидеть Карлайла, - тихо произнёс Эдвард, - за то, что он сделал с тобой.

- А ты? Ты разве не ненавидишь его? - поджав губы, спросила я и обернулась.

- Я прошёл уже этот этап, - он не моргая смотрел на меня своими чёрными глазами, которые, как я знала, могли быть светло-янтарными. Но он давно не охотился. Запертый в доме, не только хорошей погодой, но и обязанностью следить за мной. - Поверь, ты не можешь ненавидеть его больше, чем он уже сам ненавидит себя.

Я снова фыркнула и уставилась в окно.

- Розали, если ты хоть раз попробуешь человеческую кровь, тебе будет сложно сдерживаться дальше. Ты пока не знаешь, каково это на вкус и...

- Я знаю, каково это на запах, - парировала я. - Я сдержусь.

- Нет, - покачал он головой.

Я не смотрела на него, но слышала, как колеблется воздух от его движений.

Даже будучи вампиром, сложно расставаться с человеческими привычками.

Карлайлу было проще, у него была Эсме. Они нашли выход. Придумали, как избавиться от одиночества.

Посмотрев на Эдварда, я задумалась, не замечая, в каком направлении потекли мои мысли. Забывая о его способности слышать меня.

Может, всё было бы проще, если бы мы...

- Нет, Розали, прости, но даже не думай об этом.

Он сказал это громче, чем, видимо, планировал, и шёпот на первом этаже внезапно прервался...